Дженнифер Крузи - Сумасшедший уик-энд

— Тихонько, — выдохнул он. — Тихонько, любовь моя.

Он подхватил ее и перекатился на спину, и Денни почувствовала, как погружается в него все глубже, все сильнее. Кровь превратилась в жидкий огонь и, растекаясь по венам, воспламеняла в ней каждый нерв, и внутри ее все сжималось, и свет снаружи померк, а он все качал ее на волнах, и вот уже его ритм и ее пульс слились, и Денни уже не знала, где она, а где Алек. Ее силы иссякли, и Денни, извиваясь и цепляясь за него, уже молила о пощаде, но его руки безжалостно сжимали ее бедра, и он не прекращал своего головокружительного ритма. И лавина восторга обрушилась на нее, весь этот жар, и напор, и мощь, и Денни закричала.

Алек перекатил ее на спину, поднялся над ней на руках и… дрожь освобождения прокатилась по ее телу, снова и снова, и вся она выплеснулась в него. Триумф и слезы. Полет и падение. Последний толчок и взрыв Алека остановили ее падение, волна его дрожи передалась ей, и когда он уже рухнул на постель рядом с ней, мир без него показался ей пустым.

Он поцеловал ее очень нежно, и этот поцелуй длился целую вечность, и никто из них не хотел его прерывать. А потом его губы заскользили по ее лицу, обласкали веки, щеки, пока снова не нашли ее рот.

— Я знал, что у нас все так и будет, — прошептал он, и Денни шепнула ему в ответ:

— Я тоже. Я тоже это знала.

Полчаса спустя, когда у них обоих уже слипались глаза от усталости и умиротворенного покоя, Алек выпустил ее из объятий. Он и не представлял себе, что можно с такой неохотой покидать женщину в постели.

— Мне нужно идти, — сказал он и начал одеваться.

— А что ты скажешь Бонду? — сонно спросила она. — Почему ты опоздал?

— Правду. — Алек, застегивая пуговицы на рубашке, ухмыльнулся.

Денни завернулась в простыню, волосы у нее спутались, упали на лицо, и вся она выглядела такой теплой, довольной и… принадлежала ему. Желание вспыхнуло в нем снова, и Алеку пришлось оборвать себя. Позже.

— Я скажу, что ты была так благодарна мне за дом, что набросилась и взяла меня силой прежде, чем я сумел выскочить из комнаты.

— Это неправда. — Денни зарылась в подушку и, потянувшись, зевнула. — Это ты на меня напал.

«Позже, черт побери!» — приказал своему телу Алек, а вслух сказал:

— Ну, почти правда. — Он с минуту стоял над Денни, мечтая о том, как все это будет позже. — Надеюсь, ты не сделаешь какой-нибудь глупости? Ну, например, — не исчезнешь из этой постели?

— Ни за что. — Денни опять зевнула. — Если я буду спать, когда ты придешь, разбуди меня, ладно? — Она перекатилась на бок и подоткнула кулак под подушку. Простыня, которой она накрылась, послушно повторила все изгибы ее тела.

— Можешь не сомневаться, — пообещал Алек и отправился готовить конец Бонда.

Он вернулся через полчаса. Денни сквозь сон слышала, как Алек раздевался, а потом он скользнул под простыню и прижался к ней сзади.

— Ты быстро, — пробормотала Денни, тая в его тепле.

— Он сказал — завтра, — шепнул ей на ухо Алек. Его горячее дыхание заставило ее вздрогнуть. — Бонд хочет, чтобы ты была рядом, когда он подпишет бумаги. Ты перестаралась, артистка. Теперь он считает, ты будешь ему так благодарна, что тут же отправишься с ним в постель.

Денни чуть повернулась и прислонилась плечом к груди Алека.

— Он что, сам так сказал?

— Нет, он просто сказал, что для тебя эта сделка очень много значит и поэтому ты должна, видеть, как он будет подписывать документы. — Алек поцеловал ее плечо. — Ты заставила-таки его пообещать нам дом. Что и говорить, умница. Не могу не признать.

Денни прижалась к нему, наслаждаясь близостью его тела, сильного, нежного, желанного.

— А умницам положена награда?

— С этой минуты так все и пойдет, верно? — печально произнес Алек, а его ладонь тем временем скользила по ее телу. — Ты все время будешь чего-нибудь от меня требовать. Я только и буду слышать от тебя: «Что я буду с этого иметь?» Моя жизнь превратится в сущий ад.

— Я вовсе не это имела в виду. — Денни перекатилась на него. — И тебе это прекрасно известно. По крайней мере, я думала, что…

Но тут Алек закрыл ей рот поцелуем, и Бонд был забыт до конца ночи.

На следующее утро им пришлось о нем вспомнить.

В восемь часов Денни выскользнула из номера Алека. На ней было красное платье, которое Алеку не забыть до самой смерти, а в руке — пурпурное белье, которое ему уж точно не забыть никогда.

— Встреча с Бондом в десять, — крикнул он ей вслед, и Денни, помахав ему пурпурными кружевами, закрыла за собой дверь.

После ее ухода в комнате стало как-то пусто и холодно. Что он собирался сделать? Уговорить ее бросить преступную жизнь, уговорить ее перебраться в Чикаго… и уговорить ее разделить с ним постель. Теперь осталось только одно. Что ж, неплохо.

Алек встал и в великолепном расположении духа отправился в душ.

Два с половиной часа спустя он был далеко не столь весел.

— Уверен, что они появятся с минуты на минуту, — сказал он Бонду.

Бонд нервничал, тискал в руках документы, словно боялся, что Алек вырвет их у него силой… и, видит Бог, Алеку этого страшно хотелось. В ожидании остальных Бонд показал ему новые пункты сделки. Все необходимое для его поимки было на месте. Как. только бумаги будут подписаны, Алек тут же арестует Бонда-и сможет наконец заняться тем, что его сейчас занимало больше всего. Начнет уговаривать Денни перебраться в Чикаго.

Но для этого Денни сначала должна появиться за столом, черт бы ее побрал! Да и Дональду с Викторией неплохо было бы оказать ему такую любезность. Гарри тоже девался черт знает куда, что было, мягко говоря, странно. Но Алек сейчас не стал бы привередничать и удовлетворился хотя бы одной Денни. Как только Денни придет, Бонд подпишет все, что угодно. — Мы только под утро заснули, — объяснил он Бонду. — Ты даже не представляешь, как она радуется этому дому. А она такая благодарная, эта малышка.

Бонд оживился, даже слегка ослабил свою хватку на документах. Алек вспомнил, какой с ним была Денни прошлой ночью. Не сказать, чтобы благодарной. Но потрясающей — это точно. Должно быть, эта мысль отразилась у него на лице, потому что Бонд наклонился к нему с еще большим интересом.

— Наверное, все еще спит. — Алек поднялся из-за стола. — Пойду позвоню. Не уходи. Она все твердила, что хочет поблагодарить тебя лично.

— Я буду здесь, — кивнул ему Бонд. — Передай, что я ее жду.

«Не дождешься!» — мысленно отозвался Алек и пошел узнавать, что могло случиться с Денни.

А Денни столкнулась с проблемами.

Она вылетела из лифта в холл минут в пять одиннадцатого и, понимая, что опаздывает, поспешила к бару. Она приняла душ и переоделась в лиловое трикотажное платье с пуговками на груди, верхние из которых можно было оставить расстегнутыми… что было весьма кстати, поскольку Бонд обожал заглядывать в вырез, а им как раз и требовалось его отвлечь. Денни слегка поэкспериментировала перед зеркалом. С тремя расстегнутыми пуговицами она выглядела распутной; с двумя — всего лишь распущенной. Подумав, она все же остановилась на трех — и тут поняла, что опаздывает.