Лавирль Спенсер - Прошлые обиды

Одновременно вошли Лиза с улицы и Рэнди из своей комнаты. Он остановился как вкопанный, увидев отца.

Майкл заговорил первым:

– Привет, Рэнди.

– Привет.

Ни один из них не сделал встречного шага. Лиза стояла в дверях, наблюдая за ними.

После паузы Майкл сказал:

– Ты здорово выглядишь.

– Спасибо. Ты тоже.

Они напряженно молчали, и Лиза поторопилась прийти на помощь:

– Эй, Рэнди, посмотри, что заказали папа с мамой – два лимузина. – Бесс спустилась по лестнице, и Лиза улыбнулась ей:

– Мам, это так здорово! Марк знает?

– Нет еще, – ответила Бесс. – И не узнает, пока не приедет в церковь. Жениху не положено видеть невесту до венчания.

Майкл смотрел, как Бесс спускается по лестнице. Бледно-персиковый костюм, туфли в тон, жемчуг в ушах и на шее, волна волос до плеч, легкая улыбка на губах. Она остановилась на секунду на последней ступеньке, положив руку на стойку перил. Только слепой не заметил бы, как их тянет друг к другу. Их взгляды встретились, и Майкл поправил свою абрикосовую бабочку смущенным жестом, так, как в подобных случаях делают мужчины.

– Привет, Майкл, – поприветствовала его как ни в чем не бывало Бесс.

– Бесс… ты выглядишь просто потрясно.

– Я то же самое подумала о тебе.

Улыбаясь, несколько секунд он молча смотрел на нее, пока не спохватился, что за ним наблюдают дети.

– По-моему, все великолепны. Рэнди… и Лиза, наша прекрасная невеста.

– Великолепна, – согласилась Бесс, направляясь к дочери.

Волосы Лизы были закреплены двумя маленькими гребенками и падали на спину крутыми локонами. Бесс повернула ее к себе:

– Прекрасная прическа. Тебе нравится?

– Очень. Чудо из чудес.

– Отлично. Нам нужно идти. Съемка в пять.

Майкл сказал:

– Можно взять твое пальто, Бесс?

– Да, оно в шкафу, за тобой, и Лизино тоже.

Лиза сказала:

– Нет, я свое не надену, изомнется платье. Кроме того, на улице почти весна.

Майкл открыл шкаф, как он делал это сотни раз, достал пальто Бесс. Лиза сняла вуаль с дверной рамы, Рэнди взял ее сумку.

– Как мы сядем? – спросил Рэнди, когда они направились к ожидающим их машинам, возле которых стояли водители в ливреях.

Майкл вышел из дома последним и закрыл входную дверь.

– Твоя мама и я решили, что поедем в одной, а ты, Рэнди, будешь эскортом Лизы, если не возражаешь.

Водители улыбались, один из них снял фуражку и протянул Лизе руку:

– Сюда, пожалуйста, мисс, примите мои поздравления. Сегодня прекрасный день.

Лиза поставила ногу в машину, но передумала и сделала шаг назад, когда Бесс уже была готова сесть во вторую машину.

– Мама, папа! – позвала она.

Бесс и Майкл обернулись.

– Скажите Рэнди, чтобы он в церкви не ковырял в носу, ведь гости будут смотреть.

Все засмеялись, а Рэнди пообещал, что даст ей как следует, как в детстве.

Двери машины закрылись, Лиза потрепала Рэнди по щеке:

– Молодец, братец, и глаза твои сегодня лучше.

Он сказал:

– Между этими двумя что-то происходит.

Лиза ответила:

– Надеюсь.

Во второй машине Майкл и Бесс сидели на белых кожаных сиденьях на безопасном расстоянии и избегали смотреть друг другу в глаза. Но чувствовали себя великолепно! Не только каждый в отдельности, но вместе. Совпадало все, вплоть до сочетающихся по цвету туалетов.

Когда искушение стало слишком сильным, Майкл повернулся к ней и сказал:

– Мы вот так же ездили в церковь утром по воскресеньям.

Она тоже позволила себе взглянуть на него.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду.

Лимузин повернул за угол, и водитель спросил:

– Невеста – ваша дочь?

– Да, – ответил Майкл.

– Значит, счастливый день.

– Очень счастливый.

Майкл снова посмотрел на Бесс. Этот день сулил им кое-что. Водитель опустил стекло, отделяющее его от пассажиров, и они остались одни. Атмосфера была искушающей, изоляция романтичной. Оба сознавали, что на них работает и прошлое, и настоящее, притягивая их друг к другу и расслабляя.

Через какое-то время Майкл сказал:

– Ты сменила ковер в вестибюле.

– Да.

– И обои.

– Да.

– Мне нравится.

Она отвернулась, тщетно пытаясь образумить себя.

– Бесс?

Майкл накрыл ее руку своей. С усилием она отняла ее.

– Майкл. Прошлое будет преследовать нас сегодня, но оно не изменит того, что есть.

– А что есть? – спросил он.

– Майкл, не надо. Это неразумно.

Некоторое время он молча смотрел на нее.

– Хорошо. Пусть будет, как ты хочешь.

Остаток пути они проехали молча, но Бесс чувствовала на себе его взгляд. Сердце ее билось где-то в горле, и ей казалось, что он это видит. Она чувствовала и восторг, и смущение и понимала, какая во всем этом таится угроза.

Семейство Пэдгетг уже прибыло в церковь. Появление лимузинов вызвало общий восторг. Марк в таком же, как Майкл и Рэнди, смокинге, увидев подъезжающую невесту, недоверчиво улыбнулся, открыл дверцу и заглянул в машину.

– Откуда это?

– Мама и папа арендовали это для нас. Здорово, правда?

Начались объятия, приветствия, восклицания. Затем все вошли в церковь, где фотограф уже устанавливал свое оборудование. В комнате для переодевания невесты стояли плоские белые коробки с цветами. Бесс помогала Лизе прикрепить получше вуаль. Женский состав семейства Пэдгетт крутился перед большим и высоким зеркалом, что-то поправляя и улучшая в своих туалетах в последние минуты. Бесс поглубже запрятала гребенку в Лизиных волосах и вколола для верности еще две шпильки.

– Ну как, хорошо? – спросила она.

– Хорошо, – одобрила Лиза. – Подай, пожалуйста, мой букет, мама.

Бесс открыла одну из коробок. Тонкая зеленая бумага зашелестела, и у нее застыли руки. В восковом зеленом гнездышке лежал букет абрикосовых роз и кремовых и белых азалий, точно таких, как те, с которыми она шла к алтарю в 1968 году.

Она повернулась к Лизе, которая стояла спиной к зеркалу:

– Нечестно, дорогая.

– На войне и в любви все частно, а у вас сейчас и то и другое.

Бесс смотрела на цветы и чувствовала, как теряет контроль над собой и как улетучивается ее намерение быть благоразумной.

– Ты стала коварной маленькой женщиной.

– Спасибо.

У Бесс на глаза навернулись слезы.

– Если я из-за тебя заплачу и испорчу грим, тебе это никогда не простится.

Она высвободила букет из вощеной тонкой бумаги.

– Ты, конечно, отнесла мои свадебные фотографии флористу.

– Конечно.

Лиза подошла к матери, взяла ее за подбородок и заглянула в блестящие глаза:

– Похоже, действует.

У Бесс дрожали губы.

– Ты непослушная бессовестная девчонка.

Лиза засмеялась: