Кора Кармак - Притворись (ЛП)

- Терпение, Злая Девочка.

Я простонала, и он улыбнулся.

- Ты и не знаешь, сколько я думал об этой татуировке. Я хочу запомнить ее, чтобы каждый раз, закрыв глаза, мог видеть, как она подчеркивает твое тело.

На краткий миг обе его ладони накрыли мою грудь, и в ответ я застонала. Но потом его руки скользнули к моим плечам и удержали у двери.

Он поцеловал морщинку между моих нахмурившихся бровей и сказал:

- Обещаю уделить должное внимание каждой части твоего тела.

Самое трудное, что я когда-либо делала в своей жизни, - оставаться на месте и не двигаться, пока он исследовал каждую ветку. Дерево охватывало мою грудь, но он все время робко останавливалось в нескольких сантиметрах от тех мест, где мне хотелось чувствовать его прикосновения. Мне хотелось схватить его ладони и двигать ими самой, но мне нравилось, что он так сильно контролировал себя.

Когда он закончил, вся моя кожа просто пылала, а дыхание сделалось тяжелым. У меня подкашивались колени, так что я руками вцепились в дверь позади себя. Наши глаза встретились - его веки были полуприкрыты, а зрачки стали темными. Я чувствовала себя пьяной. Все вокруг, кроме него, расплывалось. Все вокруг, кроме него, исчезло.

- Прекрасная, - прошептал он.

С моих губ слетело “пожалуйста”, и он наградил меня тем, что притянул к себе, пока моя грудь не прижалась к его. Как хорошо, но он все еще одет, так что этого недостаточно. Я жадно потянулась пальцами к низу его рубашки, и он снял ее через голову.

Он навис надо мной, с одной стороны рукой упираясь в стену. Мне это напомнило о том вечере у “Трестла”, но сейчас вид был гораздо лучше. У него была широкая загорелая грудь, переходящая в рельефные линии мышц на животе. Но мои ладони скользнули прямо к его V-образным мышцам, которые начинались над бедрами и исчезали под джинсами.

Мейс подходил мне, но с точки зрения худобы.

Кейд же… Боже, он должен вообще перестать носить одежду. Я всеми руками поддержу эту идею. С легкой нетерпеливостью я скользнула пальцем под пояс его джинсов и потянула вперед. Первое прикосновение его кожи к моей было подобно молнии. Я чувствовала нарастающее между нами напряжение.

После такого медлительность ушла в прошлое.

Он впился в меня губами. Руки, покинув дверь, запутались у меня в волосах, и моя спина с громким стуком ударилась о стену. В этом поцелуе не было ничего милого и деликатного. Парня, который водил линии на моей коже, сменил кто-то голодный и отчаянный. Его руки удерживали меня на месте, в то время как губы завоевывали мой рот. Я приподнялась наверх и обхватила своими руками его за шею.

Он выпустил мои волосы, и от этой потери я хныкнула, но тут же его руки нашли мои бедра. Он согнул колени и обхватил мои ноги сзади. Приподнял меня, а я ногами обняла его за талию. Руками и ногами я вцепилась в его тело и чувствовала прижимающуюся ко мне его выпуклость. У меня в горле перехватило дыхание, его бедра вжались в меня. Поясница снова ударилась о дверь, и я благополучно оказалась в ловушке. Его язык блуждал по моей ключице, а я сжимала ладони в его волосах. Он накрыл руками мои ягодицы и удерживал наши бедра вплотную друг к другу.

Его губы двинулись к моей груди, но он был слишком высоким, чтобы достать туда, где мы оба хотели, чтобы он оказался. Справа от нас стоял маленький обеденный стол, так что он развернулся и уложил меня на его поверхность. Он склонился надо мной и втянул губами кончик моей груди.

Я вскрикнула и выгнулась ему навстречу. Его руки скользнули под мою спину и так меня и удерживали, мое тело выгибалось к его губам. Он водил языком по самой вершине, а потом по ветке моего дерева перешел на другую сторону. Напряжение у меня в животе было настолько сильным, что уже от одного этого я была готова разлететься на части.

Ногами вокруг талии я притянула его бедра к себе и взмолилась: “Пожалуйста”. Кейд проигнорировал меня и продолжил покрывать мою грудь поцелуями. Я подняла его лицо и проговорила:

- Я думала, что ты не в состоянии мне отказать.

Он быстро наклонил голову и чмокнул меня в грудную клетку.

- Я еще не закончил исследовать эту часть тебя, - сказал он.

Я обняла его за шею и подтянула вверх, так что его грудь оказалась напротив моей.

- Исследуешь эту часть позже.

У него была такая чертовски сексуальная улыбка.

- Мне нравится, как это звучит, а еще мне нравится слышать, как ты умоляешь.

Я притянула его лицо к себе и накрыла рот своими губами. Между поцелуями я прошептала ему в губы:

- А мне нравится, когда ты не такой правильный.

Он поднял меня со стола, и теперь мы стояли посреди его гостиной, ногами я обнимала его за талию. На этот раз я смотрела на него сверху-вниз. Я убрала несколько завитков с его лба и окинула его взглядом.

Он был прекрасен так, как я не привыкла. Я была со множеством привлекательных парней, но он был другим. Он был потрясающим словно кинозвезда. Неприкасаемым. И чтобы подавить эту мысль, я коснулась пальцами его губ. На эту ночь, по крайней мере, он принадлежал мне, и я собиралась по полной этим насладиться.

- Я хочу тебя, - прошептала я. - Сколько еще раз ты заставишь меня сказать “пожалуйста”?

Он повернулся и начал продвигаться к двери, которая, как я надеялась, вела в его спальню.

- Думаю, на этот раз достаточно.

27

Кейд

Распластавшаяся на моей кровати она выглядела так великолепно. Я еще не утолил свою жажду в поцелуях, но чувствовал такое же нетерпение, как и она. Макс убрала ноги с моей талии, и я, стоя на коленях, пристроился между ними. Я потянулся к пуговице на ее шортиках и стянул их вниз по бедрам, а потом по ногам. У нее идеальные бедра. Идеальные ноги. И черные трусики в тон отброшенному до этого бюстгальтеру тоже были чертовски идеальными.

Что-то порочное мелькнуло в ее глазах, и она надавила на мой пресс, пока я не отошел от кровати. Потом она опустилась на колени у моих ног и расстегнула джинсы. Какая бы кровь ни оставалась в остальной части моего тела, но теперь она вся прилила вниз. Я сжал кулаки по бокам, чтобы не потерять контроль над собой, но когда джинсы и трусы упали на пол, это сражение было проиграно. Ее губы казались одновременно и раем, и адом, а мой контроль так быстро испарялся, что у меня кругом шла голова.

- Боже, Макс.

Я застонал и погрузил пальцы в ее ярко-красные локоны. Я никак не мог решить, чего же мне хотелось больше. Одна часть меня хотела, чтобы мы не торопились, в то время как другая хотела послать к черту эту неторопливость. Для всего этого найдется время потом.