Твоя на три года (СИ) - Колесникова Валентина Савельевна

Маша тем временем указала нам в сторону подсобного помещения и пока никто не видел, мы проскочили внутрь, запираясь на множество замков.

- Со слов Александры, - выпалила девушка, - твой брат не мог с тобой связаться. Он узнал, что Лизу выпустили под залог и перехватил их уже у самого входа. Еще на пути сюда он созвонился с Ирой и попросил помощи. Хотел с тобой посоветоваться, но ты не брал трубку…

Лиам посмотрел на экран телефона и замер. Много пропущенных… причем в то время, когда мы… ну… целовались. Я тоже звонков не слышала…

- Как он узнал о залоге? – Лиам недоверчиво посмотрел на Машу, но та уже была в курсе многих деталей.

- Александра сразу связалась с Дмитрием, когда в их машину села Лиза, так что она хорошая девочка. Главное, чтобы ее отец этого не понял…

Так вот почему Ира оказалась тут так быстро, да еще и с Мадлен.

- Неужели получилось показать, что мы разные люди? А если Лиза начнет распускать слухи?

- Не начнет, - уверенно заявил Лиам. Маша видела мое удивление и ответила за него.

- Несколько лет назад одна журналистка решила заработать себе популярность на нашем дорогом Лиаме…

- Что за журналистка? – спросила я.

- Во-от! – хмыкнула Маша, - никто не знает. Потому что ни журналистки, ни газеты, которая дала добро на материал, больше нет.

- Та женщина теперь работает в малоизвестном книжном издательстве, - объяснил Лиам, видя удивление в моих глазах, - в редакцию ей нет дороги. Маша, спасибо, что рассказала.

- Что будет с Лизой? – тихо поинтересовалась та в ответ.

- С какой Лизой? – хмыкнул Лиам, и мне тут же стало жутко, - о ней теперь никто и ничего не узнает. И виновата в этом она сама.

- Слушай, если вы придете к нам в гости, а я случайно вареник пересолю, ты меня потом наказывать не станешь, нет? – хмыкнула девушка, направляясь к выходу из комнаты, - а то, кто вас знает, господин Лиам. Вдруг я вас соленым вареником оскорблю каким-то образом?

Лиам ничего не ответил, вообще никак не отреагировал, заставив Машу встрепенуться и прошептать: “да вы само злейшество”.

Стоило девушке открыть дверь, как в воздухе мигом запахло жареным. Журналисты обступили Преображенских со всех сторон, что-то выпрашивая по поводу картины. Видимо “Эмоции” не только мне понравились, да и жажда деталей личной жизни богатых и знаменитых никого не оставит равнодушным. Просто жертву сменили…

Я заметила чуть в стороне, возле фуршетного стола, Виктора. Мужчина стоял рядом с детьми и выглядел счастливым, что-то самозабвенно рассказывая им. Стоило им заметить приближающуюся к ним маму, как все мигом заулыбались еще сильнее и это выглядело невероятно искренне и нежно.

Я тоже раньше так радовалась братику. В детстве всегда ждала его…

Дмитрий продолжил беседу с Ирой и ее моделью. Судя по всему, тему для разговора они нашли реальную, но о Зубкове не забывали, частенько преследуя его в толпе. Мужчина уже весь взмок, выглядел нелепо и странно и явно жалел о том, что связался с Лизой, которой нигде не было видно.

- Как ты? – свежий воздух отрезвлял, он разгонял сильные эмоции, охлаждая разгоряченное тело. Лиам стоял рядом, как всегда держал за руку и теперь выглядел до ужаса обеспокоенным, - прости, я должен был это предвидеть.

- Теперь все будет хорошо? – мягко спросила я, неожиданно для самой себя обнимая мужчину. Уткнувшись носом в его плечо, я мигом ощутила приятный аромат его тела. И так стало хорошо при этом…

- Конечно, - прошептав эти слова у самого уха, Лиам крепко обнял меня, нежно целуя с лоб, - тебя никто не обидит, я обещаю.

Мы стояли так несколько минут. Иногда мне казалось, что я словно попала в другой мир, где вокруг нас не было ни одного человека. Лишь тишина и покой, внутреннее тепло и искренняя любовь.

Мне не хотелось отпускать его, хотелось стоять рядом, прижиматься сильнее, ощущать защиту, осознавать, что все это – правда.

Внутри меня разгоралось пламя, я чувствовала страх из-за происходящего, но так же более приятное волнение, связанное с неизвестностью.

Я плохо помнила, как мы сели в машину. Почти не замечала дороги вокруг и уж тем более не ощутила времени, когда мы оба застыли возле входа в квартиру.

Лиам открыл входную дверь, медленно войдя внутрь.

Мы оба замерли, словно обдумывали что-то очень важное.

Он хотел что-то сказать, слегка повернулся ко мне, но…

Я его опередила.

Мягкий поцелуй медленно перерос в невероятную бурю из страсти и дикого волнения. Желание почти что мгновенно наполнило наши сердца, не позволяя ни на минуту оторваться друг от друга.

Кажется, он снимал мое платье, а я развязывала этот чертов галстук…

Сильные мужские руки крепко держали меня за бедра. Лиам впивался зубами в шею, я же получала от этого истинное удовольствие.

Платье в сторону…

Рубашка туда же…

Частое дыхание, потрясающие сильные руки и блеск в глазах… Он смотрел на меня хищным взглядом, затем не выдержал, тут же поднял на руки и, продолжая поцелуй, направился в сторону спальни.

Мягкие простыни и тяжесть тела. Запах мужчины и невероятная истома…

Каждое прикосновение было сравнимо с огненным пламенем, каждое слово, произнесенное шепотом, на вес золота.

Остановиться уже невозможно. Да и не нужно…

Каждое движение заставляло стонать, хотелось впиться в Лиама зубами. Впервые в жизни я ощущала нечто подобное, когда мне просто хотелось обладать человеком. Целиком и полностью привязать к себе, впиться зубами, когтями, запереть на семь замков и не выпускать, лишь бы никто другой не смел даже взглянуть в его сторону.

Поцелуи опускались все ниже, горячее дыхание обжигало, а сильные руки доводили до истомы.

Я крепко вцепилась в него руками, чувствуя, что свело ноги.

- Ты никуда от меня не уйдешь, - шепнул он у самого уха, - никуда…

Да я и не хотела…

ЭПИЛОГ

- Попробуй, - мягкий мужской голос чем-то напомнил мурчание кота. Ощущать тепло мужского тела было восхитительно, но чувствовать кончик его носа, уткнувшегося в плечо – еще лучше. Лиам что-то принес в комнату на подносе, я слышала, как он поставил его на прикроватную тумбочку.

Я тут же потянулась, чувствуя приятную усталость во всем теле, чем смутила мужчину, явно вызывая определенные эмоции. Уснули мы полностью обнаженными, и ночью одеяло куда-то делось…

- Я знаю, ты любишь пить кофе по утрам, - Лиам нервно сглотнул, набрасывая на меня упавшее на пол одеяло, - а так же фрукты и…

- Сливочки! – тут же встрепенувшись, я мигом очнулась от приятного сна, осознав, что все, что со мной происходит – реально, - спасибо…

К черту сливки, тут есть кое-кто лучше.

Отставив в сторону чашку кофе, я тут же скинула в сторону злополучное одеяло, присаживаясь на Лиама сверху.

Мы не долго молчали. Я хитро улыбалась, а Лиам казался сдавшимся военнопленным, потерявшим шанс на спасение.

- Если так будет происходит каждое утро, - мечтательно прошептал мужчина, - я сойду с ума от счастья. Не балуй меня…

- Тогда отпусти, - я улыбнулась, целуя Лиама в губы, - кофе уже остыл…

- Я новый сварю…

Мне казалось, что в моей жизни происходила какая-то сказка. Не в том плане, что все выглядело в розово-ванильных тонах, а в том, что так не бывает.

Ощущение невозможности происходящего крепко держало в своих тисках и время от времени мне казалось, что еще мгновение и я услышу звук будильника, проснусь в своей старой квартирке в обнимку с подушкой и осознаю, что все это был страшно реальный сон, после которого и просыпаться-то не хотелось.

Я боялась, сильно боялась того, что эти эмоции могут закончиться, что они могут переродиться в нечто плохое, что будущее в связи с неопределенностью окажется не столь радужным, как ощущается в данный момент времени.

Лиам словно принц из сказки. Тот самый, на белом коне, только к тому же еще и умный, образованный и рассудительный.

А таких не бывает.