Беверли Бартон - Самый желанный мужчина

— И был жив Филипп Деверо.

— Нет, их связь началась после смерти Филиппа.

— Откуда ты знаешь?

— Мама и Луис оба говорили мне, что это так.

— И ты им поверил?

— Да. Луис мне никогда не лгал. Никогда.

— Он лгал моей матери — всякий раз, когда предавал ее с Джорджетт. — Джоли встала с кресла, оно по инерции продолжило раскачиваться.

Она подошла к краю веранды и прислонилась к одной из белых колонн, служивших опорой балкона второго этажа. На нее вдруг нахлынули чувства, которые она испытала в тот день, когда заглянула через грязное окно в коттедж: гнев и тошнотворное ощущение, что ее предали.

— Я их видела, — сказала она осипшим от переполнявших ее чувств голосом.

— Кого? — спросил Макс.

— Твою мать и моего отца. В старом коттедже в лесу. Ты его знаешь, ты приводил туда Фелисию. Сэнди сказала, что Фелисия рассказала ей про этот коттедж.

Макс поднялся с кресла, подошел к Джоли и остановился позади нее. Она чувствовала его близость, ощущала его присутствие.

— Ты видела, как Луис и моя мать занимались любовью? — спросил он.

— Да, я их видела. Я видела, как они… трахались в тот день, когда… в Белль-Роуз произошли убийства. И когда я, лежа в больнице, пришла в сознание, я рассказала об этом отцу.

Макс положил ей на плечи руки.

— И сколько же тебе тогда было лет? Четырнадцать? И ты даже никогда не целовалась. Наверное, ты была в шоке от того, что увидела. — Макс сжал ее плечи чуть крепче и привлек ее к себе. — И ты отправилась прямиком домой, чтобы… чтобы сделать что? Рассказать все матери? Ты вернулась домой и обнаружила тела. А потом в тебя стреляли и бросили умирать.

Теплое дыхание Макса касалось шеи Джоли, заставляя с особой остротой чувствовать его присутствие. Он был так близко… невероятно близко.

К горлу Джоли подступили слезы, грозя задушить ее. Она стиснула зубы.

— Дело было в субботу. Он должен был быть дома—дома с мамой, а не прятаться в какой-то хижине в лесу! — Джоли круто развернулась, и от этого движения руки Макса упали с ее плеч. — Если бы отец в тот день был там, где ему положено было находиться, то есть дома, с женой, он мог бы остановить убийцу. Он мог бы спасти маму и тетю Лизетт и…

Макс с безжалостной силой схватил ее за руки:

— Так ты все эти годы их винила за то, что произошло в Белль-Роуз!

— Да, я их винила! Если бы они не были вместе, если бы отец был дома, если бы Джорджетт держалась от него подальше, если бы она оставила его в покое, отец бы никогда… он любил маму.

Их взгляды встретились. Джоли вдруг поняла, что не в состоянии отвести глаза, взгляд Макса словно удерживал ее в плену, не оставляя надежды вырваться.

— Я уверен, что он любил твою мать, когда женился на ней. — В голосе Макса послышались на удивление чувственные нотки. — Но в браке всякое случается, люди меняются, меняются чувства.

— Они не должны меняться. Если кого-то любишь…

— Луис не любил Одри Десмонд так, как он любил мою мать. Я никогда в жизни не видел двоих людей, которые были бы так страстно влюблены друг в друга, как Луис и мама. Она мне однажды сказала, что они нужны друг другу как воздух. Ты можешь себе представить, каково это? Ты знаешь, что мужчина и женщина, которые испытывают такой голод по друг другу, способны сделать, чтобы быть вместе?

— Нет. — Каждый нерв в теле Джоли тревожно звенел. — А ты знаешь? У тебя с Фелисией было так?

— Бог мой, нет! Фелисия никого не любила, кроме себя. Макс провел ладонями вверх и вниз по голым рукам Джоли. В ней словно взорвалось что-то жаркое, она качнулась к Максу, так что их тела едва не соприкоснулись. Помимо ее воли ее рука поднялась и легла на грудь Макса, прямо напротив его сердца. Они посмотрели друг на друга почти с ненавистью. Макс опустил голову.

В это время зазвонил телефон. Макс замер. Джоли затаила дыхание. Телефон все звонил и звонил.

— Это в доме, — сказал Макс. — Я должен снять трубку. Джоли кивнула. Макс отпустил ее, повернулся и быстро вошел в дом через стеклянные двери, ведущие в гостиную первого этажа.

Джоли не могла понять, что произошло минуту назад. Неужели Макс собирался ее поцеловать? И что еще важнее, неужели она хотела, чтобы он ее поцеловал?

— Джоли! — крикнул Макс в открытую дверь. Джоли заставила себя посмотреть ему в лицо:

— Что?

— Звонила Ивонн, она на грани истерики. Что-то произошло с Тероном Ей только что сообщила об этом полиция.

— О Боже, нет!

— Я велел Ивонн ни в коем случае не садиться за руль и сказал, что мы с тобой сейчас выезжаем и отвезем ее в больницу.

— Да, конечно. — Джоли взяла со спинки кресла свой пиджак и, двигаясь как в трансе, подошла к Максу.

— Мы возьмем твою машину, — сказал он, открывая секретер красного дерева.

Макс достал бумагу и ручку и принялся быстро что-то строчить.

— Что ты делаешь?

— Пишу записку маме, Меллори и тете Кларис, чтобы они знали, куда мы уехали.

Джоли кивнула. Макс оставил записку на открытом секретере, схватил Джоли за руку и потянул за собой.

— Дай мне ключи от машины, — потребовал он.

— Зачем?

— Не спорь, просто дай мне эти чертовы ключи. Мы теряем время.

Джоли достала из кармана ключи и протянула Максу.

— Это автокатастрофа?

— Что?

Макс набрал код охранной сигнализации на панели возле входной двери и буквально вытолкнул Джоли на веранду. Потом закрыл за собой двустворчатую дверь и запер на ключ.

— Происшествие с Тероном — это автокатастрофа?

— Нет. — Макс помолчал и посмотрел ей в глаза. — Ивонн сказала, что полиция сообщила, что его, по-видимому, избили… почти до смерти.

Глава 15

Джоли терпеть не могла больницы и всеми силами их избегала с того времени, как двадцать лет назад провела целый месяц здесь, в центральной больнице округа Десмонд.

Пока Макс ставил «эскаладу» на стоянку, Ивонн и Джоли поспешили в отделение «Скорой помощи». Им сообщили, что как только Терона доставили в больницу, ему была сразу же сделана операция. ПокаДжолии Ивонн это узнавали, подошел Макс и взял руководство на себя. Он вывел их в больничный коридор и направился к ближайшему лифту.

— Макс, прошу вас, узнайте, что случилось. — Ивонн вцепилась в руку Джоли. — Человек, который звонил, я не помню его фамилию, сказал, что Терона сильно избили.

Лицо Ивонн исказила мука, она застонала, было видно, что она изо всех сил старается не впасть в истерику.

— Я всем займусь, — заверил Макс. — Сейчас мы придем в хирургическое отделение, я поговорю со старшей медсестрой и узнаю, насколько серьезны у Терона повреждения. — Макс положил руку на плечо Ивонн и ободряюще похлопал. — Я свяжусь с шефом полиции Харпером и получу от него полный отчет о том, что произошло.