Зажги красный - Кайли Кент

смотрю на него. Этот мужчина хотел, чтобы его дочь бросила меня с того самого момента, как мы встретились. Он не раз приставлял пистолет к моей голове, пытаясь меня запугать.

— Сколько времени? — Потому что я не могу представить себе жизнь без нее. Я знаю, что выкладываю все, что думаю, человеку, которому на это плевать, но я не понимаю, что делать дальше.

— Я отправил к тебе несколько парней. Я усиливаю охрану, и на территории будет круглосуточно находиться не менее десяти человек, пока я не найду того мудака, который в тебя стрелял.

— Почему? — По правде говоря, я не понимаю, зачем ее отцу помогать мне.

— Потому что, несмотря на то, что она сейчас говорит, моя дочь любит тебя, а я люблю ее. — Он пожимает плечами.

— Я не понимаю. Если это не ваших рук дело, то кому, черт возьми, еще могло понадобиться стрелять в меня из-за нее?

— Понятия не имею, но я, бл*дь, собираюсь это выяснить, — ворчит он, стиснув зубы и сжав челюсти. — А пока вам обоим нужно не высовываться.

— Я не знаю, как вернуться домой без нее, — признаюсь я.

— У тебя нет выбора — вот как. Ты должен дать ей пространство, о котором она просит. Она должна разобраться со своими проблемами по-своему.

— Думаете, она это сделает?

— Лилиана может быть упрямой, но я думаю, что она придет к выводу, что с тобой ей лучше, чем без тебя.

Я киваю.

— Хорошо. Можете просто?.. Она будет в безопасности, верно?

— Я сделаю вид, что ты, бл*дь, не спрашивал меня об этом, — рычит он на меня. — Мой племянник отвезет тебя домой.

Я вхожу в дом, и мои шаги эхом отдаются от стен. Я еще не удосужился обставить его мебелью. Ждал, когда Лили сделает его домом.

— Милое местечко. Видимо, в НХЛ хорошо платят. — Энцо присвистывает, оглядывая холл.

— Мне нужен номер твоей матери, — говорю я, проходя мимо него и направляясь на кухню.

— Какого хрена? — кричит он мне вслед.

— Лили упоминала, что твоя мама — дизайнер интерьеров. Я хочу узнать, сможет ли она заняться этим домом как можно скорее. — Я поднимаю бутылку «Джека», которую оставил на стойке, и подношу ее ко рту.

Энцо выхватывает ее у меня из рук.

— Это плохая идея. Ты накачался обезболами, — говорит он и ставит бутылку обратно на стойку.

— Мне все равно. — Я скриплю зубами.

— Мне тоже плевать, если ты покончишь с собой, но моя кузина расстроится. — Он пожимает плечом. — Я позвоню маме и сообщу, что тебе нужны ее услуги.

— Спасибо.

— Тебе нужна какая-нибудь гребаная мебель. — Энцо оглядывает пустое пространство.

— Как я уже сказал, Лили хотела, чтобы ее тетя занялась интерьером. Я не собирался покупать кучу дерьма только для того, чтобы потом его выбросить.

— Ты действительно влип. — Энцо смеется.

Я закатываю глаза. Меня уже не волнует, кто, бл*дь, знает, что я чувствую к этой девушке.

— Увидимся. О, и сделай мне одолжение, ладно? Постарайся не умереть. — Энцо машет рукой в воздухе, уходя обратно тем же путем, каким мы пришли.

Мне удается подняться по лестнице и добраться до спальни. Это единственное обставленное помещение. Я падаю на кровать и достаю из кармана телефон. Не обращая внимания на пропущенные звонки и сообщения, занимающие весь экран, я нажимаю на имя Лили и набираю сообщение.

Я: Я люблю тебя, Лили. Это навсегда. Мне все равно, сколько мне придется ждать. Я буду здесь, когда ты решишь вернуться домой.

Милая Лили: Я тоже тебя люблю.

Я перечитываю ее ответ снова и снова. Я не сомневаюсь, что она любит меня. Знаю, что любит. Но, черт возьми, то, что она может просто оттолкнуть меня, не дает мне покоя. Потому что все, чего я хочу, — это притянуть ее как можно ближе. Я хочу обнять ее и никогда не отпускать. Мне кажется, что даже дышу с трудом, будто я застрял под водой и погружаюсь все глубже с каждой секундой, проведенной вдали от нее.

Я уже собираюсь сказать ей об этом, когда в моей руке звонит телефон и на экране высвечивается номер моего тренера.

— Тренер? — Я отвечаю на его звонок, потому что я не чертов идиот. Если я не отвечу, потом будет намного хуже.

— Где ты, бл*дь, находишься, О’Нил? Потому что я сейчас в больнице, и они говорят мне, что ты выписался.

— Я дома. — Я вздыхаю.

— Ты дома? — кричит он в трубку. — Вопреки гребаным предписаниям врачей?

— Я в порядке. Скоро вернусь на лед.

— Ты не выйдешь на лед, пока не получишь разрешение от врача команды, — хмыкает он. — Если твоя задница не в кровати, я ожидаю, что завтра она будет греть скамейку во время тренировки. — Тренер обрывает звонок, не дав мне возможности ответить.

Да пошел он. Тренировка — это последнее, о чем я хочу сейчас думать.

Я прокручиваю остальные уведомления. У меня три пропущенных звонка от мамы и еще несколько сообщений. Я чувствую себя дерьмом из-за того, что бросил родителей в больнице. Я сказал им приехать сюда, но они предпочли остановиться в отеле.

Я нажимаю на имя мамы и набираю ответ.

Я: Я дома. В постели. Все хорошо. Извини, мам. Я позвоню тебе завтра.

Мама: Лилиана с тобой?

Я: Нет, она осталась со своей семьей.

Мама: Прости, Трэвис. Я привезу еду.

Я: Я иду спать, мам. Позвоню тебе завтра.

Мама: Хорошо.

Но я ни на секунду не верю, что она примет отказ. Теперь, когда она знает, что я дома, она приедет ко мне. Не хочу показаться мудаком, но я чертовски устал и не в настроении общаться с людьми.

Если только это не Лили. Я бы с радостью с ней пообщался, если бы только она позволила.

Глава двадцать девятая

Лилиана

Суматоха, доносящаяся снизу, заставляет меня покинуть спальню, в которой я пряталась последние два дня. Я попросила отца отвезти меня домой, и он сказал, что отвезет... после того как уладит кое-какие