Бетани Кэмпбелл - Девочка, ты чья?

Однако его тело оставалось по-прежнему сильным и мускулистым. В комнате стояли разные тренажеры, и Хансингер упражнялся на них. Иногда бессонными ночами он включал любимые видеокассеты, вставал на беговую дорожку и на малой скорости до рассвета шагал в никуда.

Его ум был не таким гибким и быстрым, как прежде, но все же совершенно нормальным. Через своего зятя Эдона старик Хансингер до сих пор держал округ под контролем и знал практически обо всем, что в нем творилось.

Старик и Эдон отлично сознавали, что есть тайны, о которых не должен пронюхать никто, и тщательно соблюдали все меры предосторожности. Но были тайны, не известные никому, кроме самого старика Хансингера. Он не доверял их даже Эдону.

– Насколько эти люди в списке опасны для нас? – в третий раз спросил Эдон.

Старик направил фонарик на лист бумаги и долго изучал его.

– Ну? – потерял терпение Эдон.

– Опасны? – переспросил старик голосом киборга. – Вероятно, да…

– Кто именно?

– Все! – Старик засмеялся электрическим трескучим смехом.

– Адвокат и та баба не вернулись в город, – стараясь сохранять самообладание, продолжил Эдон. – Возможно, они уже отправились на поиски кого-нибудь из этого списка. Что нам делать?

– Мне надо подумать, – проскрипел Хансингер, погружаясь в размышления. Потом добавил: – Джуди Свенстар никогда не была ценным для нас человеком, а теперь и вовсе стала помехой.

– О ней я уже позаботился.

– Лабони? – проницательно предположил старик.

– Да, обещал все сделать по высшему разряду.

– Мне нравится этот парень. – На лице старика мелькнуло подобие улыбки. – За ним нужен глаз да глаз! Слишком уж ловок и хитер… да и порочен к тому же. Иногда это качество полезно, но чаще опасно. Понимаешь меня? Ладно, поговорим об этом позже. Скажи, как чувствует себя моя дочь?

– Лучше, – солгал Эдон.

– Барбара любит меня, – удовлетворенно проскрипел старик.

– Да, любит, – без особой радости согласился зять.

– Она слишком исхудала за последнее время.

– Теперь она уже ест с большим аппетитом, – снова солгал Эдон.

– Ты должен как следует заботиться о моей маленькой девочке, – властно сказал старик.

– Само собой разумеется.

– Сделай ей еще одного ребенка, она слишком долго горюет о том, который погиб.

– Хорошо, – буркнул Эдон. Не мог же он сказать, что у Барбары уже никогда не будет детей, потому что врачам пришлось удалить ей после автокатастрофы матку. И Барбара не могла сказать об этом отцу.

– Я хочу, чтобы моя девочка снова была счастлива.

– Я тоже хочу для жены счастья.

– Пришли ее ко мне, мы посмотрим фильм.

– Ладно.

Спустившись, Эдон сказал Барбаре, что отец ждет ее, и та, бросив вязанье, направилась на второй этаж.

Эдон подошел к бару и налил себе порцию виски. Тройную.

– Вот мы и приехали. – Тернер затормозил у тротуара. У Джей учащенно забилось сердце. Не дожидаясь, пока это сделает галантный Тернер, она сама открыла дверцу и вышла из машины.

Когда она взглянула на дом, спазмы сжали ей горло.

Рита Уолш жила на обсаженной с двух сторон дубами улице, которая вела к университету. Перед домом пышно цвела магнолия, у крыльца росли розовые азалии.

Дом был старым, но ухоженным. Двухэтажный, он, однако, казался небольшим и почему-то напоминал Джей кукольный домик ее детства – аккуратный, компактный и к тому же прехорошенький.

Теплый воздух был напоен экзотическими ароматами цветущих южных растений. В Бостоне еще лежал снег, а здесь природа праздновала возвращение к жизни.

Подойдя к Джей, Тернер вопросительно взглянул на нее. Она опустила глаза. Они вместе поднялись на крыльцо, и ее сердце забилось еще сильнее.

Утром, в мотеле, они почти не разговаривали. Тернер, оставшийся у Джей до утра, проснулся очень рано, поцеловал ее в лоб и куда-то ушел. Потом вернулся и принес ей горячий кофе с пончиками.

Такая забота тронула Джей, но она так и не смогла ни выпить кофе, ни съесть пончики. Слишком велико было напряжение перед встречей с Ритой Уолш. Тернер, видимо, понимал состояние девушки и не старался ее разговорить.

Теперь они стояли на крыльце перед дверью в неизвестность. Переглянувшись с Тернером, Джей позвонила в дверь.

Рита Уолш могла бы быть прелестной женщиной, если бы только захотела. Именно такое впечатление произвела она на Тернера.

У этой женшины, лет пятидесяти с небольшим, высокой, стройной, загорелой, с высокими скулами, были удивительные фиалковые глаза. Ее внешний вид, однако, отличался той намеренной неряшливостью, которую иногда культивируют женщины-интеллектуалки. Длинные волосы Риты были причесаны кое-как, на лице не было и следа косметики. Свободное длинное платье и сандалии из кожаных ремешков напомнили Тернеру хиппи шестидесятых годов. Она, конечно, хорошо понимала, что времена сильно изменились, но не желала приспосабливаться к ним.

В ее доме царил беспорядок, но, несмотря на это, в нем было уютно. Бросалось в глаза обилие книг.

Подав гостям травяной чай в кружках, Рита уселась на изрядно потертую кушетку. Огромный пушистый серый кот тут же вспрыгнул к ней на колени и улегся, довольно мурлыча и щуря желтые глаза.

– Через час у меня первая лекция, – сказала она, внимательно разглядывая Джей. – Потом мне придется готовиться к конференции в Орландо.

– Какой предмет вы преподаете? – вежливо поинтересовалась Джей.

– Литературу.

– Миссис Уолш… или вас следует называть профессор Уолш? – вступил в разговор Тернер, видя, что Джей не знает, как начать беседу.

– Можете называть меня просто миссис Уолш, – сказала Рита, и Тернер понял, что она наверняка профессор.

Рассказав о том, что им нужна информация относительно усыновленных через клинику доктора Хансингера детей, он добавил:

– У нас есть веская причина полагать, что ваша кузина Диана в январе шестьдесят седьмого года родила там ребенка. Нам необходимо связаться с ней.

– Это вопрос жизни и смерти, – вставила Джей и тут же пожалела о своей импульсивности.

Рита Уолш уставилась на Тернера пристальным взглядом фиалковых глаз.

– Расскажите мне подробно, почему вы заинтересованы в разговоре с Дианой.

Тернер коротко и доходчиво объяснил всю сложность положения, особо отметив, что Диана Инглунд могла знать биологическую мать Джей.

– Разве это поможет вашему брату? – обратилась Рита к затаившей дыхание Джей. – Или вашему клиенту? – спросила она Тернера.

Вопрос был вполне логичным.

– Видите ли, миссис Уолш, нам приходится хвататься за любую ниточку в надежде, что она приведет нас к желанной цели, – пояснил Тернер.