Стань моей мечтой - Виктория Рогозина

Всё время куда-то бежал. Всё время — вперёд. А теперь вот сижу и думаю — а куда я?

Он посмотрел на Варвару с лёгкой улыбкой, но в его глазах была усталость взрослого, который слишком долго заботился о других.

— Так что, сестрёнка, может, мы оба сейчас на перепутье. И оба ищем, где наше место.

Варвара тяжело вздохнула, глядя в темноту комнаты, и тихо сказала:

— Миша собирается поступать в Санкт-Петербург…

Олег взглянул на неё с теплом, уголки губ чуть дрогнули в знакомой полуулыбке.

— Город-мечта, да? Запал тебе в душу, сестрёнка?

Варвара кивнула, мечтательно глядя в потолок.

— Уж очень он красивый. И культурный, и атмосферный… А вдруг мне тоже удастся туда поступить?

Олег пожал плечами:

— Почему бы и нет? Зацепиться можно везде. Главное — желание, остальное приложится.

Варвара повернула голову к брату, глаза её сияли полушутливым огоньком:

— А ты не хочешь с нами? Будет уже трое. И спокойнее как-то… и поддержка друг другу.

Олег задумался, потом кивнул, небрежно почесав затылок:

— Идея, знаешь, неплохая. Надо будет обдумать. Только лучше с утра — на свежую голову. А тебе сейчас — спать.

Варвара улыбнулась, убрала ноутбук с колен и плюхнулась на подушку, зевнув почти сразу:

— Ладно… Доброй ночи, брат.

— Спи, соня, — мягко сказал Олег.

Он встал, подошёл к кровати, аккуратно укрыл сестру одеялом и на секунду задержался, глядя на её спокойное лицо. Потом тихо вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

В доме воцарилась тишина — глубокая, уютная, полная надежды на то, что всё у них получится.

Олег вернулся к себе в комнату, на ходу стянув толстовку и привычно плюхнувшись в кресло. Экран компьютера мигнул, оживая — знакомая панель, открытые окна с заданиями, сообщения, незавершённые миссии. Он быстро пробежался по списку, выбрал очередной заказ и погрузился в игру, ловко управляя персонажем, словно по нотам.

Минут через двадцать в голосовом чате раздался знакомый голос:

— Эй, ты там решил всё один затащить?

Олег усмехнулся:

— Ага, пока ты чай пьёшь — я тут весь лут собираю. Догоняй давай, ты же не пенсионер.

— Щас, — засмеялся Миша. — Грузится уже. Тут миссия, кстати, непростая, если с напарником — шансов больше.

— Я ж и говорю — давай вместе. Кстати… — Олег сделал паузу, меняя снаряжение на экране. — Ты серьёзно насчёт Питера?

Миша на секунду замолчал, а потом с привычной уверенностью ответил:

— Да. Уже прикинул примерные расходы — на жильё, питание, билеты. Начал откладывать. Если получится — поедем вместе с Варварой. Хочу, чтобы ей было спокойно. Ну и вообще… это шанс, знаешь?

Олег кивнул, хоть Миша и не мог этого видеть.

— Серьёзный подход. Одобряю.

Он немного помолчал, а потом добавил:

— Давай тогда вместе. С деньгами точно проще будет, если оба будем гриндить. У нас, глядишь, и к осени на старт хватит.

— Договорились, — отозвался Миша, и в его голосе послышалась лёгкая радость. — Командная работа, как в старые добрые.

— Только теперь ставка повыше, — хмыкнул Олег, — не на ачивки играем, а на будущее.

Миссия началась, но теперь их объединяло нечто большее, чем просто игра. Они работали бок о бок, не только в виртуальном мире, но и в реальности, шаг за шагом приближаясь к общей цели.

Ночь казалась удивительно тихой и спокойной. За окнами лениво покачивались ветви деревьев, отражая в стекле уличные фонари. Елена Павловна прошла по коридору босиком, держа в руках мягкий плед. Проходя мимо комнаты сына, она остановилась. Дверь была приоткрыта, и оттуда струился мягкий свет от монитора. Олег сидел за компьютером, в наушниках, сосредоточенно работая. Он не заметил мать.

Елена смотрела на него долго. На его взрослые, чуть уставшие черты, на уверенные движения. В груди что-то сжалось. Она вспомнила, как часто в порыве злости и обиды, предназначенной вовсе не ему, кричала, упрекала, требовала… А он молчал. Никогда не упрекал в ответ. Ни слова.

Она отошла тихо, не тревожа сына, и направилась на кухню. Там включила приглушённый свет, налила себе чашку чая и села за стол, прикрыв глаза. В горле стоял ком.

— Я плохая мать, — сказала она вполголоса сама себе. — Но я ведь старалась… правда старалась.

Мысли метались. Сейчас, когда в жизни появился Серёжа — тот самый, не «просто кавалер», а мужчина, сделавший ей предложение — всё вдруг стало по-другому. Елена чувствовала, что впервые за много лет становится по-настоящему счастливой. И теперь, как никогда, ей хотелось, чтобы и дети были счастливы.

Она вспомнила, как смотрела на Варвару и Мишу, когда те возвращались с прогулки — счастливые, юные, как из старых добрых фильмов. Как на Олега, который молча помогал, не требуя ничего взамен. И сердце разрывалось — от вины, от любви, от надежды.

Елена тихо вздохнула, взяла в руки чашку, и, глядя на тёмное окно, сказала почти шепотом:

— Пусть у вас всё получится. Я, наверное, не сразу, но научусь быть рядом правильно.

А чай, забытый, постепенно остывал, но в груди впервые за долгое время теплилось что-то настоящее — раскаяние, любовь и тихое стремление всё исправить.

Глава 46

В школьных коридорах шумело — не просто от звонков и шагов, а от шепота, переглядываний и горячих обсуждений. Главной новостью недели стало то, что Егора отправили в Суворовское училище. Это казалось шоком: некогда главный заводила и любимец администрации теперь должен был носить форму, вставать в шесть утра и маршировать строевым шагом. Многие не верили, пока не увидели тот самый ролик, где сам Григорий Григорьевич, обычно надменный и резкий, стоял перед камерой и говорил:

— Я, Григорий Орлов, приношу публичные извинения всем пострадавшим от действий моего сына и... от моего бездействия. С сегодняшнего дня я сотрудничаю с проектом «Стань моей мечтой». Это мой долг как отца и как человека.

Школа взорвалась — не в прямом смысле, конечно, но словно с нее спала старая, тяжёлая пыль. Учителя, которые годами закрывали глаза на несправедливость, один за другим покидали свои кабинеты. Директора увезли на темной машине, как в фильмах — без лишних слов, без прощаний. Просто исчез.

На их место пришли новые. Те, кто не боялся смотреть в глаза ученикам. Те, кто помнил, что школа — это не казарма и не учреждение по дрессировке, а место, где растут