Женитесь на мне, профессор! (СИ) - Николаева Юлия Николаевна

Хотя что врать, не считаю я Аленку простой охотницей. Она молоденькая ещё, не разобралась в себе. Но упорная, и из-за подмены понятий бьется за то, что ей на самом деле не нужно. Ну ты выдал, Городецкий. Может, ещё скажешь, что ей нужно? Точнее, кто. Тоже мне романтик выискался.

Нужно разобраться с компроматом, а там видно будет. Ничего там уже не будет! Потому что эта ненормальная собралась замуж за Дена!

Ладно, стоп, ни к чему тревожить парня, я вправлю мозги ей. Должна же она понимать, что совершает ошибку? Не удивлюсь, если она и замуж собралась назло мне.

Тут зазвонил телефон. Макс. Мой верный помощник и сборщик информации. Нарыл что-то? Из последнего я велел ему покопаться в прошлом Потапова, чтобы найти завязки с Рубацким или кем-то ещё. Не просто же так он пытался подсунуть Лизу, кто-то его надоумил.

— Привет, Макс, есть что-то интересное? — задал вопрос, сняв трубку.

Макс заговорил и ответ меня прямо-таки обескуражил.

Не могу поверить! Это какой-то абсурд.

Пап, я ушёл, — Денис хлопнул дверью, я продолжал смотреть перед собой.

Люба и Потапов? На кой черт? Я был уверен в ее сознательности. Даже варианты прикидывал, что Рубацкий сам раскопал бумаги. Но если это Люба… Голову оторву.

Зачем ей кого-то ко мне приставлять? Что она хотела выведать?

Я просидел так минут десять, пытаясь склеить концы. Снова хлопнула дверь, я вышел в холл: Люба.

Замер, опершись о стену и скрестив руки на груди.

— Ты уже дома? — кинув на меня взгляд, жена разулась, посмотрев в зеркало, снова повернулась ко мне. — Что-то не так?

Я смотрел на неё и думал, как же так вышло? Да, я никогда не любил ее, женился ради бизнеса, жил из-за компромата. Но она? Ей-то это зачем? Неужели тогда, в юношеские годы, я так растоптал ее чувства, что она до сих пор мстит? Покопался в памяти, пытаясь вспомнить, я хоть раз перед ней извинялся? Откопать ничего похожего не смог. Мда. В юности она была мне не нужна, я бредил деньгами и наукой, а не женитьбой и пеленками. Люба оказывалась в моей постели, потому что была под рукой, я даже встреч с ней никогда не искал. Когда она сообщила, что беременна, чуть не рассмеялся ей в лицо, у меня на жизнь были совсем другие планы. Только достигнуть целей не удавалось, пока через год один из приятелей не шепнул мне, что отец Любы вообще-то очень непростой мужик, и непонятно, почему имея ее и ребенка, я до сих пор не в шоколаде. И я женился. Тоже играючи, не думая о том, что значит этот брак для нее. И расплатился за это более чем.

— Все в порядке, Паш? — вернула меня Люба из мыслей, я перевел на нее взгляд.

— Надо поговорить, — и ушел в кухню. Она появилась через минуту, села на стул, глядя с тревогой. Я не стал ходить вокруг да около. — Мне бы хотелось взглянуть на компромат, — сказал ей.

Она сжала руки так, что побелели пальцы.

— С чего вдруг? — все же задала вопрос.

— Я не прошу все, дай хоть пару бумажек.

— Я ведь показывала тебе копии…

— Ну а может, оригинала у тебя нет? — спросил я вкрадчиво. — Может, ты его потеряла? Или кому-то продала, а, Люба?

У нее задрожали губы, взгляд заметался по кухонному гарнитуру, как будто надеясь найти в нем спасение.

— О, господи, — она прикрыла глаза рукой, уперев ее локтем в стол.

Немного посидев, убрала, глубоко вздохнула и посмотрела на меня.

— Я хотела сказать, правда, просто… Боялась, что все рухнет, я так привыкла к этой жизни…

— Ближе к делу.

— Компромат украли, — рубанула она, испуганно на меня посмотрев.

— Подробности, — вздохнул я.

Она молчала, о чем-то думая, я решил ей помочь.

— Потапова ты ко мне приставила зачем?

Она снова испуганно взглянула, потом обреченно махнула рукой и начала говорить.

— Ты и про него раскопал… Кирилл был в меня влюблен… Он на папу работал и ухаживал за мной, но я кроме тебя никого не видела и не слышала. А он даже замуж звал… Даже когда я, дура, от тебя забеременела, надеясь привязать к себе.

— Он до сих пор твой любовник? — удивленно уставился я на нее.

— Нет. Нет… Первые годы, когда мы поженились, он пропал из моей жизни. Я все надеялась, что мы с тобой… Короче, когда папа умер, я нашла бумаги и очень испугалась, потому что понимала, что заинтересованных кроме тебя может быть много. И если я хочу ими сама воспользоваться, их нужно как следует спрятать. Только я не могла представить, куда. И тогда вспомнила о Кирилле. Компромат пролежал у него десять лет, а потом… Он приехал и предложил его продать. Вроде как за него дадут хорошие деньги, и я смогу жить безбедно, независимо от тебя. Но я испугалась. Как бы ни желала тебе отомстить, это была моя месть, и я никогда не хотела тебе зла… И я забрала компромат. Спрятала у Лиды на даче в подвале, у нее там чуть ли не склад макулатуры, которая уже сто лет не разбирается.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я вздохнул. Лида — Любина подруга, слава богу, хоть посвящать ее в курс дела не стала.

— Пару раз я заезжала к ней на дачу, просто проверить, — продолжала тем временем жена, — но давно уже не была. А тут перед новым годом она купила какой-то стул антикварный и попросила Дениса отвезти, ну и я поехала вроде как за компанию. Документы были на месте. А в конце января дачу обокрали, может, помнишь, я рассказывала?

Я хмуро кивнул.

— Вынесли много вещиц антикварных, и компромат тоже пропал.

— Так почему ты мне не сказала? — я еле сдержался, чтоб не повысить голос.

— Я боялась. Думала, если случайные воры, так они сгребли все, что под руку попалось, и выкинули лишнее. А потом подумала, вдруг это ты нашел его.

— И послала Лизу шпионить? — догадался я.

— Я попросила Кирилла помочь, рассказала ему все, как есть. Он обещал что-нибудь придумать. Нашел эту девчонку, чтобы она у тебя выведала правду. Я сразу говорила, что это не прокатит. Так и вышло, дуреха влюбилась в тебя и в Питер отправилась, чтобы рассказать, что вокруг заговор.

— Это Потапов ее?

— Да, — кивнула Люба, — он, как узнал, сразу отправился следом. Снял номер по поддельному паспорту, а сам стал с персоналом разговаривать. Узнал, что камеры не работают, и решил, что это хороший шанс от девчонки избавиться. Лиза из номера-то не выходила, только один раз спустилась в ресторан, вот он к ней и проник, дождался, когда она появится и ударил по голове.

Люба судорожно выдохнула, было видно, не особенно ей это все по душе. Взрослая ведь женщина, а связалась с преступником… Чем только думала? То, что он ей в любви признавался двадцать лет назад, вовсе не значит, что не убил бы сейчас. Я вздохнул, устало потерев виски.

— А в номер ко мне перенес зачем? — поинтересовался у Любы. Она стыдливо спрятала глаза.

— Кирилл к тебе не питает добрых чувств, Паш. Он просто воспользовался случаем, чтобы отомстить, так он сказал.

Ну конечно, устроили тут страсти и расплату за них, тоже мне, герои мексиканского сериала.

— Вам крупно повезло, что Лиза осталась жива, — сказал ей, — иначе бы твой Потапов сел на много лет. Передай ему, тронет девчонку, я с него шкуру спущу. Ты же знаешь, где он?

Она торопливо кивнула.

— Он уехал. Далеко. Пересидеть, пока все не уляжется. А Лиза… Она ведь его не выдала?

— Нет. Только потому, что я ее попросил об этом.

Люба кивнула.

— И что теперь будет? — спросила меня.

Я вздохнул. Что будет. Хороший вопрос. Бумаг по-прежнему нет. И тот, у кого компромат, отлично понимает, что оказалось в его руках. Потому что слил часть бумаг Рубацкому. И этот гад теперь не успокоится, пока не получит все. Моя задача найти их первым.

Я посмотрел на Любу. Она ждала ответа. А он вдруг показался мне таким простым и очевидным.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Мы разводимся.

Она сразу не поверила. Смотрела, как бы говоря взглядом: не может быть. Но потом дошло. Кивнула молча, отвела глаза.

А у меня как камень с души упал. Столько лет тянул это ярмо, а теперь все. Что же никто этот компромат раньше не украл-то?

И тут же стало ясно, что делать.