Любовь в прямом эфире (СИ) - Султан Лия

“Напиши. Он вроде тоже не мимо проходил. Причастен”, - Айлин сменила гнев на милость.

Бегу делать еще один, нет, два теста, и с каждым разом мне кажется, что полоска становится ярче.

Льву я не пишу, а звоню. Он долго не берет трубку и я уже думаю сбросить вызов, как вдруг слышу его встревоженный голос:

— Все хорошо?

— А почему должно быть плохо? — недоумеваю.

— Ты всегда звонишь только по делу или когда что-то случается, — объясняет он.

— А-а-а, ну да. Вообще-то есть кое-что. Такое дело….кажется, я беременна.

— Кажется? — слышу, как голос чуть сорвался.

— Тесты показали, — жду, что он скажет хоть что-нибудь, но Лев молчит. — Эй, ты тут? Почему ты молчишь?

— Я здесь, — выдавливает он, а у меня глаза на лоб лезут от догадки.

— Ты что там плачешь что ли? Лев?

— Нет, не плачу, — говорит через несколько секунд строго. — С ума сошла, мужчины не плачут.

— А ну хорошо, — еле сдерживая смех, соглашаюсь я. — Собственно, это все, что я хотела тебе сказать. Ну пока.

— Подожди! — останавливает Лев. — Я люблю тебя.

Не могу сдержать довольную улыбку и шепчу в ответ:

— Я тебя тоже.

Через два дня беременность подтвердилась высоким ХГЧ — за 2000. Доктор сказала, что это отличный результат. Мир стал казаться прекрасней, воздух, несмотря на нашу загазованность, волшебным, а люди, даже самые хмурые, — добрыми и замечательными. Мне казалось, у меня выросли крылья и я вот-вот взлечу. Хорошие новости сразу же сообщила маме, папе и девчонкам. Остальным — потом, когда УЗИ покажет сердцебиение. Этого момента я жду с нетерпением, потому что для меня жизненно важно его услышать и знать, что с моим малышом все хорошо.

В назначенный день приезжаем со Львом в клинику. Я иду на прием, а он остается ждать меня в коридоре. Взволнованно взбираюсь на высокое кресло и терпеливо жду, что скажет репродуктолог. Внезапно ее лицо становится чересчур серьезным, она хмурит брови и нажимает на кнопки. Чувствую, как покалывает кончики пальцев, а внутри все холодеет. Нет, только не это. Я не выдержу еще одного выкидыша.

— Сонь, можно неудобный вопрос? — неожиданно произносит она.

— Да, конечно, — сглатываю и ощущаю странную боль в горле.

— Ваш мужчина — донор, он сейчас здесь?

— Да.

— А вы бы хотели, чтобы он послушал?

— Наверное…Думаю, да, — прикусываю нижнюю губу.

— Вы можете его пригласить, если хотите.

— Хорошо, — отзываюсь так, будто она меня загипнотизированная. — Вы не могли бы подать телефон.

Через пару секунд Лев уже стоит рядом со мной и пялится в монитор с таким умным видом, будто что-то там понимает.

— Итак, помните, Соня мы пересадили вам один эмбрион-отличник?

— Конечно.

— Так вот, такое бывает, но редко. Ваш эмбрион разделился.

Мы со Львом сначала молча переглядываемся, а потом смотрим на врача в поисках ответа.

— Что это значит? — спрашивает нетерпеливо Лев.

— Это значит у вас там двое детей. Произошло деление эмбриона и они оба прикрепились. Значит, это близнецы. Давайте послушаем их сердечки, — Анастасия Николаевна выводит звук на максимум, а мы со Львом замираем, слушая долгожданное “тук-тук, тук-тук”.

— Первый есть. Теперь послушаем второго, — голос врача идет уже фоном, потому что в ушах звучит только один звук — биение сердца.

Лев берет меня за руку и крепко её сжимает. Как он и говорил, мужчины не плачут. Зато у меня по щекам текут слезы. Их двое! Двое!

Глава 41

— Я тебя еще раз спрашиваю: “Пойдешь за меня замуж?” — рычит злой царь зверей.

— А я тебе еще раз отвечаю, что нет, — отвечает ему прозорливая Мышка.

Лев ходит за мной по пятам в квартире и действует на нервы своей идеей о создании новой ячейки общества. С того памятного УЗИ прошло несколько дней, я уже вышла на работу, а он каждый день предлагает мне руку и сердце. Я отказываю. И вовсе не из вредности.

— Но почему? — уже воет Лев.

— Дай мне сначала в себя прийти. У меня…

— У нас, — поправляет он.

— У нас будут близнецы. То не одного ребенка, а то под сраку лет сразу двое по цене одного. Прикинь?

— И?

— Я нервничаю, мне надо сначала одну новость переварить, а потом уже мчатся под венец.

— То есть ты обещаешь подумать? — уточняет Лева. — Сонь, ты же понимаешь, что дети должны родиться в законном браке? Я теперь за вас троих несу ответственность. Или что, у тебя это поведение на фоне гормонов разыгралось?

— Вот за это можно сейчас получить в пятак, Лева! — угрожаю я. — Я нормальная! Я просто не хочу торопить события.

— Да уж куда торопиться, да Соня? Дождемся, пока они школу закончат!

Все это время мы стоим в центре зала и ругаемся на всю комнату. Кеша сидит на диване и только успевает поворачивать голову то в мою, то в его сторону.

— Ну хоть ты скажи ей, чтобы она согласилась! — Лев поворачивает голову к Кеше и шутя предлагает ему подключиться.

— Мя-яу-у-у! — кот только фыркает и смотрит на него со всем презрением этого мира. По этому многозначительному взгляду можно понять, что он думает примерно следующее: “Еще чего! На кой ты нам сдался? Нам и без тебя хорошо”.

— Последнее слово? — Лев — снова уставился на меня в ожидании ответа.

— Пока “нет”, - горделиво выпрямилась, расправив плечи.

— Ну тогда пеняй на себя.

Лев уходит, а потом два дня не появляется, только звонит и пишет. Говорит, много работы, дел навалилось столько, что домой приходит поздно. Да и у меня тоже самое. А еще постоянные мысли о том, что все-таки надо поберечься и спокойно выносить близнецов, а с таким графиком и нервотрепкой это будет сложно.

И снова в редакции ажиотаж. В интернет слили список ВИП-клиентов печально-известной сутенерши Айки, которая была мамкой всея элитных эскортниц страны. Несколько месяцев ее арестовали, и она до сих пор находится в следственном изоляторе. В “списке Айки”[2], как назвали его журналисты, попали политики, высокопоставленные чиновники, бизнесмены и артисты. Читаешь и глаза на лоб лезут — сплошь известные имена и фамилии.

Выпуск решаем начать именно с самой горячей темы дня. За десять минут до эфира спускаюсь в новостную аппаратную, где на мониторах уже выведена студия и ведущая — Карлыгаш — с разных ракурсов. Звукорежиссер Лёня проверяет на ней микрофон, и они обмениваются шутками. Режиссер Максат по кличке “Безумный Макс” ругается с осветителями из-за бликов. Девчонки, отвечающие за суфлер и титры уткнулись в мониторы и быстро проверяют, все ли они правильно вбили перед эфиром. Как же я буду скучать по своей работе, по драйву, по ощущению, что ты знаешь чуть больше, чем остальные.

— Все сюжеты пришли? — спрашиваю ребят.

— Сегодня как по заказу, никто не опоздал, — отвечает Макс. — Чувствую, хороший эфир будет сегодня, спокойный.

— Ага, — хмыкаю я, надевая наушник с микрофоном. — То-то ты не знаешь, что когда все идет как по маслу, обязательно какой-нибудь косяк случается.

— Не каркай, Сонька! Завтра выходной, не хочу из-за косяков приходить и писать объяснительные.

Я засмеялась и посмотрела на циферблат. Осталось шестьдесят секунд до старта.

— Ну что дети мои, всем хорошего эфира! — говорю традиционную фразу на удачу.

Затаив дыхание, жду когда на экране появится заставка и зазвучит тревожная музыка. И вот уже в кадре красавица-диктор приветствует телезрителей, а следом идут анонсы самых важных тем этого дня.

Как и предсказывал Максат, все прошло без сучка, без задоринки. Идет последний сюжет про выставку кошек, который сняла девочка-стажер. Неплохой такой, я бы сказала милый. Тут же вспомнился душка Иннокентий, который грамот и призов не получал, но кот-ученый это точно. И ничего что потаскун. Выдыхаю, когда вижу в кадре Карлу.

— И это все новости на сегодня, — говорит она с легкой улыбкой.