Ребенок на спор (СИ) - Богда Ксения

– Я… я прибиралась, – блеет Тамара и замечает меня.

Бледнеет. Потом, наоборот, покрывается красными пятнами. Теребит кофту.

– Пап, что происходит?

Отец разворачивается:

– О, явился тоже, блудный сын.

Таращусь на него. Да какая муха его укусила?

– Что случилось?

– А то, что вот эта гадюка с карточкой тут что-то мутить попыталась. Деньги пыталась перевести?

– С какой карточкой? – За спиной возникает мама.

Папа выхватывает из рук Тамары карту.

– С твоей, милая.

Вскрикивает.

– Алис, захвати, пожалуйста, мою сумку! – кричит на весь коридор.

Мама испуганно смотрит на отца, пока он сверлит взглядом помощницу.

– Ну так что ты скажешь?

– Вы ничего не докажете, – тут же преображается Тамара и гордо поднимает подбородок.

Алиса заходит и протягивает маме сумку. Мама лезет за кошельком и судорожно перебирает все кармашки. Прикрывает рот рукой и смотрит на Тамару с таким отвращением.

– Ты взяла мою карту? Но зачем?

– Я сразу понял, что она та еще гадюка, – зло шипит отец.

– А что ж ты тогда молчал?

Отец бросает на маму растерянный взгляд:

– Потому что видел, что тебе сложно, и не мог оставить тебя без помощи. Но и на место моей сиделки никто не шел.

– Откуда ты знаешь?

– Объявление давал, – бурчит отец.

– Так это вы сняли деньги с маминой карты?

– Еще раз говорю, вы ничего не докажете, – уже твердо заявляет Тамара. – У вас не будет доказательств. Да и у вас денег куры не клюют. Подумаешь, несколько сотен тысяч. Мне они нужнее, надоело уже в нищете жить.

– Чего? То есть ты надеялась просто безнаказанно и дальше меня обворовывать? – ахает мама.

Проходит в кабинет и неуверенно опускается в кресло. Ее руки дрожат, а мне больно видеть ее в таком состоянии.

– Мам, не нужно волноваться. Сейчас мы все решим и выясним.

– Я ничего не буду говорить вам. – Тамара складывает руки на груди, а у меня перед глазами пелена багровая.

Да какого фига?!

– Я сейчас ментов вызову, и посмотрим, будешь ли ты говорить.

– И что? Камер в доме нет, а я скажу, что Татьяна сама мне поручила оплатить онлайн-покупку для Тимура. И все, вы ничего не докажете. Олигархи чертовы.

Отец рычит:

– Ну зараза! Умел бы я ходить – придушил бы, честное слово!

Тамара усмехается:

– Да вы же себя настолько сильно жалеете, что не в состоянии даже встать.

– Замолкни! – одергиваю. – Алис, идите с Настей в комнате побудьте, не хочу, чтобы Настя стала свидетелем не очень хорошего разговора. И маму забери, пожалуйста.

Лисенок кивает:

– Денис, можно тебя?

Мы выходим в коридор. Алиска протягивает мне телефон, а я непонимающе таращусь на протянутую руку.

– Зачем? У меня свой есть.

– Я записала видео, где Тамара все говорит.

И взгляд такой – до дрожи продирает.

Не могу справиться с собой, и стискиваю своих девочек в объятиях.

– Что бы я без вас делал, мои любимые? – бормочу в макушку. – Спасибо тебе, родная. Ты даже не представляешь…

– На твоем месте я бы поторопилась с вызовом полиции и задержанием до их приезда Тамары. Я побуду с Татьяной, пока вы все утрясаете.

– Спасибо, – коротко целую, – люблю тебя.

Алиска улыбается, а я скрываюсь в кабинете.

– Мам, там Алиса тебя просит с Настей помочь.

Мама тут же подскакивает и идет в нашу комнату.

– Я, пожалуй, пойду. – Тамара идет в сторону выхода.

– Далеко собрались?

– Домой. Что мне тут делать?

Трясу телефоном:

– Ну, в доме, конечно, камер нет, но на телефонах они есть.

Тамара снова бледнеет, и из ее глаз брызжут слезы. А мне вот ни капельки не жалко ее.

Глава 37

Алиса

Все время до операции Насти у Дениса занимают разборки с Тамарой. Я провожу все время с Настей, стараюсь как можно чаще бывать с ней на улице, и погода в этом содействует.

Тимур тоже занят непрерывной чередой звонков и попыткой по справедливости наказать воровку.

Во время прогулки решаю позвонить родителям и рассказать о последних новостях.

– Алисонька, привет, доча, – тут же начинает мама тараторить.

– Привет, мам. Все хорошо у нас. Завтра на операцию.

– Как с вами там обращаются? – обеспокоенно интересуется мама, а я хмыкаю.

– Тут прекрасные специалисты, мам. Настенку просмотрели вдоль и поперек – никаких противопоказаний. Да и операция намного дешевле обойдется из-за нашего возраста. Сказали, что если бы позже, то реабилитация была бы намного дороже, а так отделаемся малой кровью.

– Я не о специалистах, Алис. Как родители Дениса и сам Денис? – Мама понижает голос до шепота, мне приходится напрячь слух, чтобы услышать.

– А что ты шепчешь-то? Как будто тебя кто-то, кроме папы, услышит, – не сдерживаюсь и подкалываю маму.

– Ой, вот что ты начинаешь? – Обида в голосе тут же стирает всю мою веселость.

– Все хорошо, мам. Родители у Дениса прекрасные. Денис от нас не отходит, как и обещал. Все хорошо, в общем. Вы как?

– Настя-то подружилась с ними?

– О, Настя купается во внимании. Они ничем не уступают вам. Татьяна носится с Настей как наседка. – Вспоминаю слова Дениса и понимаю, что они очень точно отражают все.

– Это хорошо, конечно, но мы тут тоже скучаем.

Закусываю губу до боли, стискиваю ручку коляски.

– Я тоже скучаю, мам.

– Кстати, дочка, мы тут с папой едем опять на вахту через недельку. Поэтому спокойно там всем занимайтесь. Вернемся к Новому году.

– Так быстро?

Настроение немного ухудшается. Не хочу, чтобы они снова так надолго уезжали, но ничего не поделать – работа.

– Да, так получилось. Мы специально так рассчитали, чтобы Новый год провести с вами.

У меня из рук выдергивают телефон, и я резко оборачиваюсь. Вижу хитрый взгляд Дениса. Глаза тут же расширяются, когда он прислоняет телефон к уху.

– Вера, добрый день, это Денис.

Молча что-то выслушивает, пока я пытаюсь отобрать у него телефон. Но он только одергивает руку и шикает на меня. Возмущенно надуваю губы и тут же получаю поцелуй.

– Да все хорошо, спасибо. Отец намного лучше после знакомства с Настей. Да, довольные были, когда увидели. А вы можете дать трубочку Михаилу?

– Ты что задумал? – шиплю на него, но Денис прислоняет палец к моим губам.

Я кусаю его, а он хохочет. Но потом резко становится серьезным.

– Михаил, добрый день. Вы извините, что я вас побеспокоил, но у меня к вам серьезный разговор. Да, по поводу Алисы. Я хочу попросить у вас руки и сердца вашей дочери.

Воцаряется тишина, во время которой я пытаюсь пришибить Дениса взглядом.

– Нет, она не против, согласилась, да. Обещаю. Да, спасибо. – Его тихий смех и искры в глазах заставляют меня немного расслабиться. – Отлично. Да, передаю.

Отдает телефон и цепляет коляску.

– Да, пап. – Сглатываю тугой комок.

– Можно вас поздравить? Наконец-то решились на воссоединение.

– Э, ну, вроде как.

– Это правильно, дочка. Хороший парень, да и вас с Настей любит, сразу видно. А семья должна быть полной и любящей.

– Спасибо, пап.

– Когда свадьба? – добивает родитель вопросом.

– Не знаю пока. Нужно операцию пережить и потом уже решать. Ладно, я побежала. Маму целуй.

Догоняю довольного предателя и щиплю за бок. Денис хохочет и притягивает меня к себе.

– Ну что ты завелась?

– Ты вообще нормальный? Об этом нужно как-то заранее договариваться. – Дуюсь на него, а ему хоть бы что – идет довольный.

– Лисенок, я бы все смог объяснить и убедить, что нам это важно.

Смотрит на меня глазами, полными обожания, и мое раздражение тут же тает.

– О, дети, еще не нагулялись?

– Да уже собирались заходить. Хотя… Мам?

Денис ждет, пока Татьяна подойдет к нам.

– М? – Она наклоняется над коляской и не сдерживает теплой улыбки.

– Можете побыть с Настей? Я хочу утащить Алиску ненадолго.