Мне не нужна твоя жалость! - Галина Васильевна Герасимова

было чудесно. Как маленькое волшебство – почему он не замечал раньше, как здорово проводить время вместе?

– Конечно нет! – сохраняя лицо, произнёс Бен, но Хэйзи тут же обогнала его, обняла ребят за плечи и что-то прошептала им с заговорщическим видом. – Эй, вы о чём там шепчетесь?

– Ни о чем, пап! – прыснул Алекс, а Хэйзи невинно хлопнула глазами. – Пойдем есть мороженое?

– Тебе нельзя, – отрезал Бен. Сын вздохнул с таким видом, будто Бен морил его голодом недели две, а не держал на диете со вчерашнего вечера. – Могу предложить банан или яблоко, – понимая, что это не лучшая замена мороженому, всё же сказал Бен.

– Нет уж, лучше тогда так погуляем, – скривился Алекс и, схватив Эмили за руку, помчался с ней в расположенный рядом пышущий зеленью парк.

– Что ты им сказала? – Бен сердито посмотрел на Хэйзи, но его строгий взгляд на неё не подействовал.

– Не волнуйся, ты не уронил своего достоинства в их глазах, – ответила Хэйзи, показав ему язык, и Бен заметил блеснувшую на языке сережку. Показалось? Или у неё действительно там пирсинг?

– Значит, ты всё же решила перейти на неформальное общение? – он подошел к девушке вплотную. Хэйзи улыбалась и не сбегала, и это хороший знак.

– У тебя были весомые аргументы, – ответила она дерзко, и Бен наклонился к ней, ловя её губы своими. Углубил поцелуй, проверяя догадку насчет пирсинга – Хэйзи, даже если и удивилась, что вместо целомудренного поцелуя вышел горячий, ответила сразу. Её руки скользнули по его спине уверенно и сильно, и Бен, повторив её движения, с удовлетворением отметил, как она прогнулась ему навстречу.

Позади кашлянули, и Бен едва не подпрыгнул на месте, а Хэйзи, рассмеявшись и покраснев, отступила в сторону, пропустив мимо улыбающуюся им парочку. Целоваться на ступеньках кинотеатра было не лучшей затеей.

– Мы не потеряем Алекса и Эмили? – заволновалась Хэйзи, когда не увидела подростков поблизости. Бен тоже огляделся. С одной стороны он боялся, что Алекс увидит их вместе и устроит скандал, с другой понимал, что невозможно скрывать отношения вечно. К тому же Хэйзи нравилась Алексу, и есть шанс, что он воспримет эту новость нормально. В конце концов, Алекс большой мальчик.

– Нет. Я установил на телефон Алекса программу слежения. Больше не хочу его терять, – Бен включил собственный телефон, и спустя несколько секунд они увидели в двухстах метрах от них ярко-зеленую точку.

– Пойдем к ним? – Хэйзи пошла было в том направлении, но Бен поймал её за руку. Притянул к себе, вдыхая горьковато-сладкий аромат духов – Хэйзи пахла грейпфрутом и лавандой.

– Предлагаю погулять неподалеку. Захотят – найдут нас сами. А сейчас им наверняка хочется обсудить фильм.

– И провести часик без надзора взрослых, – добавила Хэйзи, вспомнив собственную первую влюбленность. Она ненавидела, когда родители ходили куда-то вместе с ними. Особенно отец – он умудрялся испортить самое романтичное свидание, превратив его в жесткую силовую тренировку.

Бен повернулся и поцеловал её в нос.

– Ты тоже вела себя так отвратительно?

– Отвратительно? – удивилась Хэйзи.

– Не слушалась родителей, срывала уроки, водилась с опасными ребятами, сбегала из дому? – перечислил Бен, загибая пальцы. До этого Алекс выкидывал такие фокусы, что впору было поседеть. К счастью, он решил взяться за ум… или энергия уходила в благое русло.

– Я была ещё хуже, – они дошли до лужайки, и Хэйзи с удовольствием уселась на траву, не боясь, что её одежда запачкается. Широкая юбка-шорты слегка задралась, открывая колени, но Хэйзи не торопилась её оправлять.

– Расскажи о себе, – попросил Бен, опускаясь рядом и кладя голову ей на ноги. Хэйзи тут же запустила пальцы ему в волосы – скорее машинально, чем целенаправленно, – и Бена остро кольнула ревность. Как бы он хотел узнать, с кем она выработала такую привычку! Впрочем, ревность не спасла его прическу, поскольку осознание Хэйзи, что именно она делает, было запоздалым.

– Оставь, – он вернул её руку на место, и Хэйзи стала поглаживать его голову: сначала осторожно, едва касаясь волос, затем сильнее, массажируя. Он прикрыл глаза, наслаждаясь, пока она рассказывала ему о своем детстве. О бунтарстве и попытках противостоять отцу: Хэйзи чувствовала, что он давит на неё своим авторитетом, и пыталась поступать наперекор ему, даже если ей самой это не нравилось. Рассказывала о том, как курила, хоть запах сигарет ей никогда не нравился, и как Рауль отучил её от дурной привычки. О том, что отец подставился под нож, чтобы вытащить её из переделки; и о бессонных ночах, проведенных у его кровати, когда Хэйзи боялась, что он никогда больше не встанет на ноги. Но также она вспоминала и хорошее: совместные походы с семьей в лес, поездки в горы, её тренировки на ипподроме и то, как родители приходили поболеть за неё на скачках.

Чем больше говорила Хэйзи, тем больше Бен понимал, как много у него упущено с Алексом, и желал наверстать это время.

– Как думаешь, ещё не поздно сказать Алексу, что…

– Что ты любишь его? – договорила Хэйзи, когда Бен, смутившись, замолчал. Он никогда не делился такими мыслями с кем-либо, но с Хэйзи говорить о подобном было естественно. – Сказать о любви никогда не поздно, ведь в этом нет ничего постыдного.

– Легко давать советы, когда самой не требуется произнести ничего подобного, – проворчал Бен.

Хэйзи улыбнулась и спокойно ответила:

– Я влюблена в тебя, Бен Паркер. Видишь, говорить о любви на самом деле просто!

ГЛАВА 8

На самом деле рассказать о своей любви было не так легко, как пыталась показать Хэйзи. И под маской спокойствия бушевал настоящий шторм чувств. Что он подумает о ней? Как отреагирует? Не шокировало ли его признание? Смущенная вдумчивым взглядом Бена, Хэйзи наклонилась к нему и поцеловала, чтобы не позволить что-либо спросить.

Не скрывай то, что чувствуешь. Не тяни, пока не станет поздно. В том, что ты любишь, нет ничего страшного. Эти правила Хэйзи запомнила, однажды запоздав с признанием. Легкое сожаление о несбыточном настигло её, стоило встретиться с Маком, а Хэйзи больше не хотела жалеть.

Тогда, в неполные восемнадцать, она прогнала