Мышка для серцееда (СИ) - Богда Ксения

Мы заходим в зал. Гости уже редеют, и можно хоть спокойно дышать, не задыхаясь от различных ароматов. Но все равно остается еще большая часть народа. И нам приходится с мамой нацепить на лица улыбки и продолжать как ни в чем не бывало.

Решаю, что мы обсудим все это, когда мама успокоится.

Присаживаемся за стол. Мама берет стакан воды и делает несколько больших глотков. Я начинаю волноваться насчет ее бледности. Может, есть возможность улизнуть отсюда?

Вижу на улице какое-то движение и перевожу взгляд. Как раз вовремя. Вижу, как Владимир выкидывает отца из ресторана и как ни в чем не бывало заходит внутрь. Я вскакиваю со стула и выбегаю в холл. Там стоит Владимир и о чем-то разговаривает с Русланом. Владимир потирает руку.

Они слышат стук моих каблуков и как по команде поворачивают головы в мою сторону.

— Что-то случилось? — хмурится Владимир.

Под их взглядами становится не по себе. Но здоровье мамы важнее, а я вижу, что она вымотана.

— Как вы думаете, маме можно сейчас уехать?

— А что такое? — в голос Владимира просачивается волнение.

— Мне кажется, что она немного устала. Да не волнуйтесь, просто, наверное, переутомление.

Владимир запускает руку в волосы, и я замечаю, как она мелко дрожит.

— Не волнуйтесь, я с ней поеду и никуда от нее не отойду. А вам надо с гостями остаться.

— Нет, я сейчас скажу, что праздник окончен. Хватит.

— Послушайте, все будет хорошо. Если вдруг что-то пойдет не так, я позвоню.

— Нет, Карин. Это не обсуждается. Двадцать минут — и поедем.

Бросаю беспомощный взгляд на Руслана, а он только пожимает плечом. От него, видимо, тоже не стоит ждать поддержки. Но я все же думаю, что вот так резко обрывать прием — это лишнее.

— Согласен, у меня к тому же завтра игра, и я хотел уже ехать домой.

Мы втроем возвращаемся за наш столик. Владимир осматривает маму и наклоняется к ней. Они о чем-то переговариваются, но у меня отшибает слух, потому что в этот момент Руслан опускает ладонь на мою талию. Я ощущаю сквозь плотную ткань платья тепло, и по коже пробегают мурашки от его близости.

Мама мотает головой и кивает на меня подбородком. Владимир хмурится, снова что-то настойчиво говорит. Мама внезапно улыбается и кладет ладонь на щеку Владимира.

Этот простой жест моментально его успокаивает, и он кивает.

Мужчина наклоняется в нашу сторону, а я резко дергаюсь и сбрасываю руку Руслана.

— Руслан, остаешься со мной, а Карина с Настей домой поедут. Карин, я на тебя рассчитываю. Думаю, часа полтора — и мы всех разгоним. Но у меня есть еще пара вопросов, которые я хотел бы обсудить с одним человеком, и Настя меня убедила, что справится без меня. Если что — звони.

— Конечно, — с легкостью соглашаюсь я.

Встаю с места, хватаю клатч, и мы с мамой, пока никто не обращает внимания, покидаем ресторан.

Как только мама оказывается на свежем воздухе, делает глубокий вдох. Цвет лица улучшается, и она выдавливает улыбку.

— Да уж, ну и ароматы там. Дышать нечем.

К нам подъезжает машина, на которой мы приехали сюда. Быстро доезжаем до дома, быстро переодеваюсь в спортивный костюм, и я, как и обещала, не отхожу от мамы.

— Дочь, да это просто переутомление. Не девочка уже, да и беременность все же сказывается на былой бодрости.

— Ничего не болит?

— Нет, глупышка. Все хорошо.

Ненадолго замолкаем. Каждая думает о своем. Я закусываю губу. В голове роятся мысли касаемо отца. И мама, видимо, разгадывает мои стенания.

— Хочешь спросить насчет отца, да?

— Если это не побеспокоит тебя.

Глава 32

Мама ненадолго опускает глаза на сцепленные руки. Сжимает губы, и я понимаю, что ей неприятно все, что произошло.

— Думаю, после всего произошедшего, ты обязана знать правду.

Показывает, чтобы я села рядом на диван. Беспрекословно исполняю молчаливую просьбу.

— В общем, мы с твоим отцом никогда не были официально женаты. Не перебивай, я расскажу все сама. Мы с ним познакомились, когда были очень молодыми, ну и, как очень часто бывает, я дурная, как влюбленная собачонка, за ним таскалась. Он старше, опытнее, ну и все закрутилось, а потом я узнала, что беременна. Твой отец не торопился узаконить наши отношения, а я слишком верила ему. Он в этом плане прав был, я была ведомая. Глупая девчонка, которая потерялась в первом мужчине.

Мама замолкает. Я же пододвигаюсь поближе и обнимаю маму за талию. Не тороплю, просто молча выражаю поддержку.

— Я родила тебя, но отец явно был не готов ко всему, что происходит после рождения ребенка. Он погрузился в карьеру, я же просто поддерживала и не претендовала на что-то большее. Мне было достаточно, что он со мной."Да что там какой-то штамп в паспорте! Это же так, формальность", — мама грустно усмехается. — Сколько раз я слышала эту фразу. Пока я занималась тобой, отец шел вверх по карьерной лестнице, ну а потом случилось то, что случилось. Другая женщина, другая семья.

На глазах мамы наворачиваются слезы, которые приносят мне физическую боль.

— Это я виновата, что не защитила тебя от таких вот его нападок. Я очень сильно виновата, что ты росла в недостатке. Поэтому я и не отвоевывала у него ничего. Не имела права.

Горький всхлип. Я прижимаю маму к себе и прикрываю глаза.

— Мам, ты ни в чем не виновата. Ты лучшая. Ты пример для подражания. Не опустила руки после того, что случилось, и тащила меня на своих плечах.

— Дурочка, я обожала то время. И все повторила бы заново, если бы мне дали такую возможность. А то, что отец про Владимира сказал…

— Тс-с-с-с-с, я сама все знаю насчет вас, мам. Я же вижу, как вы относитесь друг к другу.

Снова погружаемся в молчание. И я полностью согласна с высказываниями мамы. Я бы тоже пережила все заново. То время было самым-самым. И оно было неповторимым.

— Мам, ты достойна всего этого. И малыша, и Владимира, и даже нас с Русланом.

Усмехаюсь, потому что уж мы-то с Русланом можем доставить больше всего проблем.

— Кстати, — мама прищуривается и смотрит на меня, — а почему вы с Русланом вместе ввалились в коридор, где мы с отцом разговаривали?

Блин! Вот этого вопроса я и не учла. Но тогда мне было не до того, чтобы об этом подумать.

— Эм, — слишком резким движением заправляю прядь за ухо, — мы с ним случайно столкнулись, он по телефону разговаривал, а я из дамской комнаты шла.

Щеки опаляет жаром от вранья, но я не готова сказать истинную причину.

Да и что я тут скажу?

Мы там обжимались, я плавилась в его руках, а потом просто услышали ваш разговор?

Сегодня маме итак достаточно потрясений, чтобы еще одно пережить. Это точно лишнее, да я и не смогу сейчас все рассказать. Потому что, по сути, рассказывать нечего.

— Правда? — мама впивается в меня подозрительным взглядом.

— Конечно, смысл мне врать? Он меня раздражает своим высокомерием.

— Поня-а-а-а-а-атно.

— Ты, может, приляжешь?

Пытаюсь избежать дальнейших расспросов. Слышу гул мотора и бросаю взгляд в окно. Еле сдерживаю облегченный выдох, замечая машину Руслана.

Хотя…

Тело тут же снова сковывает напряжением от мысли, что Руслан не закончил разговор.

Они выходят с Владимиром, что-то бурно обсуждая. Хлопает входная дверь, и мы с мамой вздрагиваем.

— Мы завтра придем на игру.

— Смотри, я и без вас справлюсь.

— Да кто б сомневался, но я хочу прийти как в старые добрые времена.

Слышу громкий резкий смешок.

— Раньше ты был не такой занятой. Занимайся уж молодой женой.

— Руслан, — одергивает его Владимир.

И они как раз появляются в поле нашего зрения.

Руслан поднимает руки вверх и ослепительно улыбается. Замечает нас, и его лицо тут же меняется.

Окидывает меня колючим взглядом, от которого тут же по коже ползут мурашки. Усмехается. Он точно замечает, как на меня действует! А я? А я не могу ничего с собой поделать.