Аристократ - Пенелопа Уорд

себе задачу тем, что я больше не ночевала у него дома.

Мы больше не спали вместе, но мне часто снились сексуальные сны о нем, которые будили меня по ночам. Они были очень яркими и всегда казались такими реальными. Однако в одном из них я отчетливо осознала, что мужчина, занимающийся со мной любовью, не мой. Он был чьим-то будущим мужем, просто чьим-то будущим. Я проснулась в поту, мучимая эмоциями, которые вызвал этот сон.

Но вот в чем дело. Как бы я ни убеждала себя, что прекращение секса к лучшему, я не могла сказать, что это заставило меня чувствовать себя менее привязанной к нему. Можно физически разлучить двух людей, но если все, чего они хотят, — это быть вместе, то в некотором смысле усилия, направленные на то, чтобы держаться подальше друг от друга, только укрепляют духовную связь. Если уж на то пошло, я полюбила его еще больше, хотела его больше. Тоска была сильнее, чем мог вызвать секс.

Когда я вытиралась после душа, меня отвлекло от размышлений текстовое сообщение. Я опустила взгляд на свой телефон.

Лео: Нам нужно поговорить. Я могу приехать к тебе?

Это звучало пугающе.

Фелисити: У миссис Анджелини гостит подруга. Я могу прийти к тебе. Все в порядке?

Лео: Я объясню, когда ты приедешь.

С тревожным чувством в груди я как можно быстрее оделась и помчалась к дому Лео. Когда он открыл дверь, его лицо было серьезным. Я шагнула внутрь.

— Что случилось?

— Только что звонила моя мама. Мой отец подхватил тяжелую инфекцию во время последнего курса лечения, и она беспокоится, что с ним может что-то случиться. Мне нужно уехать, Фелисити. Я заказал билет на завтрашний вечер, потому что это был ближайший рейс. У меня нет выбора.

Я схватилась за грудь, словно пытаясь не дать сердцу выпрыгнуть из нее. Нам все равно оставалась всего неделя, но это не делало ситуацию менее шокирующей.

— Конечно, у тебя нет выбора. Ты должен ехать.

— Это меня убивает, — сказал он. — Мы должны были насладиться последней неделей вместе. Я абсолютно не готов расстаться с тобой.

— Где Зиг? — Я не знала, что еще сказать.

— Он собирает наши вещи.

— Чем я могу помочь?

Его глаза казались пустыми.

— Скажи мне, что это кошмар, и я скоро проснусь.

Я изо всех сил старалась держать себя в руках, понимая, что должна пройти через это. Так будет легче для нас обоих.

— Тебе нужно, чтобы я забрала Абсурда?

Последний месяц Лео безуспешно пытался найти дом для пони. К сожалению, он не преуспел.

— Сегодня утром я связался с фермой, которая, похоже, заинтересовалась. Там предлагают терапевтические прогулки для детей с особыми потребностями. Я спросил, могу ли я привезти его завтра утром, и они обещали со мной связаться. Звучало многообещающе, но если они не смогут его принять, я сообщу тебе.

— Это не проблема. Я что-нибудь придумаю.

— Ты не должна этого делать. — Лео отвернулся к окну, он выглядел потрясенным.

С каждой секундой мое сердце болело все сильнее. Но вместо того, чтобы отстраниться, я притянула его к себе.

— Лео, все хорошо. Все будет хорошо.

Он уткнулся лицом мне в грудь, и мы стояли, обнявшись. Когда Зиг вошел в комнату, мы едва обратили внимание. Он ничего не сказал, что было на него не похоже, но я была ему благодарна.

Лео заговорил мне в шею:

— Я знаю, ты не хотела долгого и мучительного прощания, но чувствую, словно меня отрывают от тебя, и это ничуть не лучше.

— Ты делаешь то, что должен, Лео. Ты нужен своему отцу. Мы все равно должны были оказаться в этой точке. Тогда было бы не легче. — Я наконец отодвинулась от него и заставила себя сказать: — Думаю, будет лучше, если мы расстанемся сейчас. Потрать оставшееся время с пользой, проветри голову и приведи в порядок свои дела перед вылетом. Не стоит устраивать долгое прощание. Я не вынесу этого.

— Я не могу. — Он продолжал качать головой. — Я не могу попрощаться с тобой.

— Тебе и не нужно. — Я тяжело вздохнула. — Я просто уйду.

— Дай мне пять минут. — Лео зажмурился, но потом открыл глаза. — Просто дай мне пять минут, чтобы обнять тебя.

Я кивнула, снова падая в его объятия. Его сердце, бьющееся рядом с моим, было похоже на тиканье часов.

Не знаю, через пять, десять или двадцать минут я заставила себя отстраниться. Я подозревала, что Лео не отпустил бы меня, если бы я не сделала это первой.

Вытирая слезы с глаз, я заметила, что он, похоже, тоже борется с ними.

— Дай мне свой телефон, пожалуйста, — сказал он.

Я протянула ему телефон и наблюдала, как он вводит какую-то информацию.

— Я записал свою электронную почту и адрес в двух местах — под моим именем в контактах и в заметках. Если ты когда-нибудь захочешь наладить со мной связь, у тебя теперь есть вся необходимая информация. И, Фелисити, если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится, если тебе будет нужна помощь или что-то еще, пожалуйста, пообещай, что дашь мне знать.

Лео притянул меня к себе для последнего долгого и мучительного поцелуя, и я изо всех сил старалась не думать, что это для нас значит.

Сделав глубокий вдох, я отошла на пару шагов назад.

— Я пойду, хорошо? Попрощаюсь с Абсурдом, а потом отправлюсь домой.

Лео кивнул и закрыл глаза, как будто ему было невыносимо смотреть, как я ухожу. Это было последнее, что я видела, прежде чем вышла за дверь, усилием воли заставляя себя делать каждый шаг и чувствуя себя так, словно мое сердце разбилось на миллион осколков.

На следующий день я чувствовала себя ужасно. Я всю ночь ворочалась с боку на бок, и ломота во всем теле была физическим проявлением моей сердечной боли. Осознание того, что Лео все еще на другом берегу залива и что ему так же больно, как и мне, не давало мне покоя.

Я только и делала, что страдала в своей комнате и смотрела в окно на дом Лео. Я пыталась занять себя сборами в Пенсильванию, но все мои мысли были заняты им.

Миссис Анджелини не было дома. Она редко уходила на целый день, но сегодня отправилась навестить подругу в Массачусетсе, расположенном в часе езды. Она спросила меня, не хочу ли я, чтобы она отменила поездку и отвлекла меня от отъезда Лео, но я заверила, что это ничего не изменит,