Бесценная белая женщина - Кира Фарди

— Ох! Sorri! — повторял он и на автомате гладил ее по голове.

Потом он мягко отодвинул руку Наташи, закрывающую лицо. Что произошло дальше, Наташа не поняла. Мужчина вдруг наклонился и прижался губами к ране на лбу. В этот момент Данила подлетел к слившейся в крепких объятиях паре, схватил Наташу за руку и оттолкнул ее спасителя.

А затем он развернулся и с размаху ударил индуса кулаком в лицо. Красавец увернулся от удара, но, потеряв равновесие, упал на асфальт: слишком несправедливой и неожиданной была атака.

— Ты что делаешь!? — закричали женщины и бросились к Демину, но тот будто сошел с ума. Он махал руками и молотил индуса по телу, куда придется. Бедный парень закрывал скрещенными руками голову, но не сопротивлялся. Вокруг собирались люди. Зеваки уже достали телефоны и лихорадочно снимали на видео непривычное для этих мест зрелище.

Наконец женщинам удалось оттащить разъяренного Демина. Он тяжело дышал, а в его глазах плескалось пламя. От добренькой овечки, которой он притворялся еще пять минут назад, не осталось и следа. Перед ними стоял безжалостный воин, защищавший от врага добычу. Марина потащила Демина в сторону, попутно кланяясь зрителям и извиняясь за доставленное неудобство.

— Ты спятил? — кричала она на Демина.

— Нечего лапать русских баб! Своих не хватает, что ли? — зло сплюнул на землю Данила, но вспышка ярости уже пошла на спад.

— Ты же в чужой стране! А если он в полицию тебя сдаст?

— Плевать!

— И что ты скажешь? За что ударил человека? Он спас твою знакомую, а ты его за это избил. Молодец! Браво! Хорошее представление у местных сложится о русских туристах.

— А мне нас…ть!

Наташа не обращала внимания на их перепалку. Забыв о своей ране, она бросилась к индусу. С другой стороны ей помогал мальчик-индиец, оказавшийся свидетелем драки.

Красавец в бордовом шервани сел с их помощью, потом встал. Видимых повреждений на его лице не было. Наташа лихорадочно отряхивала его костюм и попутно приговаривала:

— Sorri! Sorri! Извините этого дурака! Он не понял, что вы меня спасли.

Мужчина что-то ей отвечал, но она ничего не понимала. Тогда он показал на свою шею, а потом на лоб Наташи. Она проследила за его рукой взглядом и увидела, что ударилась об украшение, висевшее на шее индуса, которым час назад восхищалась. Острые грани цветка впились в кожу переносицы. Она осторожно потрогала кожу: сильных повреждений не почувствовала, так, легкий отек и царапинка, которая уже не кровоточила.

Индус, поглядев искоса на Данилу, который мерил шагами тротуар, достал телефон и неторопливо набрал номер. Ответили почти сразу.

— Полиция?

Наташа и Марина переглянулись и хором воскликнули:

— Нет!

21. Мышка в клетке

Демин зашёл в номер и, не глядя, захлопнул дверь. Она громко ударилась о косяк и снова открылась.

— Что за! — далее последовали непереводимые обороты речи. Во второй раз он закрыл дверь нежно, хотя ярость так и клокотала в душе, призывая выплеснуть ее на что-нибудь.

Данила сел на кровать и зажал голову руками. Что с ним происходит? Почему он так бесится? Откуда, из каких глубины естества поднималось это древнее, злое и неуправляемое чувство. Ему хотелось все вокруг крушить, ломать и разбивать. А больше всего он был недоволен собой. Приехал в такую даль, чтобы завоевать, а потом использовать Золотареву, но с каждым шагом не только не приближался к ней, а все больше отдалялся.

— Что я здесь делаю? Зачем полез с кулаками к индусу? — раздраженно выкрикнул он, стукнул ладонью по покрывалу, потом вскочил. Забегал, заметался по номеру, не зная, куда деть переполнявшую его злость. Пот градом катился по его лицу и телу. От огня, поднимавшегося из глубины души, не спасал и кондиционер, который старательно работал на всю мощность.

— Будь проклят Порохов, Дубай и эта чертова жара! — опять выкрикнул Данила и залез под холодный душ.

Ледяные струи били по разгоряченной коже, и она мгновенно покрывалась мурашками. Когда подбородок затрясся от холода, а мысли наконец немного пришли в порядок, он вышел из ванной. Накинув банный халат, Демин достал из холодильника бутылку пива (алкоголь в отеле продавали в баре) и вышел на балкон. Сел в кресло, положил ноги на белый пластиковый столик и закрыл глаза. Стеклянная пепельница, которая стояла в центре, приятно холодила кожу.

Красота ночи его не привлекала. Да и какая тут ночь! Так, одно недоразумение. Небо будто затянуто молочной пеленой, звезд не видно, только внизу сияет и переливается огнями огромный город. Может, где-то в пустыне, уставший путник, лежа под пальмой у оазиса, и наслаждается неподражаемым видом южной ночи. Человек разглядывает созвездия, чтобы спланировать свой завтрашний путь, и ему кажется, будто он один во Вселенной. А здесь, в крупном городе, это сделать нереально.

Демин вспомнил сегодняшний богатый событиями день. В нем, конечно, были свои плюсы и минусы.

— Так, что у нас сегодня хорошее случилось? Почти ничего, разве что Наташка перестала от меня, как черт от ладана, шарахаться. Уже не бросается с кулаками, терпит. Даже пару раз поймал на себе ее взгляд, — усмехнулся Данила.

Действительно, Наташка еще несмело, но уже поднимала на него глаза. Привыкает, значит, к его постоянному присутствию. От этой мысли стало легче. Но, вспомнив, о неприятностях, Демин решил, что минусов все же было больше.

С утра вылил на себя горячий кофе. Испугался. Даже на десять минут забыл и про Порохова, и про подругу детства. Потом потерял на пляже Золотареву. Приехал в отель, а тут новость о краже денег и документов у Наташки. Не успели разобраться с этим вопросом, как на горизонте нарисовался индус. Откуда он вылез? Золотарева будто притягивает к себе все неприятности! Ну, спас он ее, и что с того? Зачем целоваться полез?

Данила чувствовал, что опять закипает. Умом он понимал, что его обвинения в адрес индуса несправедливы: все-таки он спас Наташку от наезда велосипедиста. Сам он, Демин, в это время болтал с ее подружкой