Здрасьте, я ваш папа (СИ) - Филимонова Лина

Я по сравнению с ним - деревянный буратино. Неловкий, неумелый и зажатый. 

Мы с Дашей знакомы уже больше месяца. А я до сих пор напрягаюсь при каждой встрече. 

Для меня это всегда непростое испытание… 

И это заметно. 

И Юлька это видит, и Даша чувствует. 

Может, поэтому у нас ничего не получается? 

Когда мы, наконец, прощаемся с бывшим Юли и его племянницей, Даша вдруг заявляет: 

- Василина пригласила меня на свой день рождения.

- В следующую пятницу, - добавляет Костик. - Праздник будет в кафе неподалеку. Я могу забрать Дашу. А потом привезу обратно. 

- Да! - прыгает принцесса. - Можно Костя меня заберет? 

- Нет, - отвечает Юлька. 

Правильно. Нафиг такие праздники! 

- Я сама ее приведу, - говорит она. 

Что? 

- Тетя Юля, я тебя тоже приглашаю, - произносит Василина. 

А я? А меня никто не хочет пригласить? 

57

Юлианна

И откуда только он вылез?! 

Надо же было зайти в торговый центр именно в тот момент, когда Костя был там… Да еще и с Василиной. 

Тем труднее было их послать. 

Девчонки так радостно бросились друг к другу… А я растерялась. Не сказала сразу твердое “нет”. Хотя надо было. 

Вроде бы, ничего такого. Встретила бывшего. Позволила дочке поиграть с его племянницей, с которой они были хорошими подругами. 

Мы же цивилизованные люди. И расстались без особых скандалов. 

Это было сложно для меня. Очень сложно… Но у меня хватило гордости просто отпустить его, не устраивая унизительных разборок.

Помнится, он тогда около месяца ходил недовольный, а потом сообщил, что больше так не может. Оказывается, я слишком жесткая. Подавляю его, пытаюсь доминировать. Оказывается, во мне нет женской гибкости, уступчивости и нежности. Мол, я пацанка, а ему это не подходит. 

У меня есть очень сильное подозрение, что дело было не во мне. Там явно появилась другая… женственная и гибкая.  

Да и скатертью дорога! Я взрослая и сильная. Я пережила и пошла дальше. 

Но Даша… Я не ожидала, что она будет так долго помнить Костю и так сильно скучать по нему. Да еще и думать, что она что-то сделала не так, раз он исчез... 

Как я ненавидела его за то, что он причинил боль моему ребенку! И как ругала себя - ведь это я позволила ему, пусть и ненадолго, стать частью нашей семьи…

И вот теперь, когда прошло больше года, он появился. И Даша сразу бросилась к нему на шею. 

Она как будто все забыла. Неужели у нее нет никакой обиды на человека, который, по сути, ее предал? Обещал быть папой, а потом исчез. И даже не поговорил с ней. Не объяснил, что она ни в чем не виновата - это взрослые дела. Я, конечно, много раз ей это повторяла...

Зато у меня есть обида на Костю! 

И я сейчас очень жалею, что сегодня пошла на поводу у дочки и не прекратила все это в самом начале.

Я просто растерялась... 

А Даша в последнее время совсем от рук отбилась. Папа говорит, что это кризис пяти лет. И адаптация к новым условиям - в моей жизни появился мужчина. Вот она и бунтует. 

Я все это понимаю. Но, наверное, я что-то делаю не так… Мне все чаще кажется, что я плохая мать. И я не знаю, как быть хорошей! 

Я сама росла без мамы. Воспитание отца было довольно строгим, без лишних сантиментов. 

Он лучший папа на свете! Я обожаю его. Но он не мама. И мне в детстве очень не хватало какой-то женской мягкости, нежности. Поэтому с дочкой я всегда старалась не слишком жестить. 

И, возможно, перестаралась. Особенно сейчас. Когда появился Андрей, и я мучаюсь от неизвестности. И от чувства вины перед ней. 

Я хочу  быть с Андреем! Очень хочу. Он лучший из мужчин. Но я до сих пор точно не знаю, чего хочет он… Он не говорил, что готов стать отцом моей дочери. Поэтому и я не могу сказать этого Даше. И не могу обещать ей, что он не исчезнет из нашей жизни так же, как Костя.  

Может, стоит задать Андрею прямой вопрос? 

Я не уверена, что это правильно. Что это не будет жестким давлением, в котором меня обвинял Костя. 

Андрей должен сам до всего дозреть. И сам об этом сказать. Но с учетом того, как в последнее время себя ведет Даша… не уверена, что это когда-нибудь случится. 

Я заскочила в аптеку - срочно нужны прокладки и ношпа. 

Ко всем прочим неприятностям, у меня еще и живот дико болит весь вечер. А спасительные таблетки закончились. 

Я думала, что управлюсь за минутку. Передо мной было всего три человека. Но каждый из них  заказывает кучу лекарств и задает кучу вопросов. Так что приходится жать. И нервничать. И наблюдать через окно, как Даша с Андреем выбрались из машины и гуляют на детской площадке напротив. 

И в сотый раз прокручивать в голове сегодняшний вечер...

Костя… Чтоб он провалился! 

Надо было сразу уйти. И увести Дашу. Да, она бы устроила скандал. Разревелась бы, что ей не дали поиграть с Василиной. 

Это было бы неприятно. Но теперь будет еще хуже! 

Этот день рождения… моя самая большая ошибка за сегодняшний вечер. Если бы нас пригласил Костя, я бы отказала без колебаний. Но это была Василина. И у меня не хватило духу сказать: “нет”, расстроить обеих девчонок. Только и смогла, что запретить Косте заезжать за Дашей… 

С каких пор я стала такой мягкотелой? Где сегодня была моя жесткость и пацанская грубость? 

Мы не пойдем на этот день рождения.  Конечно, не пойдем! 

Я объясню все дочке. Ей придется понять и принять, что мы с Костей расстались и больше никогда не будем вместе. 

Конечно, Василина, тут ни при чем. Но их дружба не может продолжаться. И это огорчение Даше придется пережить… 

Я выхожу из аптеки. Приближаюсь к детской площадке, где Даша бегала под присмотром Андрея. 

И вдруг вижу, что дочка стоит у качелей и рыдает. 

Андрей суетится вокруг нее, не знает, что делать. А Даша содрогается и всхлипывает так, что у меня просто сердце разрывается. И коленки подкашиваются - от страха. 

Я подбегаю к дочке. Присаживаюсь перед ней. 

- Что случилось? Тебе больно? Упала? Ударилась? 

Даша ничего не может ответить - слезы мешают. Она лишь отрицательно мотает головой. 

Я вижу, что она, вроде, цела - ни крови, ни ссадин. И поворачиваюсь к Андрею, который сидит на корточках рядом со мной. 

- Что случилось?

- Я не знаю… Мы просто разговаривали. 

- О чем? 

- О Костике, - он виновато опускает голову. 

- А конкретнее? 

- О том, почему вы расстались… 

Блин. Взрослый же человек. Неужели не понимает, что не надо втягивать в это ребенка?

Не понимает! Потому что его захлестнула ревность. Я это видела. И чувствовала себя виноватой. А он...

Я несу Дашу на руках к машине. Она потихоньку перестает всхлипывать. 

- Все нормально? - спрашиваю я. 

Дочка молча кивает. 

- Сейчас поедем домой, выпьем чаю с вафельным тортиком. Искупаем Лайлу в новой ванночке. Думаю, ей понравится.  

- Ага, - кивает дочка. 

Но не улыбается. 

Обычно она быстро отходит от слез. Ее легко увлечь чем-нибудь приятным. Но сейчас в ее глазах застыла глубокая печаль…

И это рвет мне сердце. 

Я усаживаю Дашу в детское кресло. Захлопываю дверь. И смотрю на Андрея.

- Ты расспрашивал ее о нашем расставании с Костей! - обвиняюще произношу я. 

- Да, - кивает он. 

- Хотел подробностей? 

Андрей угрюмо молчит. 

- А ты не мог задать эти вопросы мне?

- Ты обычно не отвечаешь...

- А тебе не приходило в голову, что для Даши это травмирующие воспоминания? 

- Я не подумал, - бурчит он. 

Я не выдерживаю и ору на Андрея. 

- Тебя вообще не волнуют ее чувства! 

- А тебя не волнуют мои!  - орет он в ответ.