Елена Веснина - Уроки жизни

Следователь мотнул головой:

— Нет, пока. Но знаете, все ваши предположения оказались верны. И почему я вас не послушал? Вот что! Идите ко мне работать! Будете моей помощницей!

— Я бы с удовольствием. Да только что ваша супруга на это скажет? — осторожно поинтересовалась Анфиса.

Следователь громко заявил:

— Ничего не скажет. Супруги у меня нет. Я холост и свободен!

Анфиса задумчиво смотрела на него:

— Это поправимо.

— Думаете? — изумился следователь. Анфиса твердо кивнула:

— Уверена. Вы, главное, доверьтесь мне.

— С удовольствием! Но я, кажется, засиделся. Саныч, Зинаида, спасибо огромное, чисто человеческое, — следователь с трудом приподнялся.

Зинаида всплеснула руками:

— Нет, не дойдет!

— Ничего страшного, я провожу, — Анфиса подхватила следователя и повела его к выходу. — Тут ступеньки крутые, Гриша! Осторожнее, не упади.

— Анфиса, падений я не боюсь! Я следователь. Ну и упаду, что мне будет? Поднимусь и пойду дальше!

У выхода Анфиса обернулась:

— Зина, а насчет целительницы ты все же подумай. С этими словами она вывела следователя, который затянул на ходу «Там, вдали, за рекой…»

Зинаида и Сан Саныч остались одни. Сан Саныч сказал:

— Зина, ты, право, зря переживаешь. Ну, выпили мужчины чуть-чуть, поговорили… Да и с Анфисой Григория уже давно познакомить надо было.

— Я не переживаю, Саныч. Я собираюсь уехать на отдых, — сообщила ему Зинаида. Сан Саныч радостно кивнул:

— Вот и замечательно. Давай я завтра схожу в профсоюз и новые путевки возьму.

— Ну уж нет! Никакого дома отдыха с дискотеками до трех ночи. Я собралась к целительнице. Вот, смотри, — она протянула Сан Санычу журнал, который принесла ей Анфиса.

Сан Саныч поднял брови:

— Час от часу не легче! Зина, неужели ты веришь этим шарлатанам?

— Верю или нет, не в этом дело. Просто мне надо побыть на природе и вдали от дома. Нервы привести в порядок. Сам же говоришь, чего я на вас разозлилась? А еще давление… — перечисляла Зинаида.

Сан Саныч напомнил:

— Со всеми твоими болячками очень хорошо Маша справляется. У нее дар, сама знаешь. Зачем тебе какие-то непонятные целители?

— Саныч, у Маши теперь своя жизнь. Я не хочу быть ей обузой, — грустно возразила Зинаида.

— И мне? Как же я тут без тебя? — воскликнул Сан Саныч.

— Не волнуйся, я Анфису попрошу. Она тебе поможет с хозяйством.

Анфисе сейчас не до нас. У нее, кажется, роман намечается. А хозяйствовать я на флоте научился. Я о другом, — Сан Саныч взял Зинаиду за руку. — Тяжко мне будет тут без тебя одному остаться, да и переживать буду очень сильно. Прошу, возьми меня с собой, раз уж наверняка ехать решила.

Зинаида смотрела на него, как бы решая. Наконец она ответила:

— Ну хорошо. Только, чур, целительнице не мешай.

— Договорились! А когда едем? — обрадованно спросил Сан Саныч.

— Завтра.

— Уже? А Маша знает? — удивился он. Зинаида покачала головой:

— Я ей еще не говорила. Но обязательно позвоню попозже. А сейчас давай собираться.

Костя заканчивал перевязывать рану смотрителя, проверял, хорошо ли держатся бинты:

— Ну вот, вроде бы все в порядке. Даже лучше, чем я думал. Рана уже не гноится и быстро затягивается.

— Спасибо, Костяш! Теперь Марукину не поздоровится, — смотритель сделал несколько движений рукой, проверяя, как она его слушается.

— Но резких движений лучше не делать! А то рана снова откроется.

— А их и не будет, Костяш! Я подкрадусь к нему как кошка. Цап! И тогда мы потолкуем, хорошо ли чужое добро уводить.

— Михал Макарыч, может, я все-таки с тобой пойду? Ну для подстраховки, на всякий пожарный, — заглянул ему в глаза Костя.

— Нет! Мне так спокойнее будет. Марукин все же опасный человек и недооценивать его нельзя. Боюсь я, как бы ты не подставился. Иди домой, как уговорились. А завтра поутру здесь встретимся. У тебя к тому же и алиби будет.

— Алиби? Зачем? — испугался Костя.

— На тот случай, если не сдержусь и сильнее, чем нужно, его тюкну. Уж очень сильное искушение испытываю, — смотритель грозно глядел мимо Кости.

— И за что мне такое наказание? — громко разглагольствовал Самойлов, глядя на Лешу. — Два сына как два сапога — пара: лишь бы продать что-нибудь или заложить.

— Пап, я к тебе в партнеры не навязывался, — тоже повысил голос Леша. — Ты мне сам предложил. Не нравятся мои предложения — увольняй!

— Алешка, прекрати эти разговоры об увольнении раз и навсегда! — потребовал отец.

Леша выдвинул встречное требование:

— Сначала объясни мне, почему ты собираешься увольнять профессионалов, а меня, не имеющего ни опыта, ни заслуг, оставить.

Самойлов даже всплеснул руками, так его расстраивала непонятливость сына:

— Ну вот, снова здорово! Да потому что они — наемные работники, а ты мой партнер, правая рука!

— Судя по документам, это не так, — сухо сообщил Леша.

Самойлову пришлось уточнить:

— Для того чтобы стать совладельцем фирмы," с правом подписи, надо много работать и научиться принимать правильные решения.

— Правильные? То есть те, которые устраивают тебя?

— Да, если хочешь, — тон Самойлова стал жестким, — потому что у меня есть большой опыт в этом бизнесе. А то в один прекрасный день я увижу, что ты заложил все имущество и раздал деньги тем, кто вечно притворяются бедными.

Выходит, что я должен смириться с тем, что лишаюсь права голоса и партнером являюсь только номинально, — констатировал сын. Самойлов поморщился:

— Не сгущай красок. Просто сейчас ты должен научиться во всем доверять мне. В противном случае ты станешь таким же горе-бизнесменом, как твой непутевый брат Леша смотрел в упор на отца:

— А может, бизнес Кости не удался потому, что ты его слишком сильно опекал? Не давал ему свободы?

— Наоборот, свободы у него было слишком много. И он промотал все те деньги, которые я ему дал. Да еще и долгов наделал. И, я не хочу, чтобы ты повторил его ошибки.

Неожиданно вошел Костя. Заметив, что брат с отцом внезапно замолчали, Костя догадался:

— Кого обсуждаете? Не меня ли?

— А, легок на помине! — сощурился Самойлов. — Ну что, сынок, разобрался с Катей? А ведь она покушалась на здоровье твоего брата. Что ты ей сказал?

— Что ей сказать, это мое личное дело, — отрезал Костя.

Самойлов возразил:

— Нет, это наше семейное, самойловское дело. А я в этой семье все еще глава.

— Скоро у меня будет своя семья, — сообщил Костя, — но уже сейчас я не намерен перед тобой отчитываться.

— Своя семья? Это Буравинская, что ли? — ехидно поинтересовался Самойлов.