Покровитель для оторвы - Елизавета Найт

себя в руки. Ее лицо не выражает ничего, словно восковая маска. Темные глаза пусты и полны разочарования. Не больше.

Наконец, она замечает меня и прикусывает губу. Едва успеваю заметить вспышку безграничной ярости и ненависти.

Еще доля секунды и она бросается на меня.

Я вскидываю руки, защищаясь от ее ударов.

Но до меня Карина добежать не успевает. Дима перехватывает ее, грубо удерживая за локоть.

— Пусти! Пусти! — визжит она. — Сука! Тварь!

Оскорбления летят в мой адрес.

Девушка извивается, пытаясь освободиться от крепкой хватки и снова броситься в атаку. Но все бесполезно.

— Ты должен был жениться на мне! На мне, слышишь? — истерично кричит она, ударяя кулачками в мощную Димину грудь. — Она испортила нашу жизнь!

Ее фигура кажется маленькой и хрупкой на его фоне. Ее голова опускается, лоб упирается в Димину грудь. Плечики вздрагивают от беззвучных рыданий. Тонкие руки ползут вверх, стараясь обвить мужскую шею. Она льнет к нему всем телом.

Дима морщится, перехватывает ее ловкие ручки и отступает на шаг назад.

— Нет. Ты сама все испортила, — резко обрывает он ее. — Даже если бы я сделал тебе тогда предложение, не думаю, что мы с тобой дошли бы до ЗАГСа.

— Почему? — всхлипывает она.

— Потому что я все равно понял бы, какая ты дрянь. Секс с тобой был хорош, но вряд ли я бы ради него закрывал глаза на все остальное, — зло цедит он.

Горько усмехаюсь про себя. Дима сказал это не мне, но подразумевал точно меня. Я же невыносимая! Да еще и обманщица, проститутка. А теперь, по его мнению, и воровка!

— Су-КА! — сначала шипит, а потом визжит Карина. Она словно дикая кошка бросается на Диму в желании расцарапать его лицо.

Она жалка, но мне ее не жаль. Она сама выбрала свой путь.

Дима больше не церемонится с бывшей любовницей, ловко скручивая ее руки за спиной.

Ее темные локоны растрепались, кожанка съехала на плечо, блуза расстегнулась.

Ее карие глаза мечут молнии, а губы презрительно кривятся.

— Вы, два идиота обещали мне, что она сдохнет! — кричит она, обращаясь к Эдику и его дружку.

— Замолчи, — Дима встряхивает ее. Но девушка лишь сильнее начинает биться в его руках.

— На хера я тебя вызвала, а? Имбицил! Не мог сразу ее прибить в своем Мухосранске? А здесь? Что тебе помешало, кретин? — голос Карины переходит в новый диапазон.

Словно кошку тянут за хвост.

— Чего вы тянули, а? Ладно, он дебил провинциальный. Но ты, — Карина переводит злой взгляд на парня в руках Саныча. — Поиграть с ней решил, маньяк недоделанный? Запереть в своем подвале для игрищ? Господи, почему мать не остановилась на мне??? Ей надо было избавиться от тебя, кусок дерьма!

— Эй, заткнись! — парень, кажется Сергей, пытается испепелить ее взглядом. — Я не посмотрю на то, что ты моя сестра и урою!

Перевожу удивленный взгляд с Сергея на Карину. Они родные брат и сестра?! Теперь я замечаю одинаковые горящие ненавистью друг к другу и окружающим карие глаза.

— Что? Дебил! Извращенец! Кишка тонка…

Дима с силой встряхивает девушку. Ее зубы клацают, но останавливаться она не собирается.

— А ты? — она переводит разъяренный взгляд на «бабулю». — Ты обещала мне помощь! Лживая сука! Я должна была понять…

Похоже Карину переклинило, и она решила потопить всех своих сообщников.

— Успокойся, Карина, — устало переставляю ноги. — У них почти все получилось. И финальный штрих в мое исчезновение собиралась внести именно она.

Не смотрю, лишь киваю в сторону Нелли Эдуардовны.

— Хаха-ха, — Карина заливается истеричным смехом. — Дима, посмотри на нее. Да она же непроходимая дура! Деревенщина!

Я перевожу вопросительный взгляд с Димы на Нелли Эдуардовну. Но они не спешат прояснять ситуацию. А вот Карину не остановить.

— Тупица! Да она с тобой носилась по всей Москве как курица с яйцом. Катя то, Катя се… А потом вдруг ты ее «бесить» стала. Ага!

Карина трясет головой, отчего ее блестящие локоны разлетаются в стороны.

— Забила мне голову. Плакалась, как ты заебала, как пытаешься отнять у нее денежки, как липнешь к Диме! — она переводит дыхание. — К моему Диме. Умный ход. На него я и клюнула.

Я свожу брови, силясь хоть что-то понять в потоке бессознательного от разъяренной девицы.

— Втерлась ко мне в доверие, ведьма старая! Сама идеи предлагала, как тебя убрать. А как только эти придуркм тебя притащили сюда, она мне телефон оборвала! — девушка кивает в сторону «бабули».

Дима зло отталкивает девушку от себя прямо в крепкие руки Рыжего.

Сжимаю зубы до скрежета, ладони в кулаки так сильно, что ногти врезаются в кожу. Я все слышу, но понять до конца не могу, просто не могу поверить!

— Ха-ха, ты все еще не поняла? Дура! Они меня подставили! Обвели вокруг пальца! Твоя бабка и Дима!

По стенам неожиданно ползут красно-синие всполохи. И запоздало раздается полицейская сирена.

— Вот блядь, — с досадой морщится Рыжий. Точно, он же на УДО. И избегает встреч с ментами.

А я в шоке обвожу пеструю комнату стеклянным взглядом.

Дима искал меня? Но как он узнал? Как встретился с моими «братишками» и уговорил помочь? Нелли Эдуардовна, она… она не ненавидит меня?

Перед глазами темнеет.

— Объясните мне, я ничего не понимаю, — устало выдыхаю. С помощью кого-то из парней грохаюсь на единственное уцелевшее кресло.

— Катюша, девочка… — Нелли Эдуардовна выскальзывает из объятий Ржавого.

Дергаюсь словно от удара. Я не Катя.

Женщина делает шаг ко мне, но заметив мою реакцию, замирает.

— Ох, бабские загоны, — сердито сплевывает Рыжий.

— Закрой рот, — шипит на него Барбадос.

— Такими темпами мы тут до утра просидим, — отмахивается байкер. — Слушай, сестренка. Все, пипец, как сложно.

Он запускает пятерню в ярко-рыжие волосы.

— Вот этот вот, — он указывает на замершего верхом на Эдике Андрея. — Сорвался посреди ночи и умчался куда-то на байке. Остановить и выяснить причину я не успел. Но примерно знал, куда он может такой нервный отправится.

Рыжий скалится. А Андрей густо краснеет.

— Я хотел объясниться с тобой, на сообщения отвечать ты перестала. Телефон выключила. Я не мог просто так тебя отпустить, — Андрей вскидывает голову, темные пряди разлетаются в стороны. Он с вызовом смотрит на Диму.

Меня начинает познабливать от разливающегося вокруг напряжения.

Дима и Андрей замирают в разных концах комнаты и меряют друг друга злыми взглядами.

— Но я не успел, — с горечью продолжает Андрей, тряхнув головой. — Увидел только, как тебя запихивают в тачку. Даже по морде тому охраннику, что продал тебя, дать не успел.

Краем глаза замечаю, как сжимаются Димины руки в