Связанные - Мэри Калмз

том, что я влюблен в тебя с того момента, как ты пригласил меня отведать мексиканской еды в своем любимом заведении рядом со Стрипом через неделю после нашего знакомства.

Я покачал головой.

– Да. С того момента, как ты улыбнулся мне и сказал, что хочешь, чтобы мы были постоянными напарниками, и ты больше не хочешь меняться, если я не против.

Я до сих пор помню, как он кивнул и сказал, что да, он тоже этого хочет.

– А ты влюбился в меня с тех пор, как я принес тебе свой домашний куриный суп с лапшой, когда ты заболел воспалением легких, и это случилось ровно через неделю.

Он приехал ко мне домой, нашел свободное место и вошел, словно хозяин дома. Он разогрел суп и заставил меня лечь в постель. Самое приятное, что он забрался с другой стороны и до конца дня смотрел со мной фильмы.

Не было никаких сомнений в том, что он был прав. Я начал любить его с того самого момента.

– Ты помнишь это?

Глупый вопрос. И я бы ответил ему, но сердце заколотилось в горле, делая слова невозможными.

– Больше никому, Джед. Я уверен, что ты мог бы найти тонну парней, которые хотели бы заботиться о тебе, быть твоим лучшим другом, а потом превратиться в любовника, но правда в том, что ты не доверяешь никому, кроме меня.

Это была правда. Боди заполнил пустоту в моем сердце, и между ним, моей сестрой и ее семьей, моими надоедливыми друзьями и несколькими новыми - все было хорошо. Больше никто не был нужен. Оказалось, что я не мог расстаться с Боди, потому что он был единственным, кого я хотел. Все было решено, и мне было трудно даже спать с кем-то еще. Какое-то время мне удавалось не вмешивать в это дело свое сердце, но к этому моменту прошли годы. Я никак не мог отделить то, что требовало мое тело, от того, чего жаждало мое сердце.

– Черт, – пробормотал я.

– И после всего этого, – сказал он, взяв мою руку в обе свои. – Скажи мне правду. О чем ты жалеешь?

Он ждал, глядя на меня своими прекрасными глазами, и мне казалось, что все может начаться или закончиться именно в этот момент.

Я едва мог дышать.

– Прошло два дня, Джед, – прохрипел он, не сводя с меня взгляда. – Я с тобой уже два дня, и мысль о том, чтобы вернуться домой и не видеть тебя, кроме тех случаев, когда мы на работе, не... Я просто...

– Я жалею, что не сказал тебе, что люблю тебя, – прошептал я, признаваясь, потому что не признаться было просто глупо. – И не как напарника, а как человека, рядом с которым я хочу просыпаться до конца своих дней.

Наступила тишина, и через мгновение я понял, что он выглядит совершенно ошарашенным.

– Просто я никогда не хотел, чтобы ты не получил в жизни всего, чего хотел, потому что застрял со мной.

Он протяжно вздохнул.

– Я люблю тебя больше всего на свете, и поэтому... ты всегда должен был быть впереди меня.

После самого долгого момента он сказал:

– Я знаю.

– Знаешь?

– Конечно, знаю.

Я отвел взгляд в сторону, а потом вернул обратно.

– Я люблю тебя, и это эгоистично, потому что, серьезно, Хейден - идеальный парень для тебя, но я ничего не могу с этим поделать, и все перевернулось с ног на голову с тех пор, как ты сказал мне, что вы женитесь, и только после того, как я очнулся в больнице, все снова стало казаться нормальным.

– Я чувствую себя точно так же.

– Правда?

– А как иначе? Мы подходим друг другу. Мы всегда подходили друг другу.

И мы подходили. Как будто я встретил его и на этом все закончилось. Он был дома. Он всегда чувствовал себя как дома.

– Когда я сказал тебе, что собираюсь жениться, я думал, что это будет правильно, что я почувствую, как этот груз поднимается и ты больше не будешь удерживать меня, но все, что я чувствую с тех пор, - это постоянно растущее чувство ужаса.

Я усмехнулся. Ничего не мог с собой поделать.

– Это действительно хреново.

– Я знаю! – закричал он. – А ты думаешь, я не знаю?

– Ужас?

– Я... как будто я так долго не мог сориентироваться, потому что не мог понять, что мы не... мы.

– Да, – прошептал я.

– Это беспорядок.

– Да, и я не хочу, чтобы ты расставался с Хейденом, чтобы быть со мной, потому что вдруг я разрушу твою жизнь? Но я хочу, чтобы ты порвал с ним, потому что знаю, что люблю тебя больше, чем он, потому что нет никого, кто мог бы любить тебя больше, чем я.

След улыбки - я видел это по едва заметному изгибу его губ.

– Никто не знает тебя лучше, чем я.

– Это правда, – прошептал он.

– И когда ты со мной, ты такой и есть на самом деле.

– Да.

– И тебе не пришлось бы быть маршалом, если бы ты был со мной...

Его лицо сморщилось.

– Почему ты всегда...

Я наклонился вперед и крепко схватил его за руку.

– Я вижу тебя ясно. Ты любишь помогать. Ты живешь ради этого. Но твое сердце бьется сильнее, чем мое, потому что ты отдаешь больше себя, и поэтому часть тебя ломается каждый раз, когда мы кого-то теряем.

Он сжал мою руку в ответ.

– Но видишь ли, – сказал я, улыбаясь ему, – если бы это были мы, вместе, и ты мог бы приходить домой каждый вечер и иметь меня рядом с собой, тогда ты мог бы перестать быть маршалом и вместо этого преподавать искусство школьникам или уголовное правосудие тем, кто учится в колледже, потому что тогда ты бы занимался образованием и делал бы что-то новое, но это не высасывало бы твою душу.

– Джед, нет никого, кому я мог бы доверить защиту тебя больше, чем себе.

– Если бы я остался с Миро в Опеке WITSEC, разве можно было бы так волноваться?

Он вздрогнул и накрыл мою руку своей.

– Ты думал о... ты... ты...

– Думал ли я о том, что мог бы