Соблазнительная капитуляция - Челси М. Кэмерон

я чувствую себя хорошо. Он делает меня счастливой, и это не только из-за умопомрачительного секса. Хотя это было бы более чем достаточной причиной, чтобы пойти.

— Хорош? — Она приподняла брови вверх-вниз.

— Очень хорош.

— Вот почему ты сияешь. Это довольно отвратительно. — Я встала и обняла ее.

— Большое спасибо. Мне пора собираться. — Она последовала за мной в мою спальню и села на кровать, пока я снимала свою рабочую одежду и выбирала новый наряд.

— У меня есть для тебя еще кое-что, если захочешь надеть. — Я рылась в ящике с нижним бельем, и у меня возникла та же проблема, что и прошлой ночью, я не нашла ничего, что хотела бы ему показать.

— Да?

Слоан кивнула, как дурочка на крэке, а затем бросилась в свою комнату и вернулась с золотым лифчиком и трусиками с черными узорами, которые почти напомнили мне викторианские обои. Обе работы были абсолютно прекрасны.

— Надень. — Слоан подпрыгивала вверх-вниз, и я пожалела, что не могу сделать ее на несколько ступенек ниже, поэтому положила руки ей на плечи и заставила отвернуться, чтобы я могла одеться без ее критического взгляда, поправляющего меня еще до того, как мои сиськи оказались в лифчике.

Я разложила все по местам и велела ей повернуться. Она оглядела меня еще раз, потыкала, понукала и получила все так, как хотела, а потом хлопнула в ладоши.

— Секси девочка. Думаю, что это — победитель. Теперь нам нужно посмотреть, что скажет парень.

— Ты уверена, что не против, если я уйду?

— Эм, как будто я остановила бы тебя, чтобы заняться потрясающим сексом с горячим парнем. Ты бы меня остановила?

— Ты бы не позволила мне остановить тебя, — сказала я, натягивая через голову топ, а затем поверх него укороченный пиджак с коротким рукавом.

— Именно. — Слоан протянула мне мои джинсы, и я натянула их, затем несколько раз подпрыгнула, чтобы засунуть в них свою задницу и убедиться, что они застегиваются. У меня скоро месячные, так что на этой неделе я немного располнела.

— Иди и покажи наряд. Поработай этой попкой. — Она немного потрясла своей несуществующей задницей, и у меня не было другого выбора, кроме как присоединиться к ней, и мы устроили импровизированную танцевальную вечеринку с тряской поп.

— Ладно, мне пора. — Я запихнула в сумку новую одежду, и Слоан поцеловала меня в щеку.

— Будь грязной. — О, она понятия не имела.

* * *

— Я рассказала Слоан о нас, — сказала я несколько часов спустя, спускаясь с Луки. Мы лежали на полу в гостиной, так и не добравшись до кровати. По его просьбе я надела красные туфли на каблуках, хотя они и не сочетались с черно-золотым комплектом, но он, казалось, этого не заметил.

Мы оба затаили дыхание, и я перевернулась на бок лицом к нему, подперев голову локтем.

— И? — Он сделал то же самое, повторив мою позицию. — Я думал, мы держим это в секрете.

— Да, ну, я не могу проводить здесь каждую ночь и лгать о том, где я нахожусь. Для меня это просто неосуществимо. Кстати, она в твоей команде, если я расскажу ей побольше подробностей. Мне действительно нужно найти ей мужчину. Ты кого-нибудь знаешь?

— Никого, кого бы хотела Слоан. — Он встал, а я растянулась на полу. Мне казалось, что он устроил мне лучшую тренировку, чем когда-либо в тренажерном зале. И веселее.

— У тебя есть друзья-парни? — Он никогда ни о ком не говорил.

— Да, несколько. — Он сел рядом со мной, одетый в боксеры.

— Почему я никогда о них не слышала?

Он пожал одним плечом.

— Не знаю. Я просто не говорю о них с тобой, вот и все. — Я потянулась за своим лифчиком и надела его.

— Почему ты всегда такой замкнутый, Люка? Я не спрашиваю обо всей твоей истории. Я прошу поделиться хоть чем-то из жизни. Просто основной информацией, которую должен был бы знать друг. Разве мы не друзья? — Я подошла и положила подбородок ему на ноги.

— Друзья, которые вместе работают и трахаются, — сказал он, обхватив мое лицо руками.

— Четвертый страйк.

— Разве я уже не позаботился по крайней мере об одном из них?

— Один. Только один. — Я подняла один палец, и он засунул его в рот и пососал его. — Но сейчас ты пытаешься отвлечь меня.

Он вернул мне мой палец и вздохнул.

— Мне жаль, Солнышко. Просто есть несколько дверей, которые мне нужно держать закрытыми. Понимаешь? — Я покачала головой.

— Боже, какая же ты упрямая.

— А еще я стерва. Как, по-твоему, я добралась туда, где нахожусь, в «Кларк Энтерпрайзиз»? За мое хорошенькое личико? — Я поджала губы, глядя на него. — Я не прошу всю подноготную. Просто немного информации. Совсем чуть-чуть.

Запрокинув голову, он посмотрел на потолок, как будто молился, чтобы я бросила эту затею.

— Что ты хочешь знать?

— Я единственный ребенок в семье. Я хочу знать о твоих братьях и сестрах. Очевидно, поскольку у тебя есть племянницы, у тебя есть по крайней мере один брат или сестра, и ты упомянул, что играешь с братьями, значит, у тебя их как минимум двое. Давай, расскажи мне, расскажи. — Каким бы замечательным и сказочным ни был секс, мне также нравилось просто разговаривать с Лукой.

— У меня два брата. Один старший, другой младший.

— Ага! — Я не могла удержаться, чтобы не сказать это.

— Ого, а это еще зачем было?

— У тебя синдром среднего ребенка. Видишь? Теперь это многое объясняет. Продолжай, это увлекательно.

— Ты смешна.

Но он не переставал говорить. Он рассказал мне о своих братьях, Тейте и Райдере, и о том, что они были близки, когда росли. У Тейта была жена Эйприл и две маленькие девочки, Грейси и Фиона. Он виделся с ними почти каждые выходные, так как они жили не так уж далеко, в Кембридже. Он не стал вдаваться в подробности о Райдере, и я почувствовала, что между ними возникло братское напряжение, так что я пропустила это мимо ушей. Я боялась что-либо сказать или прервать его, потому что это был первый раз, когда он добровольно заговорил о себе.

Что ж, в первый раз он заговорил о себе по принуждению.

Потом он немного поговорил о школе, а потом спросил меня о школе, и я поймала себя на том, что рассказываю глупые истории, которые никогда никому другому не рассказывала. Может быть, дело было в наготе. Я не успела надеть трусики, только лифчик.

Мы разговаривали до тех пор, пока мой голос не устал, и он не отнес