Единое правление - Кайли Кент

жены, я также не заворачиваю их в вату. Мне кажется, она иногда забывает, в каком мире мы живем.

Когда я смотрю на этих мальчиков, часть меня надеется, что они никогда не захотят пойти по моим стопам. Что они поступят в колледж и будут вести нормальную жизнь — ну, настолько нормальную, насколько это возможно, учитывая их генофонд. Но есть и другая часть, которая хочет, чтобы кто-то из них продолжил наше семейное наследие. Как законное, так и не очень. С годами, при содействии Холли, наши легальные доходы почти сравнялись с теми, что мы получаем от наших… других предприятий. Моя жена чертовски умна и знает толк в бизнесе и инвестициях. Ее советы никогда не приводили меня к ошибкам.

— Не волнуйся, папа. В следующий раз я буду уворачиваться быстрее. — Маттео подбегает ко мне.

— Хорошо. Обязательно так и сделай. Никогда не позволяй никому одержать над тобой верх.

— Никогда, — повторяет он, проносясь мимо меня.

— Тео, подожди. — Я останавливаю старшего. — Ты должен заботиться о своих братьях, а не причинять им боль. В нашем мире полно других людей, которые захотят сделать именно это: обидеть их, причинить боль, свалить одного или всех вас. Вы, мальчики, всегда в одной команде, понятно?

— Понятно, папа. Это просто игра. Не волнуйся, я всегда буду их защищать. Несмотря ни на что, верно? — говорит Тео.

— Несмотря ни на что, — повторяю я фразу, которую мы всегда говорили друг другу. Семья на первом месте. Всегда. Несмотря ни на что. — Давай, не заставляй маму ждать.

Холли

Все сидят за обеденным столом. Мое сердце болит от того, как много любви в этой комнате. Весь мой мир находится за этим обеденным столом. Когда-то я боялась, что не смогу никого любить так сильно, как своего мужа, даже нашего собственного ребенка.

Но этот страх оказался беспочвенным. Я влюбилась в нашего малыша Тео, как только позволила себе расслабиться и принять идею стать матерью. Когда он родился и его положили мне на грудь, я плакала от радости. Он был таким крошечным, с головкой, покрытой темными волосами. Такой хрупкий и чертовски совершенный. Никогда прежде мне так сильно не хотелось завернуть что-то и спрятать — спрятать их всех — подальше от мира. Если бы я могла запереть нас в хранилище и никогда не сталкиваться с опасностями снаружи, я бы так и сделала.

Но это не жизнь для ребенка. Я много работала над тем, чтобы справиться со своими тревогами и властным материнством на протяжении многих лет. Я хочу, чтобы мои дети испытали все, что может предложить этот мир. Я хочу, чтобы они были любопытными мальчиками и исследовали мир вокруг себя. Но я также хочу, чтобы они были в безопасности… чтобы они никогда не чувствовали боли.

Раньше, когда Тео был маленьким, я сходила с ума и вызывала врача каждый раз, когда он царапал коленки или ударялся головой обо что-нибудь. Да, именно так и было. Но, к его чести, доктор относился ко мне с юмором и всегда приходил его осмотреть.

К тому времени, когда появился Ромео, я избавилась от многих из этих забот. Я знаю, что дети падают, царапают колени, теряют зубы и т. д. Но я была бы благодарна, если бы Ромео и Лука были помягче, чем Тео и Маттео. Эти двое постоянно попадают в переделки в школе. Ти говорит, что для мальчиков драться — это нормально. Мне кажется, он забывает, что когда-то я была учителем. И это не нормально, когда тебя вызывают в школу раз в две недели, потому что твой третьеклассник — или первоклассник — избил другого ученика. Они всегда держат рот на замке. Никогда не объясняют, почему они затеяли драку, кроме того, что тот, кого побили, заслужил это.

— Итак, кто-нибудь из вас хочет объяснить, что произошло сегодня в школе? — спрашиваю я, направляя вилку между ними двумя. Они смотрят друг на друга, потом на меня, не говоря ни слова. — Нет? Потому что, как я слышала от директора Венди, вы вдвоем напали на того мальчика.

— Директор Венди — сука, — ворчит Тео.

Ти кашляет в ладонь, пытаясь скрыть смех, а я посылаю в его сторону гневный взгляд.

— Что? Он ни черта не ошибается.

— Дело не в этом. Тео, ты не должен называть женщин суками. Никогда! Это грубо.

— А как же самки собак? Их называют суками.

— Мы говорим не о собаках, Тео. Мы говорим о том, почему вы двое решили, что это нормально — избить сегодня другого мальчика.

— Жаль, я бы лучше поговорил о собаках, — стонет он.

— Тео, перестань хамить матери и отвечай на ее вопросы. И сначала извинись. — Ти использует свой тон без глупостей и даже не пытайтесь со мной спорить.

— Прости, мама. Мы решили, что его нужно побить, потому что он поцеловал Савви в губы, а она этого не хотела.

Савви — лучшая школьная подруга Маттео. Они странно подходят друг другу. Она тихая, замкнутая, застенчивая. В то время как Маттео, кажется, взял на себя роль «кровавого клоуна» класса.

— О, хорошо. — Я в растерянности, как к этому относиться. С одной стороны, я не хочу одобрять насилие. Но с другой стороны, они защитили девочку, чем я очень горжусь.

— Вы, ребята, молодцы. Всегда заступайтесь за девочек. Никогда не проходите мимо, если видите, что кто-то плохо с ними обращается, — говорит Ти, похлопывая их по плечам. Оба мальчика сияют от его похвалы.

— Ваш отец прав. Как Саванна? — спрашиваю я Маттео.

— Она в порядке. Я принес ей немного конфет. — Он пожимает плечами.

Теперь это моя жизнь — воспитание четырех мальчиков, которые, несомненно, будут продолжать попадать в неприятности, даже когда станут мужчинами. И я бы ни за что на свете не изменила ничего из этого.

Notes

[←1]

С итал. — дедушка.

[←2]

С итал. — спасибо и спокойной ночи дядя Ти и тетя Холли.

[←3]

С итал. — спокойной ночи, красавица.

[←4]

С итал. — я люблю тебя.

[←5]

С итал. — Черт возьми, пожалуйста, не дай мне умереть из-за этого.

[←6]

С итал. — на хрен.

[←7]

С итал. — чертов идиот.

[←8]

С итал. — Привет, мой прекрасный малыш. Не могу дождаться встречи с тобой.

[←9]

С итал. — Я всегда буду возвращаться к тебе. Я люблю тебя.

[←10]

Американский секонд-хенд.

[←11]

С итал. — Все в порядке, сладкая. Я заставлю тебя чувствовать себя очень хорошо.

[←12]

С итал. — Люблю тебя, мой малыш. Будь здоров и старайся