Бывшие. Я тебя верну - Ксения Богда

Не придумал ничего лучше, чем отнести ее в кровать. Она снова попыталась возразить, но я проигнорировал слабую попытку. Я боялся. Боялся услышать от нее признание. Про беременность, про прошлое. Вдруг, это был ребенок моего брата, и она скрыла то, что они все-таки спали?

Чтобы не наколоть дров, быстро покинул спальню. Схватил ключи от машины и куртку и выскочил на улицу. Попытался вдохнуть свежий воздух полной грудью, но не смог. Ребра стискивали легкие до такой степени, что еще немного — и внутри все разорвется от давления.

— Возьми себя в руки, Леха.

Докатился до того, что разговаривал с пустотой. Что ж, мне предстояло выяснить много нового и интересного. Главное, не касаться темы такой незнакомой и непонятной беременности Марго.

Марго

Последующие дни проходили в полубредовом состоянии. Я практически все время спала. Отвоевала один раз законное право принять душ, потому что Леша уперся в то, что мне велели лежать.

Между нами словно черная кошка пробежала. Я пыталась начать разговор, но Леша постоянно находил тысячу отмазок, только бы я его не подловила и не заставила наконец себя выслушать. Я боялась того, что он уже придумал себе то, чего не было на самом деле. И это было явно не в мою пользу.

В голове созрел беспроигрышный план. Только если Леша не перекинет мою доставку на прием к врачу на кого-нибудь другого. Тогда не получится воплотить идею в жизнь. Но я все-таки верила в то, что он не поступит так со мной.

В назначенный день я уже чувствовала себя бодро, и щека практически не беспокоила. Да, синяк еще был, но остальное уже прошло. Встала, приняла душ, пока Леша снова не начал возмущаться, что я занимаюсь самоуправством. Ну а что мне еще оставалось?

Нет, он заботился все дни обо мне. Приносил поесть, следил, чтобы мне не становилось хуже. Но ночевал он на диване и старался лишний раз не разговаривать. Даже поражалась такой его молчаливости. Только стоило мне открыть рот, как он тут же говорил, что ему нужно на работу, в магазин, покормить Рика, выгулять Рика и тому подобное, и испарялся. И так по кругу. Три дня играл со мной в прятки. Будто мы ролями поменялись. Я все еще помнила тот день, когда он просил меня не прятаться от него, и я ведь не пряталась. Сейчас так вообще готова была уже закопать все скелеты, которые мы успели накопить за годы разлуки.

Облачилась в простую футболку с какой-то замысловатой надписью и рваные джинсы. Леша уже ждал у входа. В руке побрякивали ключи от его машины. Он бросил на меня быстрый взгляд и тут же отгородился, вызвавв груди отголосок боли.

— Готова?

Таким тоном можно только морозить кого-то.

— Да, поехали.

Вскинула подбородок и гордо прошагала мимо парня. Хотя гордо — это слишком громко сказано, потому что мой подбородок доставал ему до груди.

Усевшись на пассажирское сидение, щелкнула ремнем безопасности и уткнулась взглядом в переднее окно. Мне нравился наш район. Было тут тихо и спокойно. Не носились машины туда-сюда. Мне до сих пор не верилось в нашу удачу, потому что дом, который мы снимали, обходился нам в копейку. Да, он был далеко не идеальным. Небольшим, но мне нравилось. Здесь было уютно и по-домашнему.

Услышала, как скрипнула кожаная обшивка на сидении, когда Леша приземлился рядом. И тут мое терпение лопнуло. С трудом держала язык за зубами, пока мы выезжали за пределы двора и Леша набирал скорость. Внутри бурлило нетерпение. Хотелось уже, наконец, все поставить на свои места и выяснить причину такого поведения Леши.

— Ле-е-е-е-е-ш, может хватить уже бегать от меня?

Спросила, а сама затаила дыхание, любуясь его красотой. Он сидел немного напряженный. Рубашка закатана до локтей, джинсы облегали бедра. Во рту скопилась слюна. Он был таким сексуальным в таком вот виде. Плохиш, но самый лучший плохиш.

Татуировки красиво обвивали сильные предплечья, поднимаясь к плечам. Бирюзовые глаза быстро переместились на меня и вернулись к наблюдению за трафиком. А я ощутила, как низ живота сковывало от желания. Стиснуло напряжением, плотным, словно смог над городом. Я скучала по его объятиям, по рукам, по поцелуям…

— Ты о чем, Марго? Я вроде под одной с тобой крышей находился все это время.

— Каждый раз, как я попыталась говорить, что делал ты?

Леша шумно вздохнул. Рубашка натянулась на мощной груди, привлекая к себе внимание. Захотелось тут же разорвать ткань и провести руками по гладкой коже. Я сходила с ума по нему.

— А что я делал? Марго, тебе было сказано, что нужен покой. Я просто тебе его обеспечивал.

Я сделала глубокий вдох и задержала дыхание. Сердце колотилось, так и норовя выскочить и упасть в ноги человеку, которого я любила до безумия. Пора было в этом признаться. Те четыре года, которые мы провели порознь, ничерта не изменили моих чувств. Сколько бы я в себе их не гасила. Любила его безумно, самозабвенно.

— Ну, сейчас я в порядке. Выгляжу, конечно, не ахти…

— Не нести чепухи, Марго. Ты выглядишь, как всегда, потрясающе.

Видела, что не врал. Даже как-то подсознательно ощущала его искренность. Читала по глазам. Я настолько хорошо знала этого парня, что с легкостью читала все его эмоции.

— Особенно с синяком на пол-лица. Да, просто потрясно!

Снова быстрый взгляд в мою сторону, и сердце тает, когда вижу, как его губы складываются в легкую улыбку.

— Ну он же пройдет.

— Я на это надеюсь.

Воздух между нами потеплел на пару градусов, и стало сразу легче. Не хотела разрушать эту атмосферу, но и молчать больше не могла. Самое страшное, что он мог надумать то, чего не было на самом деле.

— Леш, может все-таки поговорим уже?

И как раз после этого вопроса мы прибыли на место. Внутри кольнуло разочарование. Еще один повод сбежать от меня.

— Приехали, — с напускной бодростью пробормотал Леша и выскочил из машины, словно за ним гналась стая бешеных собак.

Мне ничего не оставалось, кроме как поплестись в больницу. Внутри была непривычная суета. Люди в белых костюмах сновали туда-сюда. Люди с разными травмами сидели на стульях вдоль стен.

Леша подошел к стойке, за которой сидела молоденькая медсестра, и обворожительно улыбнулся. Внутри кольнула ревность. Мне он так не улыбался, а какой-то левой девчонке, значит, можно? Стало