Возродившиеся из пепла (ЛП) - Малком Энн

— Я не готова, я не готова, — скандировала она, подпрыгивая на одной ноге. — Мам, открой дверь. Займи его чем-нибудь, — приказала она, убегая обратно в свою комнату.

Я обрадовалась такому повороту событий. Когда я открыла дверь, Киллиан перевел взгляд с дома Зейна на меня. Он был одет в джинсы, мотоциклетные ботинки, футболку Grateful Dead и кожаную куртку. На улице стояла адская жара. Очевидно, и горячие парни, и горячие подростки были невосприимчивы к таким незначительным вещам, как климат.

— Здравствуйте, миссис Спенсер, — почтительно поприветствовал он.

— Киллиан, проходи. — Я указала внутрь. — Лекси еще не готова.

Он прошел и последовал за мной к дивану. Вел он себя небрежно, расслабленно, не походил на нервного подростка перед свиданием. Конечно, ведь перед ним стоял не отец, у которого мог быть дробовик.

— Принести тебе что-нибудь? Колу? — предложила я, пытаясь перебороть свою неприязнь к нему.

Он покачал головой.

— Я в порядке, спасибо, миссис Спенсер.

Я села напротив него.

— Зови меня Мия, — попросила я.

Он кивнул, но ничего не сказал.

Я решила ударить прямо в лоб.

— Я доверяю Лекси, — начала я спокойно. — Она умный ребенок. Вот почему я не собираюсь читать лекции о правилах и комендантском часе. Она их знает и будет уважать.

Я оглянулась, чтобы удостовериться, что Лекси еще не пришла.

— Но если ты причинишь ей боль… не заблуждайся, я убью тебя. Не в переносном смысле небольшого крика и звонка твоим родителям, а в прямом смысле убийства. Тело никто не найдет, — серьезно заверила я его.

Конечно, я бы никогда не убила подростка. Но у Лекси не было вооруженного отца, так что мне пришлось как-то компенсировать это.

К моему удивлению, плохой мальчик быстро кивнул.

— По-другому и быть не может, Мия. Лекси особенная. Я бы не сделал ничего, что могло бы причинить ей боль, просто чтобы вы знали, — искренне сказал он мне.

И, будь я проклята, если ему не поверила.

Его глаза оторвались от меня, словно Киллиан уловил что-то шестым чувством, и он поднялся. В дверях стояла Лекси, она была такая красивая. Волосы заплетены во французскую косу, из косметики — только розовый блеск для губ. В очень тонких джинсах «скинни» и облегающей блузке с цветочным принтом, огромными рукавами-колокол и легким намеком на декольте. На ноги она надела мои туфли на танкетке, и я почувствовала небольшой укол боли от того, какой взрослой она выглядела.

— Веснушка, — пробормотал Киллиан, оглядывая ее с ног до головы, — ты прекрасна.

Лекси покраснела.

Я не винила ее. Мускулистый, плохой, одетый в кожу, курящий подросток тихим голосом назвал ее красивой не просто перед кем-то, а перед ее матерью. Я бы тоже покраснела.

Он подошел к ней и взял за руку. Его глаза неохотно переместились на меня.

— Доставлю ее домой к десяти, Мия, — пообещал он, прежде чем направиться к выходу. Лекси махнула мне, и они исчезли.

Опустившись в кресло, я постаралась не заплакать. Я взяла телефон.

— Лекси только что пошла на свидание, — вместо приветствия сказала я, как только в трубке раздался голос Авы. Я не дала ей времени ответить. — И мне хочется его ненавидеть. Он ездит на мотоцикле, курит и на его лбу практически вытатуировано «Опасность». Но он вежлив и явно без ума от моей дочери, — простонала я в трубку. — Я разрываюсь между желанием сбить его машиной и порадоваться за них.

Ава рассмеялась.

— Дорогая, ты проходишь через то, через что проходит каждая мать. Одет ли он в кожаную одежду или в клетчатую рубашку, тебе всегда будет инстинктивно не нравиться первый парень твоей дочери.

Она сделала паузу, и я поняла, что она вспоминает свою дочь, которую потеряла по вине пьяного водителя, когда той было семнадцать.

— Но наша Лекси — хорошая девочка. Умная. Она выберет подходящего мальчика, — сказала она с легкой дрожью в голосе.

— Но я этого не сделала, — прошептала я. — А я считала себя умной девочкой, и посмотри, что со мной случилось. Слава Богу, что мне во всем этом досталась Лекси, но вдруг, то же самое случится и с ней?

Со слезами на глазах я озвучила единственной женщине, с которой могла поговорить, свой самый большой страх.

— Ох, милая, — тихо посочувствовала Ава. — Ты была ребенком. Мало того, твои родители не заботились о тебе так, как должны были. — В ее голосе прозвучала нотка гнева. — Тебе достались чудовищные родители. Ты искала любви и утешения в единственном месте, где смогла его найти. Это не делает тебя плохой или слабой. Всего лишь обычным человеком. Ты выбралась оттуда, организовала свою жизнь. Организовала жизнь Лекси. Ты сильная, моя дорогая. И у тебя сильная дочь. Мы очень гордимся тобой.

Ее голос снова сорвался, и мои слезы уже готовились выплеснуться наружу.

— У Лекси такой хороший образец для подражания, ей никогда не придется слепо добиваться признания, как испуганной малышке, которую мы знали. Доверяй ей, будь рядом и на всякий случай держи под кроватью заряженный дробовик, — легкомысленно добавила она.

Я засмеялась. Стук, нет, грохот в дверь заставил меня нахмуриться.

— Прости, Ава, мне нужно идти. Кто-то пришел, — сказала я, вставая. — И я хочу, чтобы ты знала: ты тоже замечательная мама. Элис повезло с тобой. А нам с Лекси повезло еще больше. Люблю тебя, — добавила я, зная, что Ава не очень любит говорить об Элис.

— Люблю тебя, красавица. И передай моему солнышку, что я тоже ее люблю, — сказала она дрожащим голосом.

Все еще с телефоном у уха я открыла дверь; а там стоял разъяренный Зейн. Его лицо изменилось, как только он взглянул на меня.

— Детка? — Он шагнул вперед и схватил меня за бедра. Его палец смахнул слезу с моей щеки. — Какого хрена стряслось? — спросил он с беспокойством. Ну, с беспокойством в его стиле.

— Ничего, я в порядке, — успокоила я его. — Ничего не стряслось, — повторила я.

Зейн нахмурился.

— Из-за ничего слезы не появляются.

— Слеза в единственном числе, а не во множественном, — уточнила я.

Зейн стиснул зубы, направляя меня к дивану.

Я вскинула руки.

— Может же мать стать немного эмоциональной, когда ее единственная дочь отправляется на свое первое свидание? — спросила я, наполовину соврав. Я ни в коем случае не собиралась брать его на прогулку по тропинкам своих воспоминаний. То место было закрыто навсегда.

Взгляд Зейна вернулся.

— Надо поговорить об этом дерьме, Мия, — выпалил он.

Я выпрямилась.

— О каком дерьме?

Зейн посмотрел на меня.

— Лекси пошла на свидание с этим мелким засранцем, — резко сказал он.

— Я думала, он друг клуба?

Сбитая с толку, я слегка разволновалась. Зейн казался таким разозленным. Может, моя первая оценка Киллиана была правильной. Я сдержала желание запрыгнуть в машину и последовать за ними.

— Был, — натянуто процедил Зейн. — Пока не пошел на гребаное свидание с Лекси.

Я расслабилась. Его ярость вызвало не то, что Киллиан был нарушителем спокойствия, а желание защитить моего ребенка. Внутри меня разлилось тепло.

Я накрыла его щеку ладонью.

— Он — ребенок, они на свидании. Он не увезет ее, чтобы сбежать в Вегас, — пошутила я.

Интенсивность взгляда Зейна усилилась.

— Ей, черт возьми, шестнадцать. Слишком молодая для подобного дерьма, — возразил он.

Я подняла бровь.

— В шестнадцать у меня уже родилась Лекси, — напомнила я.

Его лицо ожесточилось.

— Вот именно.

— Что ты предлагаешь мне делать, Зейн? Держать ее в башне без окон, пока она не достигнет брачного возраста? А потом продать за пять коз? — саркастически спросила я.

Зейн схватил меня за подбородок. Он вглядывался в мое лицо.

— Я убью малого, если он причинит ей боль, — наконец сказал он.

— Я уже угрожала ему убийством, мы в порядке, — я похлопала его по плечу.

— Ты угрожала убить подростка? — спросил Зейн с удивлением и уважением.

— Он повел мою дочь на свидание. Моей обязанностью было хотя бы пригрозить членовредительством, — невозмутимо ответила я.