Научи меня танцевать (СИ) - Татьяна Семакова

забылась и положила обе руки на стол, упершись локтями и подперев ладонями подбородок, явив миру свое синее запястье. Впрочем, оно уже слегка позеленело, но я все еще его старательно прикрывала, то кофтой, то просто держа руку под столом, а на крыльце - другой рукой. Кинула быстрый взгляд на отца, который тут же нахмурился и раздул ноздри, отлично помня, что в нашу последнюю встречу этого украшения не было.

- Откуда? – спросил он тихо, но все услышали и приковали ко мне свои взгляды.

- Несчастный случай на производстве, - сострила я, но отец шутку не оценил и нахмурился еще больше, - ерунда, - отмахнулась я и неловко спрятала руку под стол, хотя сильно старалась выглядеть естественно. Тут же принялась увлеченно пить чай, подмечая, как недоуменно посмотрела Катя, как нахмурился Сергей, умудрившись перещеголять отца, а Алексей слегка побледнел, но, как обычно, в его глазах я увидела лишь ставшую привычной злость.

«Отлично, он еще и злится на меня» - недовольно пробубнила про себя, а обида жгла душу.

Разговор за столом не клеился, Солнце начала убирать посуду, а я поднялась, бросив:

- Подготовлю комнаты, - потому что было уже довольно поздно, а гости вроде как не спешили уезжать восвояси, и удалилась под хмурыми взглядами.

Комнат было всего пять, одна на первом этаже, и четыре на втором, две из которых занимали я и отец с Леночкой, так что каждому достался свой угол. Застилая постель на втором этаже, я почувствовала чей-то взгляд. Обернулась и обнаружила Катю, которая с тревогой смотрела на меня.

- Чего? – недовольно пробубнила я, не желая притворяться радушной хозяйкой.

- Вась, ты можешь мне рассказать, – тихо сказала она, – я же не дура и вижу, что следы от чьей-то руки. Обстоятельства додумывать даже не хочется…

- Ничего такого, - поморщилась я, понимая, к чему она клонит, - просто случайность, о которой не хочется говорить.

«Но невозможно не вспоминать».

- Как знаешь, - легко согласилась она, а потом неожиданно прыгнула на кровать животом вниз, как кошка, пока я встряхнула простынь, и она плавно опускалась. Я не выдержала и прыснула, Катя заворочалась под тканью, пытаясь освободиться, и хохотала, а я держала край и мешала ей это сделать. За этими игрищами нас застал Серега, пришедший на шум:

- Девчонки, - сказал он с укором, понижая голос, чтобы отец ненароком не услышал, - перестаньте будоражить мое воображение, это же форменное издевательство.

Я вытаращила глаза, Катя выбралась, схватила с кровати подушку и запустила в него, а он засмеялся и ретировался.

- Вот кобель! – сказала она в сердцах и тут же смутилась: - Ой, прости.

- Да ладно, я же не слепая, – отмахнулась небрежно, но задумалась: я ведь и вправду была не слепая и некоторые странности в их поведении относительно друг друга определенно замечала.

Катя помогла мне заправить остальные кровати и все, наконец-то, разошлись по комнатам.

Я выключила свет и легла, прекрасно понимая, что уснуть не в силах. Сознание решило устроить мозговой штурм, но с темой определиться не могло, мысли скакали, как блохи, и я не могла ни за одну уцепиться и сосредоточиться, чтобы додумать ее до конца, а от некоторых старательно отмахивалась сама. Проворочалась часа два, не меньше, пока не услышала осторожные шаги в коридоре, а потом как приоткрылась моя дверь и без удивления увидела Сергея.

- Чего притащился? – спросила ворчливо. - Отец через комнату.

Он не спешил отвечать, сел на кровать, развернувшись ко мне лицом и хмуро спросил:

- Василиса, откуда синяки на запястье?

Я закатила глаза и слегка простонала, то есть всеми доступными способами показала, как утомил меня этот вопрос.

- Откуда синяки? – упрямо гнул он свое.

- Да что вы привязались, синяк и синяк, сойдет через неделю.

- Это твой мент постарался? – спросил он грозно, но тихо. А я только бровью повела: какие ловкие, пальцем тыкать, откуда только знают друг о друге… не помню, чтобы я их знакомила.

- Нет, – ответила сурово.

- Точно?

- Точнее некуда. Мент был очень нежен.

- Жестоко, - поморщился он, но продолжил докапываться: - Кто тогда?

- Отцепись, - разозлилась я. - Я же тебя не спрашиваю, где ты шляешься, что делаешь и с кем.

- Справедливо, – вынужден он был согласиться, посидел немного, потом лег рядом, лицом ко мне, обнял поверх одеяла и нежно поцеловал. – Извини, что втянул тебя в свои проблемы и подверг опасности.

- Да брось, ты же знаешь, мне только волю дай где-нибудь покопаться, да кого-нибудь поискать, - улыбнулась я вполне дружелюбно, а он улыбнулся в ответ:

- Откуда знаешь, что я знаю?

- Сережа, не все бабы дуры, - с укором сказала я.

- Я запомню эту мудрость и пронесу ее через года, - сострил он и засмеялся, заглядывая в глаза, потом резко стащил с меня одеяло, притянул к себе, пристроив обе руки на самых интересных местах, и начал покрывать поцелуями мою шею.

- Сережа, ты меня волнуешь, - прохрипела я, тяжело дыша. - Лучше уходи.

- Вот блин, - приуныл он, замерев, но из объятий не отпустил. - Наконец-то тебя увидел и такая непруха.

- Топай отсюда, - передразнила я его слова, он тяжело вдохнул, поднялся и ушёл, оставив меня в растрёпанных чувствах: хотелось, чтобы он остался, но я прекрасно понимала, что это чистая физиология, ничего общего не имеющая с реальными чувствами и была уверена, что им движут те же мотивы. Улыбнулась грустно и постаралась уснуть.

Сон все не шел, я отчаянно ворочалась, злилась Бог знает на что, но упорно продолжала таращиться в потолок, а потом снова услышала шаги.

«Не вытерпел, что ли» - промелькнула мысль и я на всякий случай притворилась спящей, оставив глаза чуть приоткрытыми и стараясь, чтобы ресницы не дрожали. Дверь бесшумно открылась и я поняла, как сильно просчиталась с выводами. В комнату вошел Алексей и встал возле самой кровати, держа руки в карманах.

«Вот ведь проходной двор!» - в сердцах подумала я.

Он постоял так немного, прожигая меня взглядом, потом присел на корточки рядом и осторожно провел пальцами по моему запястью, которое не давало всем покоя весь вечер. По телу прошла теплая волна и я отдёрнула руку, как от огня.

- Не спишь? – спросил он очевидное.

- Как видите,