И одной любви достаточно (СИ) - Иван Цветков

не заставляли заниматься перекладываем бумажек из одного места в другое.

— Хорошо, ты права. Стою на месте. Так что случилось?

— А какая разница? Да и как ты поможешь мне? Скажешь, что мои проблемы — пустяк? Что вот у других-то людей проблемы прям проблемы? Что у меня всё наладится и будет хорошо? Ну вот чем ты можешь помочь?

— Я… Я не знаю. Но я хочу помочь. И чем смогу — помогу.

— Мне не нужна ничья помощь. Мне никто не поможет.

— Насть, не отказывайся от помощи. Отказываясь от помощи, ты отказываешь человеку в добре. Ты лишаешь его радости дарения. Я сейчас говорю с тобой по своей воле. Я хочу подарить тебе свою помощь.

— Ты неплохо подготовился. Репетировал?

— К чему?

— К тому, что нужно будет спасать самоубийцу.

— О чём ты?

— Ну что ты. Сразу вопросы, о том, кто я, чем увлекаюсь, занимаюсь, что привело меня к этой ситуации. Как по учебнику работаешь. Иди куда шёл. Домой в монитор залипать, наяривать на своих вайфу, или кто там у тебя.

— Нет. Я не уйду. Знаешь, меня просто девушка не поймёт. Вот приду я сейчас к ней, она спросит о том, как у меня день прошёл. И что я скажу? Что видел на мосту человека в беде и пошёл дальше?

— Так только в этом дело?

— Что? Разумеется, нет! Это я просто как пример привёл. Дело всё в том, что я хочу, чтобы ты жила.

— Зачем? Ты же меня не знаешь. Если бы ты был сейчас в другом месте, а я бы прыгнула, ты бы об этом даже не узнал.

— Да, это так. Но теперь мы связаны между собой. Ты и я. Расскажи мне что случилось. Я не буду говорить о том, что это пустяки. Нет пустяковых проблем. Они либо есть, либо их нет. И они у тебя есть. Но ты не обязана справляться с этими проблемами в одиночку. Я готов помочь тебе. Если тебе некомфортно здесь, то вот, возьми мою руку, и мы сходим поесть. Там, внизу моста есть уйма забегаловок и кофеен, — сказал я и протянул ей свою руку.

— А твоя девушка не будет против? — сказала Настя, посмотрев вниз, в тёмную гладь ледяной воды.

— Ох, слушай, я ошибся. Не внизу моста, а там, вниз по мосту. Извини. А моя девушка будет только рада, если мы…, — не успел закончить я, как телефон в рюкзаке зазвонил. Вздрогнув от неожиданности, я скинул рюкзак с плеч и, достав телефон, сбросил вызов от Маши, — да, это была она.

— Почему ты сбросил?

— Потому что я стараюсь расставлять приоритеты. И тебе я сейчас важнее. И нужнее.

— А если она в беде?

— Тогда я этого себе простить не смогу, и завтра окажусь на твоём месте, — сказал я с улыбкой. Снова сработало. Она ухмыльнулась.

— Ты любишь её?

— Да, больше всего на свете.

— Мне тоже хотелось, чтобы меня так любили.

— Слушай, слова о том, что всё ещё впереди, конечно являются бесячими в такой обстановке, но всё же. Я сам не верил, что буду счастлив. Сам думал, что всю жизнь проживу неудачником, без жены, детей, без нормальной работы. Ладно, ничего из этого у меня нет и сейчас, но ты поняла о чём я. И я тоже думал о том, чтобы покончить с собой. Но, если честно, у меня просто не хватало решимости сделать это. Я не хотел, чтобы родители хоронили своего сына.

— Тебе хорошо, у тебя есть родители. 5 дней назад умерла от рака моя мама, и теперь я осталась только с вечно бухающим отчимом. И бухает он не из-за смерти мамы. Он просто всегда бухает. И издевается надо мной, когда я возвращаюсь домой. В семье я одна, а бабушка с дедушкой умерли давно из-за сердечной недостаточности. Так что мне плевать, как буду выглядеть в гробу. Учитывая то, что на похоронах будет только отчим, мне следует как можно сильнее себя изувечить.

— Я… Мне жаль, правда. Порой судьба выдаёт такие сложности, с которыми одному человеку не справиться. И тогда ему нужна помощь людей.

— Людей? Кого? Этих что ли?! — закричала Настя, указывая рукой на толпу.

— Нет, таких, как я. Которым не безразлична своя жизнь. И как следствие не безразлична жизнь других. Из затяжной депрессии, в которой я думал я проведу всю жизнь, меня вытащила она, моя Маша. Она мне помогла. Она протянула мне руку. И мы помогли друг другу. Я это к тому, что не стоит бороться со всем миром в одиночку.

— Слышь, психованная, ты на кого там пальцем показываешь, а?! — закричал из толпы какой-то мужик.

— Заткнись! — рявкнул я в ответ.

— Вот видишь? Таких, как ты ещё нужно встретить, но меня все равно будут окружать такие, как они, — сказала Настя, разрыдавшись и упёршись лбом в ограждение моста.

— Настя, посмотри на меня. Ты уже встретила такого человека, как я. И это я сам. У меня полно схожих друзей, так что они могут стать и твоими друзьями. Позволь себе окружить себя стоящими людьми. Это в твоих силах. И я помогу тебе.

— Да что вы там трагедию разыгрываете? Заползай обратно или прыгай уже! Чего стоять и сопли жевать? Только время наше тратишь. И время парня. Он бы уже сейчас развлекался в постели со своей девчонкой! — сказал кто-то у меня за спиной. Явно нетрезвый человек.

Его шутка понравилась бесноватой толпе, так что люди залились гоготом и смехом. От громкости их смеха защемило в ушах. Я не оборачивался на этих дикарей и смотрел в тёмные, заплаканные глаза Насти. Казалось, что в её взгляде была сосредоточена всемирная тоска и грусть. А ещё обида за человечество. Не сводя с меня глаз, она плавным движением покачала головой и отпустила руки с ограждения моста. Всё замерло. Казалось, что эта секунда длилась вечно. Каждую миллисекунду голова раскалывалась от боли, словно это были громыхающие каждый полдень пушки Петропавловской крепости. Два быстрых, широких шага, и я оказываюсь у ограждения моста. Вытягиваюсь словно акробат и тяну руку как можно дальше, чтобы поймать Настю. Я задел лишь кончики её пальцев. Она летела в воду, распластав руки и ноги. Времени до шлепка об воду мне хватило, чтобы оценить обстановку. Высота небольшая, метро десять. До берега где-то сто. Решение было принято моментально. Ещё не успела вода успокоиться под телом девушки, как я уже оттолкнулся от моста, и приняв положение ныряющего пловца, направился навстречу ледяной воде