Няня для дочки миллионера (СИ) - Соловьева Анастасия

Телефон разряжен. Лишь бы Лара была дома! Сегодня у неё выходной.

— Кто здесь? — звучит из домофона.

— Это я, Лар. Впусти.

— Систер? Да, сейчас.

Короткий писк, после которого я могу открыть двери. Захожу в тёмный подъезд, поднимаюсь по лестнице. Сумка тяжёлая, надеюсь, я все вещи забрала. Не хочу возвращаться в тот проклятый дом. Никогда и ни за что.

— Систер, что случилось? — вскрикивает Лара. Тут же хватает мою руку и чуть ли не силой в квартиру затаскивает. Снимает с меня промокшую куртку, толкает в спину: — Иди в ванную, быстро! Тебе нужна горячая вода, ты вся трясёшься. Ещё воспаление лёгких подхватишь.

Из своей комнаты выглядывает удивлённый Лёва, но сестра машет ему рукой, дескать, не мешай взрослым.

— Согрейся хорошенько, потом будем чай пить, — строгим тоном произносит Лара. — Если через пятнадцать минут ты не придёшь на кухню, я ворвусь сюда без приглашения. Так что имей в виду, систер.

Я становлюсь под душ, включаю горячую воду. Кожа быстро краснеет, пар взмывает к потолку. Дрожь не проходит, кажется, это нервное. Я опустошена. Не знаю, что делать дальше. Как вернуться к старой жизни, где нет ни милой девочки Ксюши, ни сложного, но такого притягательного Владимира?

Я прикусываю кожу на руке и захожусь в беззвучных рыданиях. Случилось то, чего я больше всего боялась. Владимир меня прогнал. Поиграл в отношения, а потом бросил, даже толком не объяснившись. И в глаза мне смотреть боялся. Трус, вот он кто! Просто секс? Не было это обычным сексом, пусть кому-нибудь другому лапшу на уши вешает. Я способна различить обычное физическое желание и нечто большее.

За эту неделю мы с Владимиром очень сблизились. Проводили каждую минуту вместе, много разговаривали, засыпали в обнимку. В его глазах я видела тепло, его губы всё чаще растягивались в радостной улыбке, а его прикосновения были настолько нежными, что моё сердце пело так громко, как никогда прежде. Я поверила в наше будущее.

А он всё уничтожил.

Надеваю тёплый халат, который мне предоставила Лара, и следую на кухню. Как только я дала волю эмоциям — стало немного легче.

— Держи, — сестра протягивает мне чай. Делаю глоток. Лимон и мёд — идеальное сочетание.

— Ты обращаешься со мной, как с ребёнком. Что дальше? Бульон сваришь и в три одеяла укутаешь? — пытаюсь шутить я.

— Делать мне больше нечего! — фыркает Лара. Она садится за стол и хмурится. — Ты с Владимиром поссорилась?

— Скорее, рассталась, — киваю я. — Он меня выгнал.

— Вот же… — Лара кроет его отборным матом, некоторые слова я впервые в жизни слышу. 

— Справедливо, — усмехаюсь. Сестра искренне за меня переживает, и я чувствую, как в груди разливается тепло.

— Он хоть что-то тебе объяснил?

— Не особо. Представляешь, он хотел, чтобы я продолжала работать няней Ксюши! А как это возможно после всего, что между нами было? Он либо идиот, либо хорошо им притворяется.

— Стоп, так он тебя не уволил?

— Да какая разница? — вспыхиваю я. — Владимир попросил меня покинуть его дом немедленно, потому что через несколько дней они с Ксюшей летят на море. И мои услуги ему пока не нужны. Короче, нашёл предлог, чтобы от меня избавиться. Ещё и сказал, что между нами ничего не было, только секс.

Лара тяжело вздыхает и поджимает губы. Я знаю, что за этим последует. Она скажет то, что мне не понравится.

— Давай уже, не тяни, — подгоняю её. — Руби правду-матку.

— Он ведь тебе ничего не обещал?

— Нет.

— Вы обговаривали ваши отношения? Хоть немного будущее обсуждали?

— Нет. Я боялась об этом заикнуться. Но сердцем чувствовала, что у нас всё серьёзно.

— Систер, милая, сердце иногда нас обманывает. Ты не можешь решить за другого человека, что он чувствует и чего на самом деле хочет, — мягко произносит Лара.

— Я знаю, знаю, — склоняю голову. Она права. Я размечталась, поверила в то, чего нет. Банальная история. Миллионы девушек из-за этого страдают.

— И то, что Владимир предложил тебе остаться няней… В общем, если бы он действительно хотел вычеркнуть тебя из своей жизни, то он нашёл бы новую няню. А так он словно оставил лазейку. Для вас обоих. Минимальный шанс на воссоединение, так сказать.

— Мне кажется, твоя теория притянута за уши.

— Или я хорошо знаю мужчин, — разводит руками Лара. — Если они хотят разрубить узел, они это делают без малейших сомнений. А Владимир только ножичком верёвку подрезал, однако за неё вполне можно зацепиться, чтобы не упасть.

— Боже, ну у тебя и ассоциативный ряд выстроился. Узел, ножик, верёвка, — качаю я головой.  — Нет, Лар, с Владимиром всё кончено.

Глаза щиплет, а в груди так сильно ноет, что хочется кричать. Я поверила ему, поверила… Как с этим справиться? Снова моя жизнь на сто восемьдесят градусов разворачивается. Я потеряла хорошую работу, я больше не увижу Ксюшу, не поговорю с ней... А ещё у меня нет собственного жилья. В съёмной квартире остался Паша.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Поплачь, систер, легче станет.

Лара обнимает меня, через несколько минут к нам присоединяется Лёва. Я выплёскиваю свою боль и разочарование. А потом, обессиленная, с опухшим от слёз лицом, я ложусь на диван и моментально засыпаю.

Следующие дни я занимаюсь поиском съёмного жилья. Но с этим возникают проблемы. Почти все деньги я потратила на подарки родителям, так что квартиру ищу самую простую, в отдалённом районе города.

— Живи пока у нас, — предлагает сестра. — Я на работе постоянно, Лёва в новую школу вот-вот пойдёт, а там продлёнка есть, так что ты будешь предоставлена сама себе.

Громов сдержал обещание и устроил Лёву в элитную гимназию. Я вспоминаю, как обрадовалась тогда, а Владимир махнул рукой, дескать, ничего особенного я не сделал.

Зачем он помогал Лёве, если между нами не было ничего серьёзного? Он же не альтруист. Я ничего не понимаю.

Но на предложение Лары соглашаюсь. К сожалению, я не могу позволить себе съёмную квартиру. Нужно вернуться к репетиторству, а у меня нет на это никаких сил. По утрам я просыпаюсь в слепой надежде, что наше с Владимиром расставание — это дурной сон. Я проверяю телефон в надежде, что он позвонит и попросит прощения. Но ничего из этого не происходит.

С каждым днём надежды становится всё меньше. Я ловлю на себе встревоженные взгляды Лары, сбрасываю звонки родителей и даже отказываюсь от встречи с Лилькой. Ничего не хочу. Оставьте меня все в покое.

— Систер, милая, вы так мало встречались… Ты не можешь вечно по нему тосковать, — Лара уже не знает, как меня утешить. Я целыми днями валяюсь в кровати и смотрю глупые сериалы. Они немного отвлекают от внутренней пустоты.

— Да, всего две с половиной недели, — соглашаюсь я. — Но знаешь, что самое страшное? Я ведь не только с Владимиром рассталась. А ещё и с Ксюшей… Двойную потерю очень сложно пережить.

— Так позвони Ксюше. Уверена, она будет рада тебя слышать.

— Я звонила. Абонент не может принять ваш звонок. Наверное, у неё сменился номер.

— Фигово, — вздыхает Лара.

Я нажимаю на пульт, и гостиная наполняется фальшивым смехом из очередного американского ситкома.

Спустя три недели после расставания я наконец-то беру себя в руки и выхожу на улицу. Покупаю в магазине продукты, готовлю для Лары и Лёвы вкусный ужин.

— Я смотрю, ты ожила, — удовлетворённо замечает сестра.

— Ага, пора начинать новую жизнь. Я вернусь к репетиторству, сниму однушку в спальном районе, а после нового года буду ходить на собеседования. Хочу снова работать учителем. Звучит неплохо, правда?

— Угу, — тянет сестра.

— Отстой, — произносит Лёва. — Ты так сильно переживаешь из-за этой малявки Ксюши, так сделай что-то!

— Я не могу ей дозвониться.

— Ты знаешь, где она учится. И её домашний адрес тоже знаешь. Пойди и поговори с ней, — настаивает на своём Лёва. Я рассказала ему, что скучаю по Ксюше.

— Всё не так просто.