Крепче браслетов (СИ) - Пожидаева Ольга

Она остановилась, взглянув на меня, высовывающегося из тачки. Ухмыльнулась, глядя сверху вниз. Черт, я даже выйти не могу к ней. Трус.

- Пожалуйста, малыш, - я скорчил умоляющую мину в купе со щенячьими глазами, - Пожалуйста.

Она взялась за ручку дверцы, я быстро подвинулся на середину, освобождая ей место.

- Сначала ко мне, - ответил я на вопросительный взгляд Джона.

Я потянулся к ее ладони, но Дана одернула руку. Пришлось запустить пальцы в волосы.

- Сью, - через меня протянулась рука Грин.

 Дана рядом вздрогнула, но уже через секунду она пожимала ладонь Сью.

- Дана, - бесцветным голосом представилась она в ответ.

- Значит ты пассия Кела? – Сью без лишней скромности склонилась, внимательно рассматривая мою пассию.

- Да, нет. Мы просто трахаемся, - ответила Дана безразлично пожав плечами.

Я аж подпрыгнул. Сью, Джеф и Джон синхронно хмыкнули.

 - Поздравляю с наградами.

- Спасибо, - улыбнулась Сью, - Малолетки нас любят. Как тебе вообще тусовка? Первый раз ведь?

- Первый, ага. Мудак на мудаке, но шампанское приличное, - съязвила Дана.

- Это точно, - усмехнулась Сью.

- Девочки, я вам не мешаю? – я склонился, взглянув на каждую.

- Отстань, Соммс, - Грин толкнула меня обратно, вжав в сиденье, - Дай поговорить с нормальным человеком.

Мне осталось только наблюдать, как они мило беседуют. Овечеринке, о погоде, даже немного политики успели зацепить. Я вознес хвалу небесам, когда Джон, наконец, остановился у служебного входа в «Четыре сезона».

- Джеф, пожалуйста, проводи Дану ко мне, - попросил я, доставая телефон, чтобы набрать номер ресепшена, - Ночи доброй, это шестьсот двадцатый люкс.

 - Доброй ночи, мистер Соммерс, - сладко пропел портье.

- Мой охранник проводит гостью в номер. Ее зовут Дана Брайс, - не дослушав вежливое согласие, я сбросил звонок.

Джеф обернулся, сверля взглядом... Нет, не меня. Дану.

- Дана Брайс? – уточнил он.

- Да, - кивнул я, - В чем проблема?

Он еще с полминуты смотерл то на нее, то на меня.

- Понятно, - тихо проговорил Джеф, вылез из машины, открыл заднюю дверь.

Теперь на меня глазела только Дана.

- С какой радости? – осведомилась она, - Я хочу домой.

- Пожалуйста, иди с Джефом. Я туда и обратно. Нужно забрать у Сью кое-то, - заскулил я.

- Знаешь что, Соммерс... – кажется, она собиралась отшить меня, но голос вдруг сорвался. Я схватил ее ладони в свои. Она выдернула руки. Дана отвернулась, пытаясь скрыть вновь набежавшие слезы. Я мягко повернул ее лицо обратно, стирая капельки у глаз большими пальцами.

- Пожалуйста, малыш.

Она гордо задрала нос.

- Малыш у тебя в штанах. Сью, было приятно познакомиться.

- Взаимно, Дана, - проскулила сквозь хохот засранка Грин.

Я провожал взглядом прямую спину Даны, пока они с Джефом не вошли внутрь.

- Ой, Кел. Я не могу. Малыш... - Сью все еще покатывалась со смеху.

- Даже не начинай, - гавкнул я, снова закуривая.

Всю дорогу я ловил на себе то издевающийся взгляд Сью, то сверлящие глаза Джефа. Только Джону было на меня насрать. Сомнительное счастье, но и на этом спасибо.

- Я знала, что ты придурок, но привести подружку на вечеринку и ни разу не подойти к ней! Кел, это достойно почетного места в музее свинских поступков, - начала отчитывать меня Сью, когда мы вышли из машины.

 - Я даже не думал об этом. Просто хотел, чтобы она была рядом, - оправдывался я, опять трахая рукой свои волосы.

- В следующий раз советую подумать. Хотя бы для разнообразия. Если он, конечно, будет у тебя... этот следующий раз.

Я выдрал из ее рук сумку с игрушками, прорычав прощание, вернулся в машину. На обратном пути я понял, что мне нужно много следующих разов. Придется регулярно думать, или хотя бы чуть чаще, чем сегодня. Господи, я так налажал. Как все исправить? Как снова заставить ее верить мне?

 Было уже глубоко за полночь, когда я перешагнул порог номера. Темно и тихо. Неужели она удрала? Бросив сумку с собачьими игрушками на пол и включив тусклую лампу на тумбочке,  я прошагал в гостиную, собираясь с горя опустошить бар.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я ошибся. Дана тихо посапывала на диване, свернувшись калачиком. Я присел рядом, рассматривая ее, разглаженное сном, лицо.

Девочка моя. Что же я натворил. Как я мог так поступиь с тобой. Почему я всегда сначала делаю, а потом думаю. Когда я сидел, прикованный к ножке этого дивана, мечтая выбить наглость из нее по средствам собственного члена, концепция «сделай это не думая» работала на ура. А теперь...

Когда все поменялось? Где наши легкие отношения обросли тонной непонимания.

Я вижу ее в сотый раз, но до этого момента словно смотрел сквозь. Словно она была полупрозрачной. Словно так и должно было быть. Она просто фанатка.Я просто спал с ней, просто хотел ее. Так почему, когда она ушла, все стало так серо и пусто. Словно вместе с Даной, я сегодня потерял часть себя. Почему сейчас, когда я рядом, заросли все мои раны. Я опять хочу улыбаться. Хочу продолжать работать. Хочу быть самим собой для нее. Для нее...

Я не сдержался и убрал с любимого лица шелковисто-шоколадный локон. Дана вздрогнула и резко села. Она терла пальцами глаза, размазывая и без того потекшую от слез тушь. А я сидел перед ней на корточках, не зная, что делать.

Дана взглянула на меня еще мутными от сна глазами. Но и в этом взгляде я прочел достаточно. Боль и унижение. Я не встретил ее перед церемонией. Во время шоу даже рукой не махнул. На вечеринке мне претила мысль, подойти к ней, не то что предложить напитки или пригласить потанцевать. Лишь когда она сама начала себя развлекать, я гневным звонком заявил о каких-то мифических правах, продолжая тянуть одеяло на себя, заставляя ее силой признать, что она моя. А потом еще ее приятель с этими гадскими намеками. Боже, кажется, только Гарфилд вел себя с ней, как джентльмен.  Только Дрю сегодня обращался с ней, как с человеком, достойным внимания и уважения.

Я уткнулся носом в ее колени, не в силах больше выносить горечь, что пропитала мои любимые глаза.

- Прости меня, прости меня, прости меня, - шептал я снова и снова, обнимая ее ноги, - Девочка моя, пожалуйста, прости, прости, прости...

Я почувствовал, как ее пальчики начали осторожно перебирать мои волосы. Дана склонилась, целуя меня в макушку. Я крепче стиснул ее своими руками.

- Келлан, отпусти меня, - проговорила она тихо.

Я поднял глаза, замотал головой.

- Нет. Сегодня – нет. Никуда я тебя не отпущу, - твердил я, поднимаясь на диван, стискивая ее в объятьях, - Дана, я знаю. Я вел себя как свинья. Пожалуйста...

- Тшшш, - он приложила палец к моим губам, - Все нормально.

- Нет, не нормально, - вспылил я, хватая ее за плечи, встряхивая.

По щекам опять побежали дорожки слез.

- Не надо. Тише. Не надо плакать, солнышко.

Я собирал влагу губами, желая впитать вместе с ней всю боль. Дана тихо простонала. О, господи, даже после всего дерьма, эта маленькая ласка заставляет ее хотеть меня. Мои губы тут же откликнулись горячими поцелуями. Я покрывал ее лицо настойчивыми касаниями. Дана опять застонала, когда я подтянул ее себе на колени, нашел губы своими.

- Келлан, пожалуйста... – простонала она мне в рот.

- Сейчас, малыш, сейчас, -  я потянулся к молнии на ее спине, чтобы расстегнуть платье.

- Нет! – она соскочила с моих колен, чуть не упав, - Я не могу... Я не хочу... Пожалуйста...

- Дана, - я протянул к ней руки, не находя слов.

Но она уж опустилась в кресло рядом, спрятав лицо в ладонях.

- Я тоже не хочу так. Но как по-другому, пока не знаю. Я скучал. Ты нужна мне - это я знаю точно, - я выпалил это, стараясь быть честным с ней и самим собой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- По-другому не выйдет. Ты Келлан Соммерс, а я сталкерша, которая дро...

Я метнулся, снова зарывая ей рот поцелуем.

- Не смей это повторять! Не смей!

- Но это правда, Кел. У тебя есть все это, - она развела руками, - И я не вписываюсь. Мне стоит довольствоваться плакатиком.