Дочь моего врага - Кира Фарди

может взять ее в машину и не хочет, чтобы она слушала его разговор с Петрухой.

— Я принесу воды, это быстро. Не волнуйся.

— Ты только сразу вернись.

— Хорошо, — буркнул он, закрывая дверь.

Чума выскользнул из дома (хорошо, ключи были спрятаны в сенях) и запер замок. Старался не шуметь, чтобы она сразу не спохватилась. Он бегом бросился к воротам, распахнул их, потом к машине. Завел мотор под удары грома и постоянно думал: услышит или нет?

Игорь выехал со двора, выскочил, запер ворота и вновь запрыгнул в машину.

— Полчаса, подожди меня только полчаса. Я быстро…

Глава 19

Лиля проводила глазами Петра и прошла в комнату. Закрытые ставни почти не пропускали свет, поэтому, несмотря на дневное время, было темно, как вечером. Девушка включила свет, забралась с ногами на кушетку у стены и приготовилась ждать. Она прислушивалась к шумам во дворе, но завывающий ветер и ритмичное постукивание ветки об оконную раму заглушали все звуки.

Лиле показалось, будто заурчал мотор машины.

«Что это? — девушка насторожилась, но пока не испугалась. — Он хочет уехать и бросить меня здесь? Нет, не может быть. Зачем? Если он меня спас от Рокотова, то скоро отвезет родителям, и все».

Но сомнения уже разъедали душу. Лиля сорвалась с места и кинулась к окну, выходившему во двор. Но в узкую щель между ставнями ничего разглядеть было нельзя. Она метнулась к другому, к третьему…

— Черт!

Тревога, дремавшая в глубине души, вдруг заполнила все сознание. Лиля молнией кинулась к выходу. Она толкнула дверь — та не двинулась с места. Тогда она стукнула ее плечом, завыла от боли — никакого результата.

Лиля растерянно остановилась: какой смысл травмировать себя, если и ежу понятно, что дверь заперта.

— Ах ты! — девушка задохнулась от отчаяния. — Сволочь!

Она заметалась по кухне, перебежала в комнату, вернулась обратно, выискивая, какую гадость можно сделать назло этому человеку. Первым досталось половикам. Лиля пинала их, топтала, закинула ногой в угол и чуть не свалилась сама от усердия. Она схватила руками стол, дернула, но тяжелая мебель, сделанная из натурального дерева кустарным мастером, не двинулась с места.

— Ублюдок! Козел! — бесновалась она. Только попадись мне!

Так и не сумев погасить свой гнев, она побежала в кухню, вывалила на пол содержимое сумок, уже занесла ногу, чтобы растоптать высыпавшиеся пакеты, и замерла от испуга. А вдруг? Вдруг он оставил ее здесь надолго? Что она тогда будет есть и пить?

— Я пить хочу! — завыла Лиля, только что сообразив, что он ушел за водой. — Ты хочешь, чтобы я умерла от жажды-ы-ы…

Слезы градом катились по ее лицу, глаза бессмысленно блуждали по стенам, пока взгляд не наткнулся на чайник. Лиля кинулась к нему, подняла и… облегченно всхлипнула: в нем было еще много воды. Во всяком случае, смерть ей пока не грозила.

— Тихо, тихо, успокойся, — уговаривала она себя, лихорадочно раскрывая дверки шкафчиков и оглядывая их содержимое.

Когда она сильно беспокоилась, всегда начинала активно двигаться и что-то делать. Только так могла успокоить расстроенные нервы и начать здраво мыслить.

Она раскладывала пакеты по местам и бормотала себе под нос:

— Так, здесь у нас чай, кофе. А туда положим лапшу. О, он еще сыр и колбасу купил. А холодильник есть?

Лиля огляделась: привычного холодильника нигде не обнаружила, но под окном увидела дверки, распахнула их. Изнутри потянуло прохладой. Там стояли жестяные банки с консервами: мясными и рыбными.

Там же Лиля увидела компоты и обрадовалась. Она вытащила одну банку, наполненную вишнями, поискала в ящиках и нашла открывашку.

Она уже занесла руку над крышкой и тут остановилась: а вдруг это старые компоты. Она может отравиться и даже умереть. Как-то она читала детектив, где герой приехал в деревню на свадьбу, но опоздал. Когда он вошел в дом, то увидел, что все гости и хозяева мертвы.

Расследование показало, что люди отравились синильной кислотой, которая есть в косточках. Хозяин выставил на стол вишневую наливку, которую хранил в подвале несколько лет для этого случая по принципу: чем старше вино, тем оно забористее.

Но что хорошо для винограда, оказалось плохо для вишни с косточками. Гости хорошо приложились и… умерли.

— Нет уж! Пусть ест сам свои компоты, — обиженно пробормотала она и осторожно убрала банку назад: не дай бог разобьет!

Эта возня с продуктами неожиданно помогла ей успокоиться. Обнаружив в одном из пакетов конфеты, она сунула за щеку карамельку.

«Думай, думай, — внушала она себе. — Куда он исчез? Точно! Петр спрашивал у нее про телефон. Он хотел позвонить, но здесь, в лесу, связи нет. Значит… Точно! Он поехал ближе к вышке, но меня не взял с собой. Почему?»

Ответ был на поверхности: ему нужно было поговорить без свидетелей.

Получается, он хотел что-то скрыть от нее. Так? А если…

Лиля вскочила и бросилась к окну. Но как она ни выглядывала, ничего не видела. По стеклу барабанил дождь. Раскаты грома раздавались все глуше. Кажется, гроза уходила в сторону. Расстроенная вероломным поведением похитителя, с которым, казалось, она уже наладила отношения, Лиля даже забыла о своем страхе перед бурей, но теперь вспомнила снова и задрожала.

Она вдруг поняла, что находится одна в лесу, в запертом со всех сторон доме. Она даже навредить не может хозяину, потому что каждое ее действие обернется прежде всего против нее.

Тишина давила на голову, сводила с ума. Лиля кинулась к шкафчику, схватила свой телефон, который спрятала от Петра. Музыку, надо включить музыку.

Лиля стала искать нужные треки, а потом, ни на что не надеясь, набрала номер матери. Она отрешенно слушала механический женский голос, который говорил ей, что абонент недоступен, но набирала номер снова и снова.

Когда раздались нормальные гудки, девушка даже не поверила свои ушам. В груди все всколыхнулось, сердце заколотилось, в горле мгновенно пересохло от волнения.

— Ма-ма, мамочка! — закричала она в трубку, как только услышала щелчок.

В трубке что-то скрипело и трещало, булькало и звенело и вдруг…

— Лиля, Лиля! Ты где? Доченька!

— Мама, спаси меня! — девушка заплакала навзрыд. — Мне страшно!

— Ты где?

— В лесу. Я не знаю…

Звонок прервался. Лиля, рыдая в голос, попыталась снова набрать номер, но больше ни разу не получилось услышать родного человека.

— Стоп! У меня включена геолокация. Может, они меня уже ищут?

Эта мысль придала сил. Лиля посмотрела на часы: Петра не было сорок минут. В душе зашевелилось неприятное чувство. Она смогла дозвониться до матери, сидя в