Девочка, я тебя присвою. Книга 1 (СИ) - Безрукова Елена

— А ты не ушиблась? — спросила Катя, оглядывая меня на предмет повреждений

— Ну, ушиблась, конечно, — ответила я и немного подняла юбку. — Вон теперь шрам под коленкой. Но ничего смертельного. Только этот придурок денег требует за покраску крыла, а у меня их нет.

— Вот засранец, — хмыкнула Катя. — Они, оказывается, с Питерским не зря дружки — тот почти такой же.

— Да? Ну так мажоры оба. Но мне показалось, Питерский не такой говнюк.

— О-о… Ты плохо его знаешь! — заявила Романова.

— Возможно… Откуда бы. Но Архип… Вот прям отборный придурок. Так бы и придушила бы.

— Он того не стоит, — развеселилась она от того, как я ругала Архипа. — Так ты откуда приехала?

— Да мы в этом же городе и жили, только в другом районе, — ответила я. — Мама замуж вышла, за политика. А у ее мужа есть дочь взрослая, шестнадцать лет. Отчим решил меня засунуть в школу к Динке, чтобы удобнее возить было нас, да и образование здесь намного лучше. Я в одиннадцатый класс, а она — в десятый пошла. Так и я оказалась в вашем классе. И просто задница как этому рада…

Я вздохнула, а Катя снова рассмеялась. Она, как никто, меня понимала. Я здесь такая же чужая, как и Катя.

— О, звонок! — отметила я, снимая сумку с подоконника. — Пойдем, нас ждут великие дела!

Мы обе вышли в коридор и ринулись к классу — урок начался.

56

— Девочки, почему опаздываем? — строго спросила Алла Дмитриевна, когда Кристина и Катя, неожиданно вдвоем, залетели в класс после звонка.

— Извините, мы за временем не уследили, — ответила Крис.

— Проходите! Но имейте в виду — в следующий раз никаких поблажек не будет. Удалю с урока! Понятно?

— Да! — хором отозвались виноватые девочки.

— Идите на свои места… Кристина, — позвала она ее, и Снегурочка обернулась. — Твою парту забрали в другой класс — им их не хватило. Садись с Архипом.

Я сел отдельно, потому что Романа уже неделю как посадили с его рыжей зазнобой, и как-то особенно не обратил внимания, что парта напротив действительно исчезла, и единственное свободное место — возле меня, за одной партой.

Не хватало для полного счастья с ней сидеть рядом еще!

Черт… Простой карандаш в моей руке треснул пополам.

— Да твою же… — бросил я его на стол, отряхивая руки от стружки.

Кристина же стояла в начале класса и враждебно смотрела на меня. Но молчала. Не будет же она закатывать истерику перед всем классом и Аллой, хотя идти ко мне ей явно не хотелось. Возможно, потому что я смотрел на нее так, что еще секунда и прожгу в ней пару дырок?

— Ну, что стоим? — спросила Алла ее, снова оторвавшись от доски с мелом в руках. — Садись, Кристина. Или ты все-таки хочешь покинуть урок?

Она молча двинулась вдоль ряда. Катя с Романом уже привычно тихо ругались меж собой, когда Крис дошла до моей парты и осторожно села рядом, прижав сумку к груди.

— Не сопру я твою сумку, — не удержался я. — У тебя там все равно денег нету. Че ты с ней обнялась как с родной?

— Отстань, — зашипела она и повесила свою ношу на спинку стула.

Я же хмыкнул. Отличное начало деловых, так сказать, однопартовых отношений.

Впрочем, чего я ждал? Собственно, я бы вообще предпочел сидеть один, а то от ее присутствия так близко меня снова дергает и бросает то в жар, то в холод. И это клубничный запах опять в легкие пробирается…

Она достала из сумки свой учебник, тетрадь, дневник и ручку. Аккуратно сложила все на краю стола. Я глянул на свой — все валяется как попало посреди парты.

Ну и что она сюда села? Заставлять чувствовать себя ущербным со своим порядком на парте?!

Она покосилась на сломанный мною карандаш. Но ничего не сказала. Молча отодвинула в сторону мой учебник и попыталась положить свой.

— Не трогай мои вещи! — рыкнул я и схватил ее за руки.

Она так и застыла с учебником в пальцах, которые я держал в своих ладонях.

Мы снова уставились друг на друга как два идиота, но Снегурочка очнулась быстрее меня испортила момент.

— Тогда сам убери свои вещи! — сказала она. — Чего ты разложился тут словно один сидишь?

— А я тебя сюда не звал, ясно? — заявил я, упорно не отпуская ее руки.

— А куда мне было идти по-твоему? — спросила она, выдернув наконец свои ладони из моих. — Да отстань, сказала! Сам отодвинь тогда учебник!

Я сдвинул его ровно на три сантиметра. Пусть помещает свой где хочет, не волнует вообще! Затем склонился над ней как коршун. Крис аж зависла и втянула голову в плечи.

— Больше никогда не трогай мои вещи, понятно?

— П-понятно, — ответила она, и я заметил, что она даже не дышит от того, что мое лицо так близко к ней. И я — тоже не дышу…

— Ветров и Калистратова, я не поняла! — услышал я громкий голос Аллы и резко отпрянул от Крис, ровно сев на свое место. — Что у вас там за выяснения отношений? Все после урока, иначе накажу вас.

Мы оба притихли. Никому из нас не хотелось схлопотать наказание, которое, к тому же, вместе и придется выполнять. Нет уж, такой компании мне бы не хотелось.

Питерский все оборачивался на нас, показывал глазами на Крис и ржал.

Еще секунда — и я ему точно по ушам надаю!

Догадался — молодец. Нечего меня палить перед Катей и самой Крис.

Спутся время он кинул мне на парту записку.

Я развернул скомканный лист.

«Так ты про нее рассказывал перед лагерем?» — прочел я.

Вот ведь любопытная Варвара!

«Да» — коротко ответил я, не находя причин это скрывать, скомкал обратно тетрадный лист и кинул ему через плечо.

Питер прочел и снова что-то начал писать.

Блин, достанет теперь своими вопросами!

На мою тетрадь снова упал комок бумаги.

Развернул. Прочел.

«Так ты ее представлял тогда на репетиции в гараже? Это Белоснежка тебя так вштырила!»

Я фыркнул и кинул ему обратно его записку.

Через минуту она снова шлепнулась на парту мне.

— Питер, ты задрал! — сказал я, беря ее в руки. — Примеры решай, а? Ты не на русском!

Развернул.

«Влюбился, влюбился! Архип влюбленный песик — аф-аф!» — прочел я.

Вот зараза! И как только его бедная Катья терпит. Представляю, что он говорит ей!

«Ромик такой же песик, влюбился в Рыжую-бесстыжую!» — написал я ответ и кинул ему.

Он прочел и обернулся. Сказал одними губами куда мне надо идти.

— Сам туда иди, — рассмеялся я.

Когда Питер начинает меня слать лесом, значит, я снова попал в правду.

— Мальчики, ну что там опять за возня у вас? — окликнула нас Алла. — Мне очень тяжело так вести урок. Еще одно замечание, и весь ваш веселый квартет останется мыть полы.

— Мы молчим, молчим, Алла Дмитриевна! — заверил я ее.

Осталось десять минут до конца урока. Надеюсь, мы продержимся!

— Ты не тот пример переписала, — сказал я Крис, скосив глаза в ее тетрадь. — Надо номер два, а ты первый списала.

— Ой, — спохватилась она, зачеркнула его и стала спешно переписывать нужный.

— Как тебя только в одиннадцатый класс-то взяли… С такими мозгами.

— Отстань! — снова шикнула она. — А то я сейчас разорусь, и ты останешься мыть пол.

— Так и ты останешься, вообще-то, — лениво отозвался я, почти решив пример.

— Да, — ответила она. — Но и ты тоже. А я ради того, как посмотреть, как один мерзкий мажор моет полы, тоже готова остаться.

Я начал закипать внутри. Но промолчал, чтобы не развивать конфликт сейчас, иначе нас действительно заставят пол мыть.

Ну погоди у меня, Крис.

Ты еще пожалеешь, что тебя за одну парту со мной посадили!

57

— Че ты, куда сейчас? — спросил Питерский, когда мы вышли с последнего урока. — Домой?

— Нет, — мотнул я головой.

— А куда?

— На работу.

— На какую работу? — не понял Питер.