Норма Бейшир - Ангелы полуночи

В темных глазах незнакомца вспыхнуло удивление.

– Я говорю по-английски, – произнес он с заметным акцентом.

Коллин некоторое время пристально разглядывал его.

– Как… как я тут очутился? – спросил он в конце концов.

– Я принес вас сюда. – Человек намочил в тазу кусок ткани, выжал его и протер лицо Коллина.

– Давно?

– Почти две недели назад. Вы долго спали. Теперь, наверное, хотите есть?

Коллин кивнул, внезапно осознав, что и в самом деле голоден.

– Сейчас принесу. – Мужчина начал приподниматься с кресла, но Коллин удержал его, схватив за руку.

– Подождите! Сначала объясните мне…

Человек улыбнулся.

– Вы не в том состоянии, чтобы вести беседы. Попозже, когда окрепнете, я отвечу на все ваши вопросы. А сейчас отдыхайте и думайте только о своем выздоровлении. У нас впереди долгий путь, друг мой. И очень опасный. Понадобятся все силы и мужество, чтобы одолеть его. – Незнакомец встал и направился к двери. – Я скоро вернусь. Не пытайтесь вставать с постели, вам это пока не по силам.

Он вышел, прикрыв за собой дверь.

Коллин в задумчивости смотрел ему вслед. «У нас впереди долгий путь» – так прозвучали эти слова. У нас. Вот что сказал человек, который спас ему жизнь, а теперь выхаживал его.

«Почему? – недоумевал Коллин. – Чего он хочет от меня?»

– У вас хороший аппетит, – одобрительно произнес незнакомец, наблюдая за тем, как Коллин ест. С тех пор как молодой человек пришел в сознание, слабость заметно уменьшилась, и с каждым днем силы возвращались к нему. – Это добрый знак.

– В каком смысле – добрый знак? – Коллин решил, что пора наконец все выяснить. – За последнюю неделю вы не раз упоминали о трудной задаче, которая ждет нас впереди и которую мы непременно должны выполнить. А я ведь не знаю даже, кто вы и почему спасли меня!

– Вы слишком нетерпеливы, – заметил незнакомец. – В ближайшие недели вам придется научиться обуздывать себя. Что касается вашего вопроса, мое имя значения не имеет. Можете называть меня Блэкджек. Теперь относительно того, почему я принес вас сюда из пустыни. Считайте, что просто выполнил свой человеческий долг, совершил акт гуманизма.

– Но, похоже, вами двигало что-то еще, не так ли? – заметил Коллин.

Блэкджек на мгновение заколебался.

– Да, вот именно, кое-что еще. И очень существенное.

Коллин задумчиво кивнул и откусил кусок лепешки, зажаренной для него хозяином. Сдобренная пряностями, в том числе чилийским перцем, она была горячей и восхитительной на вкус.

– Ладно, – сказал молодой человек настороженно. – Если я кому и обязан, то это вам. Как мне отблагодарить вас?

– Сделать то, что вы собирались, когда прибыли в Марокко.

Коллин ошарашенно посмотрел на него.

– Вы знаете?..

Блэкджек кивнул:

– Мне известно, кто вы, зачем приехали сюда и почему некто Харрингтон хотел, чтобы вы погибли. Я следил за вами почти с момента вашего появления в Марокко. Видел, как вас увозили с виллы, и последовал за телохранителями Харрингтона в пустыню. Когда они уехали, я унес вас оттуда. И притащил сюда.

– Почему? – спросил Коллин, ошеломленный услышанным. – Какое вам дело до того, удастся мне отобрать у Харрингтона мою картину или нет?

– Он в долгу не только перед вами. Я преследую свои цели, как выражаетесь вы, американцы. У меня тоже есть счет к Харрингтону и всему его роду.

– У вас к нему счет, понятно. Но я-то зачем вам нужен?

– Правильнее было бы сказать, что мы нужны друг другу, – поправил Коллина незнакомец, назвавшийся Блэкджеком. – Вы молоды и очень решительны. Мужественны, хотя и безрассудны. Я же слишком стар для схваток. Зато владею некоторыми очень важными знаниями и полезными навыками. Они обеспечат вам преимущество, которое позволит выиграть сражение.

– Ничего у меня не получится.

– Получится, – заверил его Блэкджек. – Послушайте, Коллин. Существует лишь один способ нанести удар таким людям, как Вильям Харрингтон. Для этого нужно стать на одну доску с ними.

– На одну доску с ними? Как это понимать?

– Они воры. Они плюют на законы, научившись ловко обходить их, – пояснил свою мысль Блэкджек. – У вас только в том случае появится шанс победить их, если вы тоже станете вором, тоже научитесь обходить законы, как это делают они.

Коллин выразительно покачал головой.

– Но я не умею… – начал было он, однако Блэкджек поднял руку, призывая его к молчанию.

– Я научу вас, друг мой.

На протяжении последовавших за этим разговором недель Блэкджек не слишком распространялся о себе и причинах своего желания отомстить Харрингтону. Все же кое-что сорвалось с его уст, и Коллин сумел сделать для себя некоторые выводы.

Когда-то Блэкджек сам был очень удачливым вором и специализировался в основном на картинах, работая в паре с одним из мелких подручных Харрингтона. В какой-то момент партнер надул его на крупную сумму денег, и по подложному обвинению, состряпанному Харрингтоном и его подручными, Блэкджек угодил в тюрьму. Ко времени своего освобождения он был уже слишком стар, чтобы вернуться к тому единственному занятию, которое служило для него источником дохода. Вдобавок люди Харрингтона, заключив сделку с марокканским торговцем белыми рабынями, продали его пятнадцатилетнюю дочь в один из борделей Танжера.

Вначале Блэкджек хотел убить Харрингтона, но понял, что не сумеет подобраться к нему. Годами он лишь наблюдал и ждал, надеясь встретить кого-то, кто ненавидел бы этого человека так же сильно, как он сам. Кого-то, кто тоже стал жертвой обмана Харрингтона. И сразу понял, что его поиски увенчались успехом, когда Коллин прибыл в Марракеш.

– Понимаю, мне не следовало бы испытывать такие чувства, – признался Блэкджек, когда как-то ночью они разговорились, сидя у огня в его комнате, – но я получил истинное удовольствие, наблюдая за тем, как вы соблазнили его дочь. Это напомнило мне о моей собственной дочери, и возникло ощущение, будто она отомщена.

Коллин пристально смотрел на огонь, полузакрыв глаза.

– Я вовсе не горжусь тем, что так обошелся с Самантой. Она ни в чем не виновата. По правде говоря, мне кажется, она понятия не имеет, что за человек ее отец и чем занимается.

– Как известно, Аллах карает сыновей и дочерей за грехи отцов, – возразил Блэкджек.

– Может быть, – Коллину не хотелось спорить, – однако от этого не легче, верно?

Молодой человек встал и принялся ходить по комнате – туда и обратно, точно зверь в клетке. При этом он думал уже не о Саманте, а о себе и брате: из-за ошибок, допущенных отцом, они оказались по разные стороны баррикады.

Блэкджек следил за ним взглядом.