Дженет Таннер - Возвращенный рай

Кэтрин нервно провела рукой по своим волосам. На ее глаза наворачивались слезы, она чувствовала себя беспомощной и напуганной.

– Я не согласна с вами, однако, если вы приняли уже окончательное решение, думаю, не смогу остановить вас. Но сначала хотя бы поешьте.

– Хорошо, – отозвался он. – Вам следует пойти погулять. Прихватите с собой Ги. Когда вы возвратитесь, меня уже не будет. Сразу же сообщите кому-нибудь об этом. Разыграйте удивление – покажите, что вы расстроились. А потом совсем забудьте обо мне.

Она кивнула, зная, что он просит о невозможном. Ей будет трудно разыграть такую комедию, но она как-нибудь это сделает. Но вот забыть его она не сможет.

Когда Кэтрин спускалась по лестнице, дверь в кабинет отворилась и оттуда вышел Кристиан. Она даже вздрогнула, как будто ее уличили в чем-то плохом. Ей казалось, что в доме нет никого из членов семьи.

– Кристиан, а я думала, что ты находишься у перегонных аппаратов!

– Могу поспорить, что именно так ты и думала. Ты опять ходила к воспитателю, правда?

Она так и замерла, ухватившись рукой за перила.

– Что ты хочешь этим сказать?

– А ты не понимаешь?

– Нет, не понимаю. Я зашла к Полу, да – сегодня утром ему нездоровится. Он сегодня не сможет заниматься с Ги.

– Понимаю. И полагаю, что он плохо чувствовал себя и вчера вечером.

Она не знала, что сказать на это. Мысли ее смешались.

– Кэтрин, ты можешь обмануть Шарля. Но не меня. – Кристиан говорил это в шутливом тоне, но в его голосе слышались и грозные нотки. – В этом человеке есть что-то странное. Я всегда так считал. И я видел, как он на тебя смотрит. Он – твой любовник?

– Ты что? – Краска залила щеки Кэтрин, потом кровь отхлынула. – Ничего подобного. Конечно нет!

– Вот как? Значит, ты находишь необходимым обсуждать с ним вопросы воспитания Ги среди ночи? Верно? Вчера я не мог заснуть и спустился, чтобы набрать стакан воды. Тут-то я и видел, как ты выходила из его комнаты. Не отнекивайся, Кэтрин. Галлюцинаций у меня не бывает.

Значит, я была права, с подозрением относясь к Кристиану, подумала Кэтрин. Подтвердившееся опасение взволновало ее, потрясло, но одновременно она испытала чуть ли не облегчение. Кэтрин замерла в нерешительности, лихорадочно обдумывая, что же сказать ему. Сделать вид, что Пол действительно ее любовник и потом, когда он исчезнет, позволить Кристиану думать, что он удрал потому, что их связь раскрыта? Или же сказать ему правду и попросить помощи? Кэтрин считала, что из всей семьи только Кристиан мог проявить сочувствие к их делу. Его возмущало поведение отца и Шарля, что он довольно часто демонстрировал. Он ненавидел бошей, ненавидел Райнгарда. Она знала, что и он сам – из рода мятежников.

Внезапно она ощутила, что не в состоянии больше одна играть эту комедию. Ей нужен союзник. Без дальнейших обиняков она решила довериться Кристиaнy, сказать ему правду и молить Бога, чтобы тот не обманул ее надежд.

– Кристиан, можно поговорить с тобой? – спросила она.

Его брови сошлись.

– Сейчас?

– Да, сейчас.

– Без посторонних, я верно понимаю?

– Совершенно верно.

Они вошли в кабинет и прикрыли за собой дверь.

– Боже мой! – воскликнул Кристиан, когда она закончила рассказ. – Я чувствовал; что-то такое происходит, но совершенно не ожидал этого.

– Слава Богу, что ты не подозревал правды. Это значит, что, возможно, и никто другой не подозревает. Но что же нам делать? Пол настаивает на уходе, но он так слаб, что его тут же схватят.

– Тогда он должен остаться у нас. Если он приехал во Францию, чтобы помочь нам, то наименьшее, что мы можем сделать, – это помочь ему.

У нее как гора свалилась с плеч. Кристиан очень легко мог отказаться делать что-то, что поставило бы семью в величайшую опасность даже в сравнение с той, в которой она уже находилась. Он вполне мог сказать, что Пол знал, чем рискует и сам навлек на себя беду. Он мог бы так сделать – но не сделал. В этот момент она почувствовала, что Кристиан стал ей ближе, чем за все время ее пребывания в Шаранте.

– Ему прежде всего надо показаться доктору, – сказала она. – Но я не знаю, можем ли мы доверять Антиго. Я собиралась отвезти его к знакомому в Периге, но не уверена, хватит ли в «испано» бензина.

– Немного бензина есть и в моей машине, – заметил Кристиан. – Но раз он задумал уезжать, сначала надо отговорить его. А потом уж разработаем какой-нибудь план.

– Ты сможешь сейчас пойти к нему вместе со мной? Я как раз собиралась принести ему что-нибудь поесть – дай мне несколько минут и потом заходи.

– Очень хорошо. Правда, отец ждет меня на перегоночной линии. Я позвоню и скажу, что задерживаюсь.

Кэтрин отправилась на кухню, где, к счастью, никого не было. Тарелки после завтрака перемыли и убрали, а Бриджит теперь играла в детской с Ги – Кэтрин знала это. Она приготовила кофе, нарезала хлеб, взяла домашних варений-солений, жалея, что не открылась Кристиану раньше. Ей следовало бы знать, что человек, который воевал в рядах французской армии, заслуживает доверия.

Кристиан все еще был в кабинете, когда на обратном пути она проходила мимо с подносом – его голос слышался за дверью, но слов она не могла разобрать, – а когда поднялась на второй этаж, до нее донесся закатистый смех Ги.

– Бриджит – перестань! Мне щекотно!

Кэтрин улыбнулась. Бриджит не чаяла души в Ги и постоянно забавляла его. Господи, не дай, чтобы его смех сменился слезами! – прошептала она.

Дверь в комнату Пола оказалась запертой. Она повернула ручку и толкнула. Дверь не поддалась. Она толкнула сильнее. Дверь была заперта или что-то ее держало.

– Пол, – тревожно окликнула она. Никакого ответа.

Встревоженная, Кэтрин поставила поднос с завтраком на ковер и толкнула дверь обеими руками. Дверь едва приоткрылась, и в щель она увидела, что держало дверь закрытой – тело Пола.

– О Господи! – прошептала она.

Оставив поднос на полу и молясь, чтобы Ги и Бриджит не вышли из комнаты и не увидели ее, она сбежала вниз по лестнице.

Кристиан закончил телефонный разговор и уже выходил из кабинета.

– Что случилось? – спросил он, увидев ее испуганное лицо.

– Кристиан, пойдем скорей. Кажется, Пол упал в обморок.

Деверь заторопился впереди нее, перепрыгивая через ступеньки.

– Ты права. – Он опустился па колени и сумел слегка приоткрыть дверь, чтобы просунуть руку. Но все без толку. Он никак не мог сдвинуть неподвижное тело Пола.

– Пол! Вы слышите меня? – позвал Кристиан негромким голосом.

Раздался тихий стон. Пол, наверное, начал приходить в сознание.

– Попытайся откатиться от двери! – прошипел Кристиан.