Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью - Виктория Вишневская

Новаку нельзя попадать в подобную шумиху! Он только недавно оформил опекунство. Попади он в эту заварушку – кто знает, что случится потом? Вдруг лишат родительских прав? Не для этого он прикладывал столько усилий. – Подумай о Матвее.

О ребёнке же он вспомнит!

Вижу, как сомневается. И добиваю:

– И о том, что, избив его, ты дашь повод журналистам написать всякую гадость. Они выпустят желтуху, где ты застал свою жену в объятиях другого и избил его. И шлюхой будут считать меня.

Да, играю нечестно, но знаю, что его это остановит.

– Мне не жалко. Но как потом объяснять это родным и коллегам? Не надо, Леон. Не трогай дерьмо, не марай руки.

Слышу, как он пытается справиться со злостью. Выпускает из носа воздух.

– Вот-вот, послушай жену, Новак, – подливает масла в огонь подонок. – Беги, поджав хвост. Сейчас ты меня не победишь.

Глава 46

Последние слова невольно врезаются в сознание.

«Сейчас не победишь»?

Спрошу об этом потом, а пока тяну Леона на выход. Делаю это с трудом, пока мужчина молча испепеляет ублюдка гневным взглядом. Окружающие ничего не понимают, кроме той девчонки. Но ей, кажется, от шока нет до нас никакого дела.

Напряжение в мышцах мужа не спадает до самой машины.

За нами приезжает такси. Мы вместе устраиваемся на заднем сиденье и трогаемся с места в полной тишине. Пытаясь хоть как-то успокоить мужа, я скрещиваю наши руки в замок, опуская на его бедро.

– Я рада, что ты поверил мне, – наклонившись, прикладываю голову к мускулистому плечу.

– Я не тупой, хоть и спортсмен, – рявкает он. Я помню, у него вышка есть. А ещё этот человек знает в идеале не один язык. – Видел, как он зажимает твой рот рукой. Ты любишь пожёстче, но никогда не стала бы делать это в туалете.

Я слегка смущаюсь, когда он говорит про секс. Да, он мог заткнуть мне рот во время нашей с ним любви, но… Я никогда не решалась делать это в публичных местах. Да, я скучная и предпочитаю только дом, где могу быть раскованной. И в безопасности.

– Кто он? – поднимаю наши ладони и продолжаю переплетать пальцы. – В прошлый раз я видела его у твоего дома. Он приставал ко мне, когда я была с Полиной. Потом нам помог какой-то мужчина, и он ушёл.

– И ты не сказала мне? – недовольно звучит в салоне.

– Хотела. Но замоталась и забыла.

– Знал бы, что это был тот мудак, не пришёл бы сюда.

– Да ничего. Я же без понятия, кто он. Ты так и не ответил.

– Он тоже боксёр. Мы несколько раз пересекались на ринге, и он всё хотел доказать мне, что сильнее. Так и не смог победить, поэтому завидует и пытается взять реванш.

– Дело ведь не в силе, – повторяю его же слова.

Помню, как однажды, лёжа в постели после заигрываний и борьбы подушками, мы обсуждали его мощь. Тогда я сказала, что он мега сильный и ему самое место на ринге. В ответ услышала:

– Дело не в силе, а в технике, реакции и умении анализировать противника.

– Умница, – расплывается он в улыбке, загордившись. И хоть не вижу, слышу всё по его тону. – Помнишь.

– Попробуй такое забыть, – бубню, больше думая о нашей игривой борьбе, чем о диалоге. Это был яркий момент в моей жизни. Мы вели себя как дети.

– В последний раз я ему нос сломал, кстати. А он так лицом своим дорожил, что до сих пор злится на меня за это.

Я тихонько смеюсь.

– Он дурак, что ли? Сам же выбрал такую работу и обижается из-за сломанного носа?

– Как видишь.

Я вздыхаю. Не отстраняюсь от Новака ни на секунду. Хочется быть сейчас рядом с ним. Поддержать, успокоить и растопить тот айсберг, что при столкновении затопит кого и что угодно.

Домой мы приезжаем в тишине. Он помогает мне выйти из машины, провожает до подъезда.

– Принцессе привет.

– Завтра передам. Сегодня она ночует у тёти.

– Остаёшься одна? В тишине и покое?

– Да-да.

– Зависть, – улыбается он. – Ладно, не буду задерживать тебя, наслаждайся. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – поднимаю ладонь и машу ему на прощание.

На секунду хочется позвать его в гости, чтобы остаться с ним подольше, но я одёргиваю себя. По какому случаю? Попить чай? Это странно. Лучше вернусь в квартиру, сниму с себя тесный корсет и лягу спать.

Следую своему незатейливому плану. Только ещё набираю ванну с пеной, раздеваюсь и погружаюсь в горячую воду, в которой нахожусь больше часа. Накидываю огромную футболку, которую бабушка терпеть не может. Говорит, что она мужская и не придаёт мне ни капли женственности. А мне всё равно – сегодня я одна.

Вытираю волосы полотенцем и, кинув его на стиральную машинку, босая шлёпаю в комнату. Почитать, посмотреть сериал или лечь спать? Я так давно не была одна, что и не знаю, чем заняться. В это время я читала бы Полине сказку, но она уже спит. Влада прислала милую фотографию.

Словно в насмешку, за спиной раздаётся трель дверного звонка.

Не успев выйти из коридора, где находится дверь в ванную комнату, я оборачиваюсь. Но не спешу открывать.

Хм, кто бы там мог быть?

В груди неожиданно всё леденеет.

Что если это тот ублюдок? А как он меня нашёл? Стоит позвонить Леону?

Я чуть не бегу в комнату за телефоном, но вовремя осекаю себя.

А вдруг не он?

На цыпочках подхожу к двери. Смотрю в глазок и выдыхаю, увидев Новака, а не того ненормального блондина.

Стоп. Что? Леон здесь?

Незамедлительно открываю дверь, ошарашенно оглядываю мужа.

Он вернулся спустя час, как мы разошлись? Зачем? Что-то забыл? Или…

– Привет ещё раз, – говорю и замечаю его растрёпанный короткий ёжик. Помятую рубашку, расстёгнутый пиджак. – А что ты?..

Я обрываюсь на полфразы. Когда взгляд цепляется за разбитую губу, скользит вниз… туда, где по белой ткани, на правом боку, растекается кровавое пятно.

Глава 47

Вероника

– Какого чёрта, Новак? – первое, что вырывается при виде этого ужаса. Мы виделись буквально час назад! И вот он появляется таким, будто его собаки подрали!

–