Натали Рамон - Мой маленький каприз

В следующий миг вся страна разразилась хохотом: террористы кинулись к золоту и, отпихивая друг друга и ругаясь, стали набивать карманы. Кому-то уже заехали в рожу, еще двое покатились по земле, вырывая друг у друга слиток. Двое других лупили друг друга слитками, кто-то расстегнул штаны и складывал сокровища туда.

Затем страна увидела, как полиция и военные расступились, и террористы, прижимая к себе драгоценную добычу, с тоской оглядываясь на то, что не смогли забрать, и переругиваясь, побрели к автобусу, которому предстояло доставить их в аэропорт. На этом прямая трансляция закончилась. Из вечерних новостей страна узнает, что самолет с озолотившимися террористами до сих пор стоит в аэропорту, потому что пока не нашлось государство, готовое предоставить этим нелюдям политическое убежище.

Гамид был доволен: не успело еще закончиться его шоу, как на других захваченных объектах стали выдвигаться аналогичные требования. Все пошло как по маслу. По той же схеме, но без участия его и телевидения: золото рассыпали на ковре перед захваченным объектом. И когда бывшие смертники с дракой начинали его делить, их просто спокойно арестовывали за драку в общественных местах. Саперы активно приступали к своим занятиям, а золото перевозилось к следующему объекту.

Но все это было еще впереди, а тогда, глядя на спины отпущенных с золотом преступников, Гамид еще и сам не был уверен в правильности своих эксцентричных действий. Далеко не в восторге от его театрального плана был и Нурали, сумевший добиться лишь единственного: заменить заложников собой, тогда как Гамид на себя примеривал эту роль.

Часть телевизионщиков отправилась в аэропорт вслед за автобусом, другие же вместе с эмиром вошли во дворец наместника. Там было уже много полиции и военных. И еще он увидел необыкновенное количество трупов!

— Это не заложники, — сказал Нурали. — Они просто перестреляли друг друга.

— Я примерно так и предполагал. Вот что делает с людьми блеск золота! Особенно бриллиантов!

Нурали поморщился, показывая глазами на репортеров. Гамид адресовал им самую лучшую улыбку и пошел за Нурали.

— Куда ты меня ведешь? Уже что-то удалось выяснить?

— Удалось. — Нурали закряхтел.

— Ну и? Не все, кто слишком много знали, расстреляны?

— Мальчишка-смертник. Прятался среди трупов. Хочет говорить только с тобой. Никому не верит. Был готов вместе с братьями умереть за… — Нурали вдруг покачнулся, закатил глаза и стал оседать.

— Врача! — закричал Гамид, подхватывая его за плечи. — Скорее врача!

Медики появились через минуту и на носилках понесли Нурали. Подрагивающие веки закрытых глаз и кислородная маска в обрамлении черной бороды.

Мальчишка рассказал, что его старший брат был командиром отряда. И что сначала все было здорово: они захватили целый дворец, перебили всех охранников и заняли их место, и никто даже этого не заметил! Потом подождали, пока в большом зале наберется побольше важных господ, и всех легко захватили в заложники! Потом заложников разделили на нужных и ненужных, заперли отдельно. И туг вдруг ненужные сразу оказались самыми главными начальниками и стали командовать, а про нужных никто не вспоминал.

Совершенно случайно мальчишка оказался свидетелем того, как «начальники» смотрели по телевизору обращение эмира и говорили о том, что их точно предали, если уж этот так осмелел, а когда в руках этого появились бриллианты, сомнений у них не осталось, потому что иначе чем предательством объяснить этот факт было почему-то невозможно.

Мальчишка побежал сообщить брату, что их предали, но опоздал, заблудившись в коридорах дворца, — весь отряд его брата был расстрелян. Но он точно знал, что его брат не мог быть изменником, и побежал к начальникам, чтобы им об этом рассказать, но те уже опять были заложниками, и всем верховодил командир второго отряда, который любил деньги и золото. Тогда мальчишка понял, кто на самом деле настоящий предатель, и спрятался, чтобы подыскать момент и его убить, отомстить за брата. Но когда люди из второго отряда, вместо того чтобы прикончить пятерых заложников, выбросили из окон пять трупов людей из его отряда, в том числе и тело его брата, он вообще перестал что-либо понимать, а просто спрятался, потому что должен был обязательно выжить и отомстить за брата.

— Почему же ты решил довериться мне? — спросил Гамид. — Ты ведь считал меня своим врагом.

— Ну и что? Вы же знаете, что мой брат не предатель, и можете это подтвердить.

— Значит, я больше тебе не враг?

Паренек молчал и кусал губы.

— Но ты же должен понимать, что твои друзья станут считать тебя предателем, раз ты все рассказал мне.

— Они убили моего брата! — В глазах парня стояли слезы…

Гамид вызвал вертолет и полетел в Альмиру.

— А где пери? Почему ты без Нурали?

— Нурали заболел.

— Сильно?

— Очень сильно. Он в больнице.

— Но почему ты не привез пери? Нурали сказал, что ты поехал ее встречать. Она бы его сразу вылечила!

— Думаешь, пери умеет лечить?

— Она все умеет! Она же пери! — Шахерезада вздохнула. — Значит, ты ее не встретил? Кто же теперь меня спасет?

— А я совсем для этого не гожусь?

— Ты-ы?.. — Девочка смешно наморщила носик и хихикнула. — Нет. Ты не умеешь так спасать. Только пери умеет.

— Как?

— Ну так! — Она всплеснула ручками. — Раз — и спасла!

— Что-то я не понял.

— Ой, какой же ты бестолковый! — Она закусила губку и задумалась. — Вот Нурали заболел. Его будут лечить — давать таблетки, делать уколы. А пери не нужно никаких таблеток. Она просто приходит, и — раз! — Нурали опять здоровый. Понял теперь?..

Вертолет доставил его во дворец. Обзор мировой прессы, подготовленный аппаратчиками, о событиях в его стране шокировал разнообразием. Сводки по ситуации в Низе становились все оптимистичнее. Поступали звонки по прямым линиям и телеграммы от глав государств. Дедушка Шахерезады, король Зирии, прислал самолет с продуктами, палатками и походными кроватями для лишившихся крова, и аэропорт запрашивал разрешения на его посадку, а также самолета Всемирной ассоциации медиков. Все посольства просили аудиенции и предлагали помощь своих стран. Пресса осаждала дворец и официальные учреждения.

Наконец сообщили, что Нурали очнулся. Гамид полетел к нему. Нурали спал после операции. Гамид сидел рядом и не мог вспомнить, когда в последний раз он видел Нурали спящим. Врач сказал, что все гораздо лучше, чем могло бы быть, или гораздо хуже — как посмотреть. И долго сыпал медицинскими терминами, подводя к тому, что вскрытие брюшной полости пациента позволило вовремя обнаружить злокачественную опухоль, но учитывая общее нестабильное состояние его организма…