Я (не) твоя - Аля Кьют

– Ты очень сильно ошибаешься сейчас, Ангелин, – мягко укорил меня Влад.

Слишком ласково звучал его голос, а глаза смотрели слишком пристально. А на лице застыло выражение лица человека, который целиком и полностью верит в собственную правоту.

– Ты просто ревнуешь меня, малыш.

– Да пошел ты в задницу, Усманов! Мне просто противно, вот и все. Ты играешь судьбами, используешь людей, давишь на слабые места. Это отвратительно и мерзко. Я по горло сыта твоими играми. Можешь делать с моей квартирой и моим дебилом-мужем что угодно. Я в этом дерьме больше не участвую.

Наконец удовлетворив потребность вывалить на него все, что думаю, я дернула руку, потребовав:

– Пусти! Я…

Не тут то было. Усманов не только не отпустил, он потянул меня за руку, прижимая к себе, завел за спину и вторую ,полностью обездвижив. Я почувствовала себя такой беспомощной и очень уязвимой. Влад смотрел мне прямо в глаза и говорил искренне и проникновенно.

– Малыш, клянусь, я не хотел тебя ранить. Ты права, я дерьмово поступил, увлекся, заигрался. У меня никогда не было женщины, чьи чувства я принимал бы в расчет. Для меня всегда работа на первом месте. Была.

– Была? – эхом уточнила .

– Да, была. Я ведь все бросил и уехал. Значит, теперь на первом месте ты.

– Какая честь, твою мать!

–Ангел, я думал, что причиню тебе боль. Я не хотел этого.

– Ты же спал с ней, Влад. Как это может не ранить?

Слезы потекли по моим щекам. Я не могла больше держаться.

– Это было сто лет назад, Ангелин. Прости, но я не могу вернуться в прошлое.

– Вчера, – прохрипела я. – Вчера она была на ужине. Ты остался…

– Я не спал с ней вчера. Клянусь. Мы засиделись за покером и разговорами. Я едва на ногах держался. Сара ушла к себе, сыграв одну партию. Мы почти не говорили. Пожалуйста, не плачь, родная.

Я судорожно втянула ртом воздух, задыхаясь от желания верить ему. Влад взял мое лицо в ладони.

– Прости меня, – зашептал он. – Прости, пожалуйста. Мне нужно было пообщаться с Сарой сегодня. Да, я расчетливый гондон и использовал ее влечение, чтобы выведать планы, ее и Алекса. Я думал, ты поймешь… Нет! Я надеялся, ты не увидишь. Дерьмовая оказалась идея. Нужно было хотя бы предупредить тебя, но я не стал. Не посчитал нужным. Это все так сильно и ново для меня. Я не успеваю перестроиться.

– Сильно? Ново? – залепетала я, повторяя его слова, но не понимая их смысла. – Что?

– Мои чувства к тебе. Я бы назвал это любовью, но, наверно, слишком рано. Поэтому пусть будут просто чувства…

– Чувства? – снова откликнулась я эхом.

– Да, чувства, Ангелина, разве ты не видишь? Я помешан на тебе. Все, чего я желаю – это ты. Неужели так сложно заметить, милая? Ни одну женщину я не хотел так сильно. Ни одна не злила меня и не восхищала, как это делаешь ты.

Он опустил мои руки и стиснул попку, прижимая к себе, позволяя почувствовать через брюки свое возбуждение.

– Никто так не может, Ангел. Только ты. Ты мое наваждение. Мое единственное желание – обладать тобой. Я тебя никуда не отпущу. Даже не мечтай об этом.

У меня закружилась голова, и стало тяжело дышать. Я вроде бы была в уме и ни на грамм ему не верила. Все слова, пустое. Но мое тело пело, отвечало на его возбуждение собственным жаром и потребностью. Руки сами обвили шею Влада. Я встала на носочки и потянулась его губам.

Наверно, все дело в извинениях. Дима никогда не говорил «прости меня». Его коронной фразой было «сама виновата». А Влад… Влад снова ударил тараном по всем моим крепким стенам. Крепость пала. Я больше не хотела сопротивляться. Я хотела принадлежать ему, потому что он так хотел. Потому что я сама хотела.

Глава 18. Влад

Я поступил, как кретин, конечно. Азарт своеобразных переговоров с Сарой отбил мне память и залил глаза туманом. Я совсем забыл о моем Ангеле, пытаясь выведать у бывшей ее планы. Конечно, она мне все разболтала, едва я дал ей надежду на взаимность и возобновление отношений. Я знал, что придется играть в эти игры, но не посвящал в них Настю. Не счел нужным предупредить и Ангелину.

Красавец, в общем. Даже радовался, что Ангел не ходит за мной по пятам. Думал, умненькая девочка, все понимает. Нет, она, конечно, умница, но все же девочка. Я как манну небесную с неба поймал, поняв, что она в бешенстве и ревнует. Вместе с этой идиотской радостью пришло и полное осознание своего просчета.

Мне не стоило рассчитывать на семью Смерфита. Слава богу, хватило ума распихать яйца по разным корзинам. Не стоило мне и пренебрегать чувствами Ангелины. Хотя я сомневался вообще в наличии этих самых чувств. Да, ее тянуло ко мне. Нам было хорошо, но я не рассчитывал на большее. Я не думал о большем. И вот именно в машине на меня снизошло озарение.

К черту бизнес! Она сейчас самое важное для меня. Я решил быть искренним и сказал ей все прямо, без увиливаний, не побрезговал извиниться и опять не смог держать руки при себе. У меня просто не было сил отпустить Ангелину, позволить ей плакать, даже просто расстраиваться из-за меня. Это же как ребенка ударить или кошку пнуть. Она такая хрупкая и красивая, невероятно мужественная, сильная и ранимая одновременно.

Я знал, что люблю ее. Впервые за всю мою жизнь захотелось сказать это женщине, но я знал также, что рано. Слишком рано для всего. Но, пожалуй, самое время, чтобы разрушить ее сопротивление окончательно.

– Никто так не может, Ангел. Только ты. Ты мое наваждение. Мое единственное желание – обладать тобой. Я тебя никуда не отпущу. Даже не мечтай об этом, – говорил я глядя ей в глаза, пьянея от ее близости, запаха, тепла.

Она больше не пыталась вырваться или уйти, не противилась моим касаниям, а сама