Моя чужая. (не)вернуть любовь - Диана Орфей

Работа с психологом вскрывает старые нарывы, которые были спрятаны, но не залечены. Болезненный процесс. Но теперь я ему не сопротивляюсь, хотя уже понимаю, к чему это приведет. Это вызывает ужас. И такое же невыносимое желание продолжить.

И, надо сказать, сейчас я безумно рад появлению этого лощеного хрена, который наверняка мечтает меня убить.

Я вижу, как на брутальной морде мелькает недовольство. Мужик щурится и поджимает тонкие губы.

А мне очень хочется демонстративно перехватить Алену за локоток. Это бы решило массу проблем… И создало дохрена новых.

- Владислав Маркович, - первой нарушает тишину Алена, едва мы подходим достаточно близко. – Удивлена…

И еще напугана. Алена не здоровается, тон голоса ровный, но я чувствую ее напряжение.

- Рад видеть вас снова Елена Николаевна. Как насчет совместной поездки?

Заминка Алены дает отличную возможность.

- Не сегодня, - обрубаю орла на взлете. – Елена Николаевна занята, - улыбаюсь нагло.

Алена вздергивает подбородок и мне достается полный возмущения взгляд.

Пусть.

Этот Владислав Маркович может идти лесом. А я за этим прослежу.

- Не вам решать, Демьян Викторович, - скалится мужик, а в холодных, будто сталь, глазах зажигаются опасные огоньки.

Думает испугать? Очень зря. Шагаю ближе к Алене, а себе делаю пометку пробить неуважаемого Владислава Марковича по базе. Мое имя он вынюхал, но готов биться об заклад, я нарою больше.

- Верно, не мне, - соглашаюсь, продолжая дуэль взглядами. – Еще до вас все решили.

Блефую, очень надеясь, что Алена подыграет.

Видимо, неприязнь к Владиславу Марковичу все же перевешивает. Я слышу полное решимости:

- Если у вас ничего важного, то мы с Демьяном Викторовичем пойдем.

- Надеялся на конфиденциальный разговор, - не сдается мужик.

- Извините. Это можно сделать в офисе. Поднимемся?

Умница, черт возьми. Пытаюсь скрыть довольную улыбку и получаю эстетическое наслаждение, наблюдая, как хмурится Владислав Маркович.

- Не собираюсь задерживать вас намеренно. Давайте завтра?

Помедлив, Алена кивает. Я выразительно смотрю на водителя и тот едва заметно жмет плечами. Сейчас Алене лучше уехать со мной. По крайней мере, этот хрен поймет, что я не собираюсь смотреть на происходящие со стороны.

- Елена Николаевна, моя помощь еще актуальна? – спрашиваю, очень надеясь на чудо.

И оно происходит! Алена кивает и, попрощавшись с водителем, идет в сторону моей машины.

Виктор Маркович смотрит нам вслед – всей спиной чувствую. Очень хочется послать его по матери, но терплю.

Помогаю Алене устроиться на переднем сидении, а сам тороплюсь занять водительское. Нам обоим хочется отсюда свалить, знаю.

- Неприятный тип, - нарушаю молчание, когда машина выруливает на дорогу.

Алена кивает и что-то быстро набирает на телефоне. Губы сжаты, между бровей залегла складочка. Деловая такая, упрямая. Может, девушка и испугалась, но пасовать не собирается.

Тянусь ослабить удавку галстука. Все-таки она очень повзрослела. Стала сильнее, увереннее в себе. Это… это роскошно. Мне нравится, но чувство восторга прячу глубоко на дне души.

Вся моя помощь и внимание запоздали лет так на семь.

Тогда я был не готов к серьезным чувствам. А теперь Аленке это не нужно. Да и с Юлией проблемы.

Вернее, проблемы у нее.

Крепче сжимаю руль, пытаясь скрыть злость.

Уже сейчас бы все точки над i расставил, но подушка безопасности еще не готова. И нет, мне не стыдно. Хотя бы потому, что IT разработки – это только мои усилия и мое потраченное время. Деньги, которые поступают от Шахова, делить с Оболенским не собираюсь. Я достаточно на него пахал.

- Можешь подвезти меня к клинике… - называет адрес.

- Как скажешь, - киваю, догадываясь, зачем Алена туда едет.

Слова даются легко. Вот бы самому увидеть этого ребенка… Какой месяц уже? Третий? Да, примерно… Еще и живота не видно. А Алене очень бы пошла беременность. Мысли опять переносятся в тот злополучный день, и в грудной клетке начинает жечь. Все бы отдал, только бы время назад повернуть. Где мои мозги были… Дебил.

- Как его фамилия? – спрашиваю, чтобы хоть как-то разогнать тишину.

- Агатов, - тут же откликается Алена. – Хочешь проверить?

- Вплоть до детского сада, на какой горшок ходил, - цежу зло.

Алена едва слышно фыркает.

- Наверняка уже тогда он заседал в костюме, - шутит, заправляя прядку за ухо.

Такой чертовски знакомый жест… Смешок выходит смятым, неровным.

- Не удивлюсь, - кашляю, чтобы скрыть накатившее волнение. Аж голову повело. – Такой типаж – хуже не придумаешь. В лицо улыбаются, а за спиной нож держат. Спорить готов, он хочет фирму перекупить.

- Хм… А если нет? Может, он из добрых побуждений. Или просто с предложением сотрудничества?

Не верит в то, что говорит – по голосу слышу.

Улыбаюсь, поглядывая на развернувшуюся ко мне девушку.

- Тогда я готов раскошелится на корзину с фруктами и пять кило фисташкового мороженного. И шоколадный топинг сверху.

Алена распахивает глаза. Удивлена, что помню? Я тоже. Все до последней мелочи хранилось на задворках памяти, а сейчас так естественно срывается с губ.

- О-о-о, - тянет задумчиво. – А мне что же, поставить на кон бутылку хорошего бренди? – щурится хитро.

Злюка. Помнит, что я к алкоголю не очень. Но ради такого случая готов поддержать.

- Рискнешь?

- А давай, - встряхивает русой копной. – Посмотрим, с чем завтра господин Агатов пожалует.

- По рукам, - позволяю себе осторожную улыбку.

А самого ломает от искушения Алену окольными путями в клинику привезти. И Агатову я сейчас благодарен по самое не могу. Алена расслабилась. Может, на время, но для меня это как глоток свежего воздуха.

Из-за поворота показывается клиника.

Пока размышляю, а не обнаглеть ли мне до крайности и напроситься с Аленой, девушка решает за меня.

- Спасибо, что подвез, - отстегивает ремень. – И за Агатова тоже…

Незаметно стискиваю пальцы, но улыбаюсь с самым безмятежным видом.

- Обращайся, - киваю, разблокировав двери.

Аленка райской птичкой выпархивает из салона и спешит к дверям клиники.

А я остаюсь на месте, разглядывая стройную фигурку в темно-бордовом костюме. Ей чертовски идет такой фасон. Она больше не таскает застиранные тряпки, от которых так и хочется избавится.

- Черт, - шиплю, пытаясь отогнать вполне определенные воспоминания.

Как же хорошо, что Оболенский ничего толкового не нарыл. К тому времени, как я вернулся в деревню, большая часть знакомых разъехалась. Ферму, дававшую жителям работу, закрыли,