Грейс Металиус - Пейтон-Плейс

— С тобой сложно говорить, Сет, — с ложной суровостью сказал Док. — Так как говоря о сексе, ты имеешь в виду только мужчину и женщину в постели. А это не всегда так. Позволь рассказать тебе один случай. Однажды я видел молодого мальчика с тяжелейшим случаем обезвоживания. Это произошло оттого, что ему часто ставили клизмы, в то время как он в них совсем не нуждался. Секс, причем СЕКС заглавными буквами.

— Господи, Мэт! — воскликнул Сет, «в ужасе» расширив глаза. — Ты думаешь именно это свело старину Окли в могилу? Клизмы?

— Не надо спешить с выводами, — возразил Док. — Я не говорил, что этот случай имеет что-то общее с Эвелин и Норманом. И Окли умер не от клизм. Каролин, Шарлотта и Эвелин до смерти засекли его своими языками.

— Пожалуй, я больше не буду тебе наливать, — сказал Сет. — Это делает тебя мрачным, а сегодня слишком жарко для подобных настроений и всего прочего.

— Не считая выпивки, — сказал, вставая, Свейн. — А я не имею намерений напиться к четырем часам дня в пятницу. Мне пора.

— Увидимся вечером? — спросил Сет. — Сегодня собирается вся банда, значит, будет хороший покер.

— Я приду. И прихвати свою чековую книжку: чувствую, сегодня мне повезет.

ГЛАВА III

Селена Кросс стояла у витрины «Трифти Корнер» и смотрела, как мимо проходит д-р Свейн. Сердце заколотилось сильнее, страх сжал ее и распространился по всему телу. Она с ужасом смотрела на высокого человека в белом костюме, который всегда относился к ней с такой добротой.

«Помогите мне, Док, — тихо репетировала она, — вы должны помочь мне».

— Мэтью Свейн — единственный мужчина из тех, кого я знаю, который способен с успехом носить белый костюм, — сказала Констанс Маккензи из-за плеча Селены. — Он может выглядеть неглаженным, но всегда свежим.

Селена со всей силы сжала в руке бутылку кока-колы.

«Подожду еще один день, — думала она, — еще один день, и, если ничего не произойдет, я пойду к Доку. Помогите мне, Док, скажу я ему, вы должны помочь мне».

— Селена?

— Да, миссис Маккензи?

— Ты хорошо себя чувствуешь?

— О да, конечно, миссис Маккензи, я прекрасно себя чувствую. Просто жарко.

— Ты такая бледная. На тебя это не похоже.

— Это все из-за жары, миссис Маккензи. Со мной все в порядке.

— Сегодня так тянется день. Почему бы тебе не уйти домой со второй половины?

— Спасибо, но меня все равно в шесть часов встречает Тед.

— Ну, тогда иди в заднюю комнату и посиди там немного. Честное слово, никогда не видела тебя такой бледной.

— Хорошо, пойду посижу. Позовите меня, если понадоблюсь.

— Позову, дорогая, — пообещала Констанс и от той нежности, с которой она это сказала, Селена чуть не заплакала.

«Если бы вы знали, — подумала она, — если бы вы знали, в чем дело, вы бы не были так добры ко мне. Вы бы сказали мне убираться с глаз долой. О, Док, помогите мне. Что, если Тед узнает, или его старики, или кто-нибудь еще?»

Селена никогда не принадлежала к тем, кого волнует мнение Пейтон-Плейс.

— Пусть говорят, — часто повторяла она. — Они все равно будут говорить.

Но теперь, когда с ней произошла такая ужасная вещь, она испугалась. Селена знала свой город, знала его голоса.

— У девочки проблемы.

— Она залетела.

— Шлюха, грязная, маленькая шлюха.

— Ну, а чего еще ждать от этих, из хижин.

Если бы не Тед, Селена бы заявила всему миру с высоко поднятой головой: «Ну и что?». Но она любила Теда, в шестнадцать лет она достигла такой зрелости, какой некоторые женщины не достигают никогда. Селена хорошо знала, чего она хочет, и знала свое сердце. Она знала, что любит Теда и никогда его не разлюбит. Причинить ему такую боль было выше ее сил. Тед с его неизвестно откуда унаследованным чувством собственного достоинства, с его жестким самоконтролем. Тед, обнимающий ее за плечи: «Я не буду, дорогая. Я не сделаю тебе больно». Тед, отстраняющийся от нее, когда она этого хочет, он говорит, что, кроме любви к ней и уважения, у него еще есть терпение. Они смеялись над этим.

— Мы — девочки с окраин, все очень темпераментны.

— Осталось не так долго, — говорил Тед. — Два года. Нам только по шестнадцать, у нас впереди вся жизнь. Поженимся перед тем, как я поеду в колледж.

— Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я никогда никого не любила, кроме Джо, а тебя я люблю еще больше.

— Я хочу тебя, малышка. Как я тебя хочу. Не дотрагивайся до меня. Вдруг у тебя из-за меня будут неприятности? Ты же знаешь, так бывает. Как бы люди не были осторожны, это случается. Ты знаешь, какой это город и как они относятся к девушке, у которой проблемы. Помнишь, как это было с Андерсон, сестрой Бетти? Ей пришлось уехать, она не могла найти в городе работу.

«О, Док, — молила Селена, опустив голову на колени и борясь с накатывающей слабостью. — О, Док, помогите мне».

— Селена?

— Да, миссис Маккензи.

— Телефон.

Селена встала, пробежала дрожащими пальцами по лицу и волосам и вышла из задней комнаты.

— Алло, — сказала она, взяв трубку.

— Милая, — сказал Тед Картер, — боюсь, я не смогу встретить тебя в шесть. Тут у мистера Шапиро прибыла партия цыплят, три тысячи штук. Я должен остаться и помочь.

— Все хорошо, Тед, — сказала Селена. — Миссис Маккензи предложила мне уйти домой с полдня. Раз уж ты не придешь, я воспользуюсь ее предложением.

Вторая половина дня. Вторая половина дня. Я пойду к Доку во второй половине дня.

Селена едва ли расслышала планы Теда встретить ее позже. Она повесила трубку и тупо смотрела на свою белую руку на черном телефоне.

— Миссис Маккензи, — сказала она через несколько минут. — Вы не против, если я все-таки уйду с полдня?

— Конечно, дорогая. Иди домой и отдохни немного. Ты выглядишь ужасно усталой.

— Спасибо, — сказала Селена. — Так я, пожалуй, и сделаю. Пойду домой и немного вздремну.

Констанс Маккензи проводила взглядом уходящую по улице Вязов Селену. Странно, подумала она, что Селена не захотела поделиться. За последние два года они стали настоящими друзьями и обсуждали практически все. Селена была единственным человеком, который знал, что Констанс собирается выйти замуж за Майкла Росси. Констанс поделилась с ней своей радостью больше года назад. Селена хорошо понимала Констанс, знала, как осторожна она должна быть из-за Эллисон. Селена даже давала советы.

— Чем дольше вы тянете, миссис Маккензи, тем хуже будет потом, — говорила она. — Эллисон всегда так серьезно относилась к своему отцу. Она будет так к нему относиться и в следующем году, и потом. Я не знаю, каким образом, дождавшись выпускного вечера, вы решите эту проблему.