Дженис Хадсон - Посланник судьбы

Или, скажем так, ничего очень незаконного. Лишь небольшие отступления от закона здесь и там. Джек рассудил, что маленькие нарушения никому не принесут вреда и не лишат его права считать себя честным человеком.

В любом случае, на серьезные правонарушения он не шел никогда. В последнее время он очень осторожно относился к поручениям Кроуфорда. Поездка по его приказу в Ту Оукс в прошлом январе все еще беспокоила его. Он до сих пор не понимал, что замышлял Кроуфорд, посылая его туда. Несмотря на его заверения в порочности Фэйф Хиллман, она была такой же интриганкой и шантажисткой, как и его мать, а все вокруг знали, что его мать добрейшее в мире создание. Фэйф оказалась очаровательной женщиной, пытавшейся наладить свою жизнь после трагической смерти отца.

Мысли о ней тревожили его. Она так и не стала получать деньги по чеку, посланному им. Должно быть, она его возненавидела.

Джеку было неприятно думать, что кто-то питает к нему подобные чувства, но он старался гнать от себя неприятные мысли.

Уже целую неделю ему не удавалось спокойно посидеть и почитать газету или посмотреть телевизор. Кроуфорд приказал в лепешку разбиться, но навести блеск на складе для проведения пресс-конференции.

Теперь все было позади. Он старался не зря, результат стоит затраченных усилий. Его склад показали по техасскому телевидению, а это приведет несомненно, к увеличению объема продаж. Каждый квартал Джек получал процент с прибыли, поэтому он был заинтересован в процветании дела.

Настроение его немного поднялось от мыслей о деньгах. Довольно улыбаясь, Джек положил ноги на стол, поставил возле себя чашку кофе и сандвич и раскрыл газету. Он пил уже вторую чашку кофе, когда его внимание привлекла маленькая заметка на двенадцатой странице.

«ФБР пришло к выводу, что взрыв, разрушивший на прошлой неделе редакцию местной газеты в маленьком техасском городке Ту Оукс, не был устроен Неизвестным. Федеральные власти полагают, что это работа его подражателя. Фэйф Хиллман, издательница и редактор «Ту Оукс уикли реджистер», которая легко пострадала во взрыве, не дала никаких комментариев по этому поводу».

Кофе обожгло ему горло. В сердце Джека закрались смутные сомнения.

Три часа спустя, когда старенький «Форд» Джека остановился напротив обгоревших развалин редакции газеты, ему стало страшно.

Когда несколькими минутами спустя Джек позвонил в парадную дверь ее дома, невозможно было сказать, кто удивился больше – он или человек, открывший ему дверь. Первым опомнился Далтон.

– Привет, Джек!

Ударом правой руки он свалил его с ног.

Осторожно прижимая руку к рассеченной брови, Джек поднялся и подхватил упавшую шляпу.

– Ты что, Далтон, пытаешься отомстить мне за шрам, которым я тебя украсил? Черт, я думал, ты уже смирился с ним.

– Ты прав, – зло сказал Далтон, глядя, как Джек вновь поднимается на крыльцо. – Это за то, что прикрывался моим именем для своих грязных делишек. А это за Фэйф!

Он снова с размаху ударил его.

– Спасибо, Далтон, но я могу говорить за себя. – За его спиной показалась Фэйф. – Может быть, зайдешь… Джек, ведь так тебя зовут?

Когда Джек вошел в гостиную и Далтон закрыл за ним дверь, наступила зловещая тишина.

– Значит, ты и вправду в порядке? – спросил Джек, неловко теребя шляпу. – Я… узнал о взрыве только сегодня.

– Да, я в порядке.

– Она чуть не погибла, – вмешался Далтон.

– Мне нужно поговорить с тобой, Фэйф, – сказал Джек, оставляя замечание Далтона без внимания. – Наедине.

– Если ты думаешь, что я оставлю тебя с ней одного, ты глубоко ошибаешься. – В голосе Далтона прозвучала глухая угроза. Он убеждал себя, что обязан заботиться о ее безопасности, однако в истинной причине своего нежелания уйти не хотел признаться даже себе.

– Садись, Джек, – устало сказала Фэйф. – У меня нет секретов от Далтона.

Фэйф опустилась в кресло-качалку у окна. Джек сел на софу. Далтон прислонился к двери, ведущей на кухню, засунул руки в карманы джинсов, подавляя искушение схватить Джека за горло.

– Тебе придется кое-что объяснить, Джек, – процедил он.

Джек стиснул зубы, не отводя взгляда от Фэйф.

– Не встревай, Макшейн. Тебя это не касается.

– Ты использовал мое имя для своих мерзких целей, и меня это не касается?

– Прекратите, вы оба, – прикрикнула на мужчин Фэйф. – Зачем ты пришел, Джек? Я же сказала, что больше не хочу тебя видеть.

Джек виновато опустил плечи.

– Я знаю. Последнее время меня кое-что беспокоит. Теперь еще и этот взрыв… Послушай, я скажу тебе, что знаю о бомбе, ты сопоставишь мои предположения с тем, что уже известно, и мы вместе посмотрим, что можно сделать.

Далтон медленно отошел от двери.

– Ты знаешь, кто послал бомбу? – резко спросил он.

– Нет, я лишь подозреваю, но мои подозрения кажутся мне бессмысленными. Поэтому я хочу поговорить с Фэйф, если ты не возражаешь. Фэйф, что ты знаешь о сенаторе Ричарде Кроуфорде?

Напряжение, повисшее в воздухе, стало физически ощутимым.

– Я знаю его всю свою жизнь, – осторожно выбирая слова, сказала Фэйф. – А какое он имеет отношение ко взрыву?

– Я приехал сюда в январе по его поручению, – признался Джек.

Сердце Фэйф забилось сильнее.

– Объясни, – потребовала она.

Джек откинулся на софе и закинул ногу на ногу.

– Он уверял, что твой отец шантажировал его.

– Мой отец… Да как он посмел говорить такое?

– Если верить Кроуфорду, Джо Хиллман грозил, что напечатает в «Реджистер» порочащие его материалы, которые совершенно лживы. Он был очень расстроен известием о его смерти, так как уже не мог выяснить, что твой отец собирался напечатать. Он послал меня сюда и велел выяснить, что знаешь ты.

«Оставь эмоции на потом, – приказала себе Фэйф. – Это обыкновенный репортаж, который ты потом поместишь в «Реджистер».

– Ты работаешь на Кроуфорда?

– Время от времени я выполняю его поручения. Он велел мне назваться чужим именем и любыми средствами выведать, что ты знаешь.

– И ты в точности следовал его указаниям, верно?

Джек густо покраснел, но его позднее раскаяние не смягчило Фэйф.

– О чем ты доложил ему?

– Что его подозрения беспочвенны. Кроуфорд уверял, будто никогда не встречал тебя, но слышал, что ты бессердечная эгоистка – в общем, пытался убедить меня в том, что, как я понял, оказалось ложью, когда я познакомился с тобой.

– Переходи к делу, Джек, – одернула его Фэйф.

– Вижу, ты очень изменилась – научилась быть жесткой, – усмехнулся он.

– Да, я могу быть и такой.

У Далтона защемило сердце, когда взгляд Джека остановился на животе Фэйф.

– У тебя… ты… у тебя все в порядке? В последний раз, когда я приезжал, еще ничего не было видно, а сейчас… Тебе нужно что-нибудь для… ребенка? Я посылал тебе деньги. Ты получила их?