Временно женаты - Алёна Снатёнкова

— А где вы ночью успели еще раз пересечься?

— Я его до друга подвез.

— Но он же… Ты его около подъезда столько времени ждал? Зачем?

Только я собиралась начать думать, чтобы самой догадаться, как неожиданно вернулся прежний холодный Демидов и рыкнул:

— Нам собираться надо. А тебе еще звонить подруге. Не передумала со своим щитом ехать?

Несколько предложений — и я сразу понимаю, что он не хочет мне ничего рассказывать. С одной стороны, Максим не обязан отчитываться, а с другой… Это же касается моего брата. Я обязана знать.

— Нет. Кто-то же должен меня защищать.

У Вадима спрошу.

Позвоню и выбью из него всю нужную информацию.

— Думаешь, я с этой ролью не справлюсь?

Сердце екает, когда ноги сами несутся к парню. Почему-то сейчас я была уверена в том, что он и дракона одолеть сможет. Да после кружки он для меня героем стал.

Заставляю себя остановиться и заглянуть ему прямо в глаза.

В них уже не вижу прежнего холода. Максим как-то странно на меня смотрел, и я понять не могла, о чем он думает.

А я ведь не знаю, что должна ему ответить, чтобы глупой не показаться. К тому же у меня дар речи будто пропал. То есть говорить я могу, но лучше не рисковать. В комнате и так словно искры летают. Бомбанет, если я скажу, что вообще считаю его самым сильным и крутым.

— Думаю… — делаю вид, будто слова подбираю, перед тем как толкнуть длинную речь. — Думаю, ты прав и нам надо собираться. Молодожены ведь не должны опаздывать.

— Но они могут, — уклончиво отвечает Максим.

Почему-то мне показалось, что он сейчас тоже нервничает. И наверно, сам не понял, что только что сказал. Не в его стиле так говорить.

36

— Могут? — тихо переспрашиваю, будто меня загипнотизировали. Наверно, Демидов меня точно отключил от реальности. Я буквально не видела ничего вокруг. Смотрела только на его лицо и чувствовала, как слабеют ноги.

— Угу.

Отвал всего.

Демидов улыбается? Мне? Или же на моем лбу нарисовали непристойную картинку?

Просто атас.

Хотелось остановить время и насладиться моментом. Ну или упасть на пол и слезно умолять парня замереть и никогда не менять выражения лица.

Но я сдержалась и даже вида не подала. Хоть и хотелось крикнуть: «Попался, муженек! Теперь я знаю, что ты человек и на самом деле можешь улыбаться».

— Что происходит? — спокойно спрашиваю у него.

— М? Ты о чем? — уклончиво переспрашивает Максим, перекручивая обручальное кольцо на пальце.

— Вот об этом! — поднимаю вверх его руку. — Кто ты и что сделал с Максимом Демидовым — грозой всех директоров и официантов?

На всякий случай оглядываюсь по сторонам в надежде увидеть где-нибудь в углу скрытую камеру. Потому что все, что сейчас происходит, больше похоже на розыгрыш, чем на реальную жизнь двух людей, которые решили с помощью фиктивного брака избавиться от своих проблем.

— Лера, ты такая странная.

— Я-то? Это ты сейчас мне глазки строишь и кольцо трогаешь. Что с тобой? Говори, иначе я решу, что ты переработал и свихнулся.

— И что ты тогда делать будешь?

Запру его в комнате и сама в ней же запрусь. А потом буду долго пялиться, пока дырку в его лбу не протру.

Подумала так, а вслух сказала:

— Отправлю тебя в психушку.

Смеется и смотрит в потолок.

Если бы он рычал и грыз обувь, я бы так не удивлялась. Вот честно.

— На год? И попросишь выпустить только тогда, когда закончится срок нашего брака?

Мужчин сложно понять — это факт. А Демидова так вообще невозможно.

— Когда ты говоришь, я еле сдерживаюсь, чтобы не убежать.

Самое время уносить ноги. Я не знаю, что у Максима в голове. Неизвестно, о чем он думает, а неизвестность меня чертовски пугает.

Да, я трусиха.

С этим ничего не поделаешь. А еще я дура, которая ищет во всем плохое и считает нормальное отношение к себе — злой шуткой.

— Не убегай. Ты мне нужна.

Что-о-о-о?

Нужна? Он и правда вслух это сказал?

Поняла, я сплю. Не удивлюсь, если открою глаза и обнаружу себя в своей комнате, а все, что сейчас происходит, окажется лишь сном.

— Будет странно, если я приеду к Зайцевым один.

Нет. Не сон.

— А-а-а. Да, будет странно, если один. — Как бы я ни пыталась скрыть разочарование в голосе насмешкой, у меня ничего не вышло. — Одному не получится. И меня ведь тоже приглашали.

— Все нормально? У тебя голос изменился.

Да чтоб тебя.

Иногда и слова не вытянешь, а тут разговорился.

— Да. Надо собираться.

Решительно обхожу Максима стороной в надежде как можно быстрее скрыться в своей комнате. Может быть, в тишине получится найти объяснение поведения Демидова.

Тянусь к дверной ручке и в этот момент слышу вопрос Максима:

— Ты сильно жалеешь? Я про наш договор и последующий брак. Хотела бы отменить его?

Почему-то жмурюсь и щиплю себя за локоть.

Отменить? Разорвать все договоренности, уехать к бабе Оле и больше никогда в своей жизни не видеть Максима?

— А ты? — переспрашиваю, не зная, что ответить.

— А мне надо собираться, — уголок его рта приподнимается, и я снова зависаю под его взглядом.

На секунду, а потом делаю строгое лицо:

— Так собирайся. Не запутывай меня. Сейчас ты хороший, но я знаю, что это ненадолго. Когда опять командовать начнешь, мне будет еще обиднее, чем до этого.

Войдя в комнату, сразу же падаю на кровать и громко выдыхаю.

Кажется, через год мне будет больно.

Максим