Грейс Редли - Свободная как ветер

Покойный граф был против строительства канала? — медленно переспросила она.

Он отставал от нашего времени чуть ли не на полвека, — ответил Эдвард Макгрегор с легким нетерпением в голосе. — У него было глупое, необъяснимое предубеждение против этого проекта, хотя канал сделал бы его богачом. Мой отец говорил, что он был страшно упрямым человеком и гордецом.

Что же это было за глупое предубеждение? — осторожно поинтересовалась Джейн, стараясь не выдавать своего интереса.

Ей ответил сам лорд Генри.

Он проявил себя как недальновидный упрямец. Старый граф отказывался даже говорить со мной о канале только потому, что пришлось бы

переселить несколько десятков арендаторов и потревожить рыбные места. Он совершенно не учитывал то, что строительство канала обеспечило бы многих работой и что в результате выиграла бы вся округа. Он даже настаивал, что его люди должны иметь долю в прибылях. Какая ерунда! Из-за его упрямства мы потеряли впустую несколько лет и тысячи фунтов.

Джейн бросало то в жар, то в холод, в ушах звенело.

А поскольку канал должен был пройти по его земле, его согласие и разрешение, видимо, были необходимы? — осведомилась она.

Но ей не нужен был ответ. Она его уже знала.

К сожалению, да. Я пытался выкупить у него землю, но он мне отказал. Он тогда еще не знал, как я собирался использовать ее, так что у него не было никаких причин для отказа, кроме того, что я являюсь Генри Муром и что мой отец служил при дворе английского короля.

Я начинаю кое-что понимать, — произнесла Джейн. — Вы пытались купить у него землю, не говоря, зачем она вам нужна, хотя знали, что тот, кто проложит по ней канал, разбогатеет.

Лорд Генри уже не казался таким любезным.

Уверяю вас, моя милая, в этой сделке не было ничего неблаговидного. Просто выгодное дело.

Должна вас поздравить, ваша светлость, — не в силах сдержаться, заметила Джейн. — Смерть старого графа и история с его наследником явились для вас просто подарком судьбы. Впрочем, я так и не выяснила толком, что же все-таки произошло. Было ли точно установлено, что Ивлина Макгрегора нет в живых, прежде чем титул перешел к моему… жениху?

Граф казался взбешенным. Что касается лорда Мура, то он был о себе слишком высокого мнения, чтобы вопросы какой-то мисс Берроуз могли его оскорбить. Он ответил достаточно охотно:

Дело достаточно запутанное, моя дорогая. После смерти старого графа никто понятия не имел, где искать непутевого наследника. Должен вам сказать, мы были в затруднении. Даже если бы его удалось найти, его не ждало ничего, кроме тюрьмы. Я очень рад, что власти согласились со мной, — я пользуюсь кое-каким влиянием в Лондоне. Когда я подал прошение, чтобы титул перешел к ближайшему, хоть и не прямому родственнику старого графа, оно было удовлетворено. Мы узнали о смерти Ивлина Макгрегора позже. У вас есть все основания быть довольной теперешним положением ве- щей, моя дорогая. Титул и поместья принадлежат вашему будущему мужу, мое покровительство сделает его еще богаче, и у вас нет никаких причин опасаться, что его предшественник вдруг объявится здесь и скандал разгорится снова.

Джейн понимала, что наговорила лишнего, и усилием воли заставила себя прикусить язык и воздержаться от обвинений, которые готовы были сорваться с ее уст.

И все же она не смогла скрыть иронии, с усмешкой заметив:

Действительно, все получилось удивительно удачно для всех нас.

Эдвард Макгрегор поспешно переменил тему разговора; Джейн видела, что он взбешен. Когда он передавал ей свечу перед тем, как удалиться в спальню, она убедилась, что он сдерживается с большим трудом.

Моя дорогая, какая муха укусила вас за обедом? Мне кажется, я достаточно ясно объяснил вам, что многим обязан лорду Генри и не хотел бы его обидеть.

Я раньше и не осознавала, сколь многим вы ему обязаны, и не уверена, что вы сами это понимаете, — холодно отозвалась Джейн.

Она не стала оборачиваться, чтобы посмотреть, как он отнесется к ее замечанию.

Джейн спала плохо и поднялась очень рано. Ей хотелось уехать как можно скорее. За завтраком граф держался с ней холодно, а когда леди Мур неохотно предложила предпринять увеселительную прогулку, не стал уговаривать Джейн, да и та отказалась принять в ней участие, сославшись на головную боль.

Он даже с благодарностью ухватился за этот предлог, чтобы оправдать ее несдержанность накануне вечером.

Я очень вам сочувствую. Разумеется, мы немедленно отправимся домой. Вам следовало сказать мне о своем недомогании еще вчера. Вам не стоило появляться за обедом. Я уверен, что вы бы никого этим не обидели.

Джейн не стала разуверять его, а леди Мур выразила ей вялое и явно неискреннее соболе- знование.

На обратном пути головная боль очень помогла Джейн. Она закрыла глаза и притворилась спящей, так что у Макгрегора не было возможности начать упрекать ее. Никогда никакая дорога не казалась ей такой длинной. До поместья графа было еще далеко, а у Джейн на самом деле не на шутку разболелась голова. После, нескольких бессонных ночей и всех переживаний она и взаправду чувствовала себя неважно, и, увидев ее бледность и темные круги под глазами, граф посоветовал ей пойти прилечь, едва они ступили на порог дома.

Не послать ли за врачом? — осведомился он, явно заставляя себя быть вежливым. — Я не со- мневаюсь, что только недомогание заставило вас вести себя так странно вчера за обедом. Я лишь сожалею, что вы скрыли его. Я ведь объяснил вам, как дорожу поддержкой и расположением лорда Генри. Надеюсь, что в будущем…

Вы очень добры. Это пустяк. Мне просто нужно полежать часок, и все пройдет. Прошу вас, не беспокойтесь! — не дала ему договорить начатой фразы Джейн.

Она резво взбежала по лестнице, совершенно не заботясь о том, что подумает Макгрегор. Она и не подумала лечь в постель. Вместо этого быстро пере- оделась в амазонку и побежала в конюшню.

Ее лошадь уже так хорошо изучила дорогу, что Джейн почти не нужно было ею управлять. Подъ- ехав к убежищу Тобиаса, она увидела его, загоре- лого, обнаженного по пояс, занятого колкой дров. Он выпрямился при ее приближении, совершенно не стесняясь своей наготы, и смотрел на нее выжидающе-прищуренными глазами. Джейн невольно залюбовалась его атлетической фигурой, но потом, смутившись, потупила взор. Он опустил топор, вытер лицо и, подхватив рубашку, медленно направился ей навстречу.

Я… можем мы поговорить? — отрывисто произнесла она.

Он взглянул на нее загадочно.

Не уверен, что нам есть о чем говорить. Кстати, я должен поздравить вас с помолвкой. Граф Эдвард просто счастливчик!