Лучший друг моего парня - Мария Манич

От неожиданности у меня клацают зубы и дёргается назад голова. Я пытаюсь вывернуться из хватки, но Соколов до боли впивается пальцами в мою шею. Пугаюсь, что он станет меня душить или захочет расправиться как-то иначе. Подумает, я его высмеяла. Потешилась над его чувствами, ещё и переспала с его любимым. Хотя всё совсем не так.

Причина моего истеричного смеха — моя глупость, наивность и неимоверное везение… из всех парней в универе я выбрала на роль своего парня самого неподходящего. Да и с Гейденом я не спала и не уверена уже, что буду. Всё слишком быстро меняется. Сегодня мой мир несколько раз за вечер перевернулся. А теперь вообще завис вверх тормашками.

Саша притягивает меня к себе и, уткнувшись в мою шею, шумно дышит. Замираю, застигнутая врасплох.

Держит, как может показаться со стороны, нежно, словно мы целуемся, а на самом деле впивается в мои плечи с такой силой, что грозит оставить после себя синяки.

— Что ты…

Недалеко раздаётся смех. И из темноты одна за другой начинают возникать знакомые фигуры. Узнаю пьяные голоса Марики, Вики, Стаса и других. Они нетвёрдой походкой направляются всё ближе, шумно выкрикивая шутки, как можно громче обозначая своё присутствие.

— Я заплачу, — произносит Соколов прямо мне на ухо.

— Что… — не понимаю.

Нас замечают. Вика останавливается недалеко и, пошатываясь, тычет пальцем в нашу сторону. Смех звучит громче. Кто-то кричит, чтобы мы заканчивали обжиматься и выходили.

Саша, напротив, прижимается теснее. Мне неприятно и хочется скинуть с себя его руки. Отодвинуться. Вздохнуть свободнее. Выйти из машины и оказаться дома…

— Я заплачу сколько нужно, — горячо шепчет, продолжая меня удивлять. — Мои родители тоже готовы платить. Они стесняются, понимаешь? Мне нужна подставная девушка для общества. Красивая правильная жена. Я сниму тебе квартиру, буду приезжать, давать денег на еду, косметику, шмотки. Оплачу учебу. Отправлю на отдых. Всё останется как прежде...

— Но?

Всегда есть «но».

— Но про Мира ты забудешь. Раз и навсегда.

20

— Эй, голубки, давайте завязывайте трахаться на людях! — кричит Стас. — Нам тоже сразу хочется, а возможности нету.

— Возможность всегда можно найти, — пьяно хихикает Марика.

Другие одобрительно подхватывают, свистят и отпускают похабные шуточки ниже пояса, от которых мне тоже хочется громко и истерично рассмеяться. Саша отличный актер, и не только я была не в курсе, как обстоят дела с его ориентацией на самом деле. Припоминаю, как Марика, захлебываясь своим ядом, говорила, что меня не примут в их компанию, несмотря на то что я сосу член Соколову. Неужели его друзья, близкие люди, вместе с которыми он вырос, не приняли бы его выбор? Неужели он не может дать отпор своим идеальным родителям и отстоять своё мнение и любовь? Только вот не думаю, что Мирон готов ответить ему взаимностью.

Это просто смешно!

Гейден полчаса назад чуть не занялся со мной сексом в ванной, несмотря на менструацию. Он определенно любит и хочет женское тело. Хотя… я ведь не могу быть уверена в его полной гетеросексуальности на сто процентов?

Часто богатенькие зажравшиеся детки поддаются экспериментам разного характера. Пробуют запрещённые вещества, устраивают оргии, покупают девственность и… трахаются с представителями своего пола ради опыта и интереса.

К горлу подкатывает ком тошноты, когда я представляю Мирона — моего Мирона: взлохмаченного, возбуждённого, с расширенными зрачками и покусанными от моих поцелуев губами — с парнем…

Нет. Нужно выбросить эти видения из головы.

Пытаюсь сбросить с себя Сашины руки и отползти от него подальше. Только где там! Он, может, и нетрадиционной ориентации, но это не делает его менее сильным. Он сжимает мои предплечья до боли, не позволяя двинуться с места.

Глухо вскрикиваю.

— Отпусти… ты… блин… — шиплю сдавленно.

— Давай решайся, Лина. Да или нет? Мне нужен ответ сейчас, — говорит Саша.

— Если ты боишься, что я тебя сдам твоим же друзьям, как только выберусь из машины на свободу, то ты ошибаешься. У меня нет плана погубить твою репутацию, потому что она утащит на дно и меня.

— Всегда думаешь о себе. Молодец, малыш. Хвалю твой холодный ум и расчётливость, — вяло улыбнувшись, Саша отстраняется, но не для того чтобы отпустить меня и дать наконец свободу.

Он прижимается к моему рту в показательном поцелуе. Плотнее сжимаю губы, не собираясь впускать его язык.

В окно со стороны водительского сиденья раздаётся нетерпеливый стук. Соколов лениво поворачивается, словно его оторвали от самого вкусного десерта в мире и мешают его доесть. Глубоко вдыхаю через нос и украдкой провожу ладонью по лицу, не беспокоясь о целостности своего макияжа.

— Мы гоним во «Флай», — еле ворочая языком, произносит Вика. — Вы с нами? Или отчаливаете? Такси уже приехало.

Смотрит сначала на Сашу, а затем переводит в мою сторону расфокусированный взгляд. Она сводит брови на переносице. Таращится на мои растрёпанные волосы, сбившееся на груди платье, и я буквально чувствую, как горят на шее отметины от зубов и губ Гейдена — она пялится прямо на них.

Первый раз в жизни я испытываю что-то отдалённо напоминающее стыд. Щёки заливает краска, и я поспешно отворачиваюсь, хватаясь за ручку двери.

— Мы догоним. Хотим побыть ещё немного вместе. Если ты понимаешь, о чём я, — хмыкает Саша. Дёрнув меня за рукав куртки, возвращает на место. — Сиди рядом, малыш.

Он переплетает наши пальцы и до боли в костях стискивает мои.

— Оке-е-е-ей, — тянет Вика и, немного замявшись, добавляет: — Вы Гейдена не видели? Как сквозь землю провалился.

Должно быть, в ад. Ведь ему там самое место.

Саша мотает головой, нервно постукивая длинными пальцами по рулю. Я молчу, отворачиваясь к окну.

Именинница перекидывается ещё парой невнятных фраз с Сашей и