Неверный муж моей подруги - Ашира Хаан

работе, а другие знакомые сами были в новогодних дедлайнах и спали через день. А жалоба на то, как тяжело у меня на сердце, требовала признаний, к которым я была не готова.

Новый Год мы решили встречать дома.

— Давай я приглашу Андрея с работы с женой? — предложил Игорь. — Они отличная пара, очень интересные. Давно хотел тебя познакомить. И дочери у них — одной шесть, другой четыре, отлично с нашими споются.

— Давай, — согласилась я. — Мне заказать что-нибудь или самой приготовить?

— Конечно, самой, не ленись! — Игорь потянулся меня обнять, и я чуть не оттолкнула его. — Ты же прекрасно готовишь, ни один ресторанный повар с тобой не сравнится!

Выдержав паузу отчужденности, он оттаял обратно и накануне ночью даже попытался намекнуть, что мы «давно не исполняли супружеские обязанности», но в ответ на его прикосновение во мне вскипела такая жгучая обида, что я сама испугалась.

Я взрослый человек, а он как маленькую наказывал меня своей нелюбовью.

Зато теперь наказание закончилось — и я должна была включиться обратно по щелчку пальцев?

Так это не работает!

Но высказать обиду было бы несправедливо — я понимала, что он тоже обижен и не может справиться с чувствами так быстро.

Поэтому молча отодвинулась — и он не настаивал.

Праздничный ужин прошел степенно и торжественно, как и полагается в компании взрослых ответственных людей, куда я, кажется, попала по чистой случайности. Дети были отправлены спать сразу после полуночи, а мы принялись обмениваться подарками.

— Знаю, что между нами в последнее время не все ладно, — сказал Игорь, протягивая мне коробочку роскошно-королевского красного цвета. — Но царапины и зазубрины на отполированных доспехах нашей семьи помогают нам только крепче сцепляться друг с другом. Мы обязательно пройдем этот кризис вместе и станем только ближе.

— Ох! — всплеснула руками жена Андрея. — Такая редкость, когда мужчины это понимают и могут так красиво выразить. Лана, тебе повезло!

Я открыла коробочку — и достала из нее две половинки обода и маленькую отвертку. Нахмурилась, соображая, что это за интересный прикол.

— Дай сюда, — сказал Игорь, обхватывая мое запястье и соединяя на нем половинки. — Это браслет, символизирующий узы любви. Я надену его на тебя, закручу винтик… Вот так. И теперь ты его не снимешь без отвертки, которая будет только у меня.

— Как тебе повезло, Лана! — снова ахнула жена Андрея. — Настоящий любовный браслет «Картье»! Я о нем всю жизнь мечтала!

Она бросила быстрый взгляд на своего мужа, но он заскучал еще на речи Игоря и уткнулся в телефон, не замечая намеков.

Подарив Игорю очередной сертификат на уроки экстремального вождения, которым он неизменно радовался каждый праздник, я сбежала из душной комнаты на балкон. Открыла створку окна и глубоко вдохнула морозный воздух, пропитанный пороховым дымом от салютов и фейерверков, которые начали взрывать сразу после полуночи и, похоже не собирались прекращать.

Браслет холодил запястье, я постоянно его поправляла, порывалась снять — но снова и снова сталкивалась с тем, что без отвертки это сделать не получится.

Достала телефон и уже привычно открыла диалог с Германом, чтобы поделиться тем, что чувствую.

— Представляешь, — полушепотом сказала я пустому экрану. — Этот клятый браслет стоит пять штук евро. Понятно, почему на меня смотрели, как на блаженную, когда я не стала хлопать в ладоши и вешаться Игорю на шею.

Я снова повертела браслет на запястье. Интересно, а в душ тоже с ним ходить? И спать? А если я попаду в аварию, врачи его с меня срезать будут? За такие-то деньги…

— Так и не смогла загадать ничего под куранты. Все пыталась что-то сообразить, но пока они били, в голове вообще была только пустота. Так и простояла, как дура, с шампанским в руке. Разве бывает, что человеку вообще нечего желать?

Экран телефона погас, экономя заряд.

Я снова коснулась его и — случайно нажала какую-то букву.

Быстро стерла, сглатывая подскочившее к горлу сердце.

Под именем Германа зажегся значок онлайна.

Нет! Я же ничего не отправила!

Он не может знать, что я тут!

Или может?

Что он теперь подумает?

Что я снова писала ему признания, а потом стирала, как малолетка?

Господи, какая глупость…

Мы просто знакомые. Он муж моей подруги, а я просто случайная собеседница. Ничего не было и быть не могло. Мы чужие. Совсем чужие.

Совсем.

«С новым годом!», — напечатала я и добавила несколько эмодзи-снежинок.

Вот. Настолько чужие, что я включила его в массовую рассылку с поздравлениями! Пусть скажет спасибо, что не прислала открытку со стихами.

Еще один глоток ледяного воздуха из окна был совсем не лишним.

Когда я вновь посмотрела на экран, там было:

«Я думаю о тебе».

Значок онлайна все еще горел. Я почти физически чувствовала такой же взгляд Германа на экран. Только его сердце вряд ли так отчаянно лупило о грудную клетку изнутри и кончался холодный воздух в легких.

«Это нечестно!» — вот и все, что я смогла ответить.

«Я знаю» — написал он.

Стиснув телефон так, что острые края врезались в ладонь, я вцепилась в подоконник, закрыв глаза и ловя воздух ртом.

За спиной послышался звук открывающейся двери.

— Ты куришь тут, что ли? — спросил Игорь, заходя на балкон.

— Нет.

— Не стоит подавать пример детям, мы потом им не сумеем объяснить, почему курить плохо.

— Игорь, я не курю.

Каждое слово давалось мне с чудовищным трудом.

Каждое слово и каждая улыбка.

— Тебе понравился мой подарок? — он приобнял меня и провел пальцами по внутренней стороне запястья, следуя изгибу браслета.

— Очень! — соврала я, изо всех сил пытаясь выправить левый уголок рта, который не желал улыбаться.

— Мне хотелось сделать для тебя что-нибудь особенное, Лана. Я очень тебя люблю, — шепнул он, зарываясь лицом в мои волосы.

А я стояла заледеневшей статуей, и только телефон обжигал мою ладонь.

Тогда. И мужа тоже!

— С новым годом!

— Спасибо! Ой, я давно хотела эти духи, как ты догадалась?

— По тому, что ты забегала ими душиться?

— Действительно… — засмеялась я, поглаживая округлый бок флакона.

После зимних каникул, когда поток народа наконец схлынул и воцарилась обычная посленовогодняя пустота, мы с девчонками решили наконец встретиться и отметить Старый Новый Год в ресторане.