Отброс (ЛП) - Мари Секстон

Кэнди. Он хотел отказаться. Услуги Чарли редко были простыми, но Чарли позаботился о Кэнди, а затем солгал Грею, чтобы прикрыть задницу Уоррена. Уоррен решил, что задолжал Чарли, по крайней мере, один раз, если не два.

- Назови ее.

- С завтрашнего дня я присматриваю за мальчиком, который завязывает с героином. Мне бы не помешал помощник.

- Черт.

- Не слишком радуйся. Я знаю, что это будет вечеринка, но...

- Ты говоришь, по крайней мере, о неделе.

- Я знаю. Это большая вечеринка.

- Холодная индейка?

- Да.

- С лекарствами или без?

- Только безрецептурные.

Это означало, что никакого метадона или бупренорфина. Это было далеко от идеала, но Уоррену пришлось предположить, что у пользователя была причина отказаться от медикаментозной реабилитации в уютном заведении.

- Твой друг или как?

- Не совсем друг. Пару месяцев назад он приходил в мою клинику за лекарствами. Я, конечно, ничего ему не давал, но он уже был на том этапе, когда хотел завязать. Ты знаешь, как это бывает.

Уоррен кивнул, сидя в уединении своей машины. Даже после того, как они решили бросить употреблять, наркоманам обычно требовалось некоторое время, чтобы принять это решение.

- В любом случае, - продолжил Чарли, - я сказал ему, что, как только он будет готов, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь. Два дня назад он постучал в мою дверь и сказал, что хочет завязать. Итак, что скажешь? Не хочешь помочь?

Нет, но нравилось ему это или нет, он был в долгу перед Чарли.

- Скажи мне, где и когда.

В воскресенье днем Уоррен прибыл по указанному адресу, в ветхое здание в районе с низкой арендной платой. Он поднялся по наружным ступенькам в квартиру на втором этаже. Судя по запаху, когда Чарли впустил его, детоксикация уже началась. На кухне было полно грязной посуды, но не они были источником запаха. От запаха рвоты и фекалий, доносившегося из спальни, у Уоррена чуть не заслезились глаза.

- Он сейчас в ванне, - сказал Чарли Уоррену. - Заходи.

Уоррен последовал за ним через узкую гостиную в ванную, где их пациент сидел, раскачиваясь. Ему могло быть сколько угодно, от двадцати с небольшим до сорока с небольшим лет. Трудно было сказать наверняка. Он был худым, как палка, с черными вьющимися волосами.

- Это Райли, - сказал Чарли. - Райли, это мой друг Уоррен. Он будет нам помогать. - Затем, обращаясь к Уоррену: - У него был озноб, поэтому мы поместили его в теплую ванну.

Райли задвигался в ванне быстрее, обхватив колени руками.

- Я не могу этого сделать, чувак. Я не могу этого сделать. Я не могу этого сделать...

- Почему нет метадона? - спросил Уоррен. Формально, он отпускался только по рецепту, но у него было чувство, что Чарли мог его достать.

- Ни за что, чувак, - сказал Райли, все еще раскачиваясь в ванне. - Я видел, что происходит с этим дерьмом. Меняй одну зависимость на другую. Это не выход, чувак. - Его влажные черные волосы растрепались, когда он покачал головой. - Это не выход.

- Ладно, - сказал Уоррен. - Справедливо.- Не существовало «правильного» способа отказаться от героина. Независимо от метода, у большинства наркоманов рецидив происходил в течение года.И Райли был прав, некоторым помогал метадон, но у других возникающую зависимость было так же трудно преодолеть, как и от героина. - Сколько тебе лет?

- Двадцать семь.

- Как давно ты принимаешь?

- Пять лет, время от времени.

- Относительно небольшие дозы, - сказал Чарли. - Это говорит в его пользу.

Это, конечно, лучше, чем альтернатива.

- Ты первый раз бросаешь? - Уоррен спросил Райли.

- Второй.

Предполагалось, что каждая последующая попытка будет хуже предыдущей, но на стороне Райли была молодость. Тот факт, что он употреблял наркотики всего пять лет, тоже был плюсом, хотя и небольшим.

- Мне нужно выйти, чувак. Мне нужно выйти.

- Тебе опять плохо? - Спросил Чарли.

- Нет. Просто нужно двигаться. Нужно двигаться. Нужно двигаться.

Беспокойные ноги были распространенным симптомом ломки. Райли двадцать минут мерил шагами квартиру, прежде чем у него начался очередной приступ рвоты и поноса. Чарли ухаживал за ним, пока Уоррен убирал на кухне и готовил еду. Рис, куриный бульон, соленые крекеры и «Гаторейд». У Райли, конечно, не было особого аппетита, но Уоррен приложил бы все усилия, чтобы он проглотил несколько кусочков, когда сможет.

В восемь часов Чарли объявил, что на сегодня все, и пообещал вернуться к шести утра следующего дня. Он оставил после себя корень валерианы, мелатонин и ромашковый чай, которые должны были помочь Райли уснуть; средство от диареи, по понятным причинам; антигистаминный препарат, который, как утверждали некоторые наркоманы, помогал при беспокойстве в ногах; и, наконец, Фенерган - единственное лекарство, которое Чарли взял с собой по рецепту - от тошноты. Он также оставил стопку фильмов, которые, как он утверждал, были любимыми фильмами Райли для поднятия настроения, приобретенными до начала детоксикации, в надежде помочь облегчить депрессию, которая всегда сопровождала героиновую абстиненцию. Проблема была в том, что здесь не было телевизора или DVD-плеера. Райли, несомненно, в какой-то момент заложил их, чтобы купить наркотики.

Райли удавалось засыпать с интервалом в двадцать минут. Рвота и понос продолжались. Антигистаминные препараты никак не помогали успокоить его нервную систему. Он все ходил и ходил по комнате, пока у него не начался озноб, потому что это было невыносимо, и тогда он вернулся в ванну. Крошечный водонагреватель в квартире не справлялся с большим количеством ванн, в которых нуждался Райли, и в этот момент они попытались использовать стопку одеял. Это оказалось ошибкой, потому что из-за этого Райли не мог достаточно быстро добраться до туалета, когда у него снова начался понос. Уоррен урывками дремал, когда мог, но толку от этого было немного.

К тому времени, как Чарли приехал на следующее утро, Уоррен был совершенно измотан.

- Как у него дела? - Спросил Чарли.

- Он снова немного поспал. Он пьет недостаточно жидкости. Ты мог бы глянуть, сможешь ли надавить на это.

- Тебе приходилось его сдерживать?

- Пока нет. Желание бросить все еще сильнее, чем голод. - Но это ненадолго. В какой-то момент все может обернуться плохо. - Я принесу желе, когда вернусь вечером. - Это было полезно для желудка и давало немного жидкости в