Кот с последствиями - Ирина Лисовская

лицо. Внутри уже зажигается похоть и течет лавой по венам, распаляя каждую клеточку.

– «С любовь, твой Толик»? – выплевывает Тимур, а я не сдерживаюсь больше.

Приподнимаюсь на носочках и, хватая любимого ревнивца ладонями за щеки, страстно целую. С нажимом раздвигаю упрямо поджатые губы и скольжу языком – это все, что нужно, чтобы сбить его с толку. Тим в мгновение забылся, руки за секунду оказываются на моей попе и ладони ощутимо, но приятно стискиваются, добавляя поцелую остроты.

Стону в губы, теперь инициатива полностью во власти мужчины, дикого и требовательного. Ревнивого! И я вся дрожу от нетерпения, одежда вдруг кажется лишним грузом на теле. Бесячим, мешающим барьером!

Руки мужчины уже шарят по всему телу, Тим не нежничает, каждое прикосновение током бьет прямо в клитор, и все, что мне остается прямо сейчас, – молить о пощаде.

Из-за жара страсти, бурлящего в крови, ничего не осознаю, лишь понимаю в какой-то момент, что клитор уже дразнит мозолистый палец, будто вытанцовывает незамысловатый танец. Момент кульминации близко, я практически на грани, но в последнюю секунду давление исчезает, а с губ срывается всхлип протеста. А затем пытка снова усиливается с невероятной настойчивостью. Коленки дрожат, и я едва могу устоять на ватных ногах…

Слишком много… Ярко и даже капельку больно. Пытаюсь сжать ноги, но Тим с напором хватает свободной рукой бедро и удерживает на месте, тихо рычит в шею:

– Не так быстро, любовь моя…

Клянусь, я взрываюсь только от этих слов! Кричу, но Тим ловит мои дикие стоны поцелуем, и оргазм прокатывается ударной волной по телу. Не успеваю выдохнуть, просто чувствую, как меня разворачивают и задирают юбку, Тимур резким движением отодвигает трусики в сторону. Буквально секунда – и я полностью заполнена им, снова готова стонать и умолять. Просто безумие, но мысли подернуты сладкой дымкой, и плевать, где, что и как. Главное – удовольствие.

Тимур кладет руки на мой живот и делает резкий, глубокий толчок, а затем еще один…

– Ты сводишь меня с ума! – рычит в ухо, а я уже ничего не соображаю.

Я – как то зеленое желе из мультика про монстров. Без мозгов и прочего лишнего дерьма… Я одно сплошное оголенное, искрящееся удовольствие. Даже громкие, потные шлепки наших тел не волнуют в эту минуту, плевать на все!

– Ти-и-и-м, прошу-у-у, – стону просьбу, хотя не понимаю, чего мне хочется.

Или прекратить пытку, или продолжить…

Мы взрываемся одновременно, и я вдруг понимаю, что внутри… слишком тепло и липко. Оргазм мгновенно сходит на нет, и я уже дрожу только от мысли, что мы оба, вероятно, сошли с ума.

Тим тяжело дышит над ухом, но не спешит выскальзывать, будто специально.

– Я чист, не волнуйся, – хрипит вдруг, даже не думая отодвигаться. – Черт, я потерял голову… Ты такая… Узкая и чертовски влажная… Теплая… Такая моя! Только моя!

И я не знаю, то ли мне растечься лужицей у его ног, то ли треснуть по голове чем-то тяжелым. Да и плевать, короче. Даже если забеременею, что в этом плохого? У всех моих подруг уже есть дети, у некоторых даже по двое карапузов. Но затем меня бьет воспоминание молотом по голове. Я хоть и здорова, но почка не работает на все сто процентов… И прежде чем начинать отношения, нужно было честно признаться в этом Тиму. Может, я и не смогу выносить малыша. Он имеет право знать. Должен понимать, на что себя обрекает.

– Не волнуйся, – шепчет на ушко, пробуждая мурашки по телу, – если ты вдруг забеременеешь, я буду самым счастливым на свете.

И у меня теперь не поворачивается язык, а ведь я хотела сказать, даже уже рот раскрыла.

Со вздохом прячу глаза за плотной ширмой из волос, к счастью, я все еще стою к мужчине спиной, и он не может увидеть эмоции на моем лице. Не сейчас. Может, завтра или послезавтра…

– Анисья.

Я застываю и тяжело сглатываю. Это больше не тот умопомрачительно хриплый голос, а строгий и четкий. Натягиваюсь струной в ожидании следующих слов.

– Это последний раз, когда твой любимый Толик все еще остается с родными зубами. В следующий – пусть пеняет на себя. Я не намерен терпеть его подкаты к своей женщине. Понятно?

Просто киваю, все еще не решаясь заглянуть в глаза любимому. А что я могу сказать? Я даже не понимаю, с какой радости Толик вдруг воспылал ко мне чувством. Ну бред же. Зачем только я пошла к нему, хотела уличить их тандем с братцем, а в итоге попала в неприятности. И все-таки влипать в истории – это мой конек.

– Тим, – осторожно оборачиваюсь всем телом и прижимаюсь спиной к стене.

Мне некомфортно после нашего бурного секса, но я кое-как поправляю на себе одежду и пытаюсь игнорировать неудобство. Не знаю, что сейчас написано на моем лице, но глаза Тимура вдруг смягчаются и на губах даже появляется легкая улыбка.

– Если будет нужно, я прекращу общаться с Толиком. Да, он мой друг, но мне проще потерять его, чем тебя. К тому же его дружба почему-то вдруг стала выходить за рамки. И я не знаю, сговорились ли они с Росом или это только инициатива Толика, неважно. Просто верь мне, ладно?

– Я тебе верю, – он легонько касается ладонью щеки, а затем оставляет на губах невесомый поцелуй. – Но не могу обещать, что сдержусь, если снова узнаю, что он подкатывает к тебе.

– Толик не будет.

Зачем-то даю обещание, хотя понимаю всю его абсурдность. И, судя по ироничному выражению лица Тима, он тоже это понимает. Ладно, придется просить Лерку вразумить ее друга детства. Иного выхода я не вижу.

Едва я выхожу из кабинета, как сразу ловлю на себе пропитанный ядом взгляд Дашки. Да и плевать на него, пусть хоть лопнет от зависти, мне все равно. Забираю сумочку и ухожу из офиса, лишь бы не видеть лицо мегеры.

– Посмотрим, как ты запоешь, когда вернется Алиса, – бросает мне вслед слова, лишенные какой-либо логики.

***

Утром просыпаюсь раньше будильника и натыкаюсь взглядом на безмятежное лицо Тимура. Мне до сих пор не верится, что мы вместе, все кажется сном!

Осторожно тянусь рукой и касаюсь пальчиком щеки, носа, губ. Ну нет же. Вот он – мой мужчина. Реальный и притягательный. Мой…

Видимо, я случайно