Любовник (СИ) - Рузанова Ольга

- Еще две недели, - вставляю я.

- Одна – две недели.

По телу волной проходит нервная дрожь. Совсем скоро рожать – немного страшно.

После узи мы с мамой возвращаемся в ее кабинет, чтобы измерить давление, вес, обхват живота, заполнить мою карту. Пока она записывает все данные в специальную табличку, я, откинувшись на кушетке, поглаживаю большой живот. Богдан снова устроил фестиваль брейк-данса. Упираясь ножками в ребра, головкой давит на мочевой пузырь.

- Ты бы хоть фото папашки мне показала, - отрываясь от писанины, проговаривает мама негромко.

- Зачем?

- Как зачем? Интересно же, на кого мой внук походить будет.

Поставив сумку на колени, вынимаю из нее свой телефон. Одно наше совместное фото у меня есть. Я сделала его в тот день, когда мы катались на его байке. На берегу того самого озера.

Сама я смотрю на снимок крайне редко. Еще не отболело. Каждый такой сеанс рефлексии без слез не обходится, поэтому я свела их к минимуму.

Открываю фото и передаю телефон маме.

- Ого! – незамедлительно вылетает из ее рта, - самец!

Я вся сжимаюсь и закусываю зубами костяшку указательного пальца.

- Сколько ему лет? Он заметно старше тебя.

- Тридцать пять… может, уже тридцать шесть…

- Красивый мужик, не то, что этот… Костик… - последнее слово она буквально выплевывает.

Она так и не смирилась и не простила его. Я же успокоилась и приняла это довольно быстро. Словила дзен в виде беременности и легко отключилась от прошлого.

Мы с Костей не расстались врагами, более того, иногда он звонит, чтобы поздравить с праздником. На день рождения и на восьмое марта вообще заявился с подарками. Порой пишет узнать, как дела и как самочувствие. Я охотно с ним общаюсь.

Но тему его романа с Еленой все же стараюсь обходить стороной. Как-то она мне неприятна. Зато однажды я слышала, как он говорил с ней по телефону. По-моему, эта дама его преследует.

- Жаль, что кобель, - доносится до меня голос мамы, она все еще разглядывает фото, - не думаешь, ему сообщить? Пусть алименты платит.

- Не знаю… может, и сообщу потом… после родов. Он же наверняка потребует ДНК.

Забираю телефон из ее рук и принимаюсь складывать свои бумаги в папку.

Надев пальто в гардеробе, выхожу на улицу. Подставив лицо весеннему солнцу, какое-то время просто стою около своей машины. Хорошо, что роды приходятся на май. Впереди все лето, можно будет подолгу гулять с малышом в парке неподалеку от дома, выезжать с ним на озеро и на дачу к Рите.

Улыбаясь своим мыслям, усаживаюсь в машину и решаю заехать в магазин детских товаров. У меня, конечно, давно все куплено и сумка в роддом собрана, но отказать себе приобрести для малыша еще какую-нибудь мелочь я не могу.

Даже несмотря на экономию.

Зарплата в те неполных два месяца, что я проработала в поликлинике была минимальная, поэтому декретные выплаты тоже вышли небольшими. Сейчас в ход идут мои накопления за три года брака с Романовским. Хорошо, что получаемые с квартирантов деньги я откладывала на счет. Как будто чувствовала.

Прикупив Богдану комбинезончик и крем от опрелостей, довольная еду домой.

- Да, Ритуль, привет! – принимаю вызов от подруги, едва вхожу в квартиру.

- Привет! Как ты? Как Воробышек?

- Хорошо мы. Сегодня на узи были, скоро в роддом поедем.

- Ммм… клево… Вик, а можно я к тебе сегодня вечером заскочу? Поболтаем…

- Конечно, приезжай, буду рада! – восклицаю воодушевленно. Но при этом интуитивно настораживаюсь.

Просто так в понедельник, да еще на другой конец города Рита бы не поехала. Значит, есть причина. Не просто поболтать.

Мы договариваемся, что она приедет сразу после работы, и я берусь за ужин. Наверняка, Рита будет голодной.

Она приезжает на такси с целой авоськой фруктов.

- Обалдела? – смеюсь я, - куда столько?

- Это не тебе. Это крестнику.

- Мне этого до родов не съесть, а после родов будет нельзя.

- Привет, Воробышек, - лепечет Марго, прижимая ладонь к моему животу, - давай скорей вылезай! Тетя Рита вся изнемогает от нетерпения!

- Еще одна – две недели…

- После девятого мая?

- Срок на 12 стоит.

- Я уже столько ему всего накупила, что тебе вообще можно не париться, - проговаривает она довольно, - до первого класса точно обеспечен.

- У меня столько же всего накуплено, - заверяю подругу, указывая глазами на большой встроенный шкаф.

Усаживаю ее за стол и наполняю для нас тарелки. Рыбные котлеты на пару и запеченная фасоль.

- Как у тебя дела? Как с Олегом?

Она как-то резко машет ладонью и прижимает ее ко рту. Глаза подозрительно блестят. Кажется, ненароком я наступила на больную мозоль.

- Что, Рит?

- Вика. Он вчера пришел, час стоял под моей дверью… - прерывистый вздох.

- Ну, а ты чего?..

- А я впустила.

Какое-то время мы просто смотрим друг другу в глаза, а потом она улыбается сквозь слезы.

- Ты простила его? Вы помирились?

- Я не знаю, - продолжая глупо улыбаться, пожимает она плечами, - но он сказал, что хочет, чтобы я переехала к нему.

- Ри-и-и-т… - подскакиваю так быстро, как позволяет мне огромный живот и иду, чтобы обнять ее, - Рита, не отказывайся, пожалуйста. Ты же любишь его. И он тебя.

Она обхватывает руками мою объемную талию и быстро - быстро кивает.

Боже, как я за них рада! Изначально они решили, что их отношения будут свободными. Не знаю, о чем тогда думал Олег, а Ритка точно собиралась доказать ему свою независимость и востребованность у мужчин. Только вот когда он переспал со своей бывшей и честно ей об этом рассказал, она сломалась. И свободолюбивый Олег, почему-то, тоже.

Два дурака. Столько месяцев друг друга мучали, а все равно по отдельности не смогли.

- Только со следующей недели я через день у тебя ночую, ты же помнишь?

- Конечно.

Они так с мамой договорились, на случай, если вдруг я начну рожать ночью.

- Вик, мы же в субботу к Амине на день рождения ходили, - вдруг говорит она, понизив голос, - помнишь, я говорила.

Помню, конечно. Девчонки и меня звали, но куда я с таким пузом?

- Как посидели?

- Вика, – я сажусь на место, а Рита старательно отводит глаза, - там Егор был. Мне показалось, что я должна тебе рассказать.

А меня будто в котел с бурлящей лавой окунают, и легкие горят огнем, и руки безвольно падают на колени.

- Ну, был и был… - выдавливаю с трудом, - мне-то что?

- Это правильно, - улыбается бодро, а в глазах прячется жалость и сострадание.

- Один?

- Что?..

- Он был один?

Рита досадливо вздыхает, а по мне словно каток проезжается. Больно до рези в глазах.

- С девушкой. С ней пришел, с ней же и ушел.

- Ну, и ладно.

Поднимаюсь и начинаю убирать со стола, хотя сама еще не доела. Составляю тарелки в раковину, убираю хлеб, смахиваю крошки салфеткой.

- Викуль, - обнимает меня за плечи и с силой прижимает к своей груди, - не расстраивайся.

- Я не расстраиваюсь! – получается немного резко, - хорошо, что я ему не рассказала про беременность.

- Думаешь?

- А как бы я сейчас… - срывается мой голос, - как бы мы с ним… я бы не смогла, Рита…

- Он про тебя спрашивал, - говорит она тихо.

Сердце бросается на ребра, пульс сбивается с ритма.

- Что спрашивал?

- Как ты. Как у тебя с мужем.

- Что ты ему сказала? – спрашиваю, не дыша.

- Сказала, что ты беременна.

- О, Боже… Рита!

- Я не сказала, что от него! Ты же запретила!

- Что он ответил?

- Ничего. У него лицо как будто окаменело, - шепчет Рита, - правда, я думала, его удар хватит!

- Правильно, правильно… - трясу судорожно головой, - пусть думает, что от мужа.

- А потом, когда мы прощались, говорит, Кисе привет передай.

Глава 48.

Схватки начинаются ровно в срок, 12 мая в полночь. Поначалу мне кажется, что они тренировочные, но высчитав, как учила мама, между ними интервал, я встаю и иду будить Риту. Сегодня она у меня дежурит.