Джин Реник - Всегда с тобой

— Как ты собираешься назвать его?

— Бойс Джеймсон.

— Бойс? Что это за имя для малыша? Бойс? А как тебе нравится Джеферсон Бойс? — это было сказано в шутку, но его взгляд не мог до конца скрыть затаенную надежду.

— У тебя уже была возможность, прости, — она опять пошевелилась и ребенок ударил во второй раз. — Ой!

Мэриел подошла к большому креслу, сделанному из сосны, и опустилась на голубые плюшевые подушечки.

— Он наверное будет футболистом, — устало произнесла она. — Но пока мне хотелось бы, чтобы он отложил свои тренировки.

Сотрудники встретили новость о ее беременности со смешанным чувством и радости и благоговейного трепета. Только босс был основательно напуган, пока она не заверила его, что намерена выйти на работу после родов как можно скорее.

Роды. Каждый день в календаре приближал ее к ним. Занятия для будущих матерей хоть и были полезными, но не избавили ее от страха, что она, возможно, не справится. Роза и Ширли по очереди проводили с ней дыхательные упражнения и согласно рекомендациям контролировали растяжку ее мышц.

— Все будет прекрасно, — говорила ей постоянно Ширли. — Посмотри вокруг. По последним подсчетам, женщины рожают уже три миллиона лет.

Да, конечно. Но это совсем другое. В ней пронзительно кричало беспокойство. Ведь это не их ребенок. Это мой ребенок.

Роды. Ее животик рос очень быстро, груди налились и появилась невероятная боль в пояснице. Стягивающий пояс уже не мог поддерживать ее живот. От пупка пролегла еле заметная темная полоска. И удары в животе стали постоянными.

Мэриел предупредила свою хозяйку, что скоро уезжает. Две недели ушли на подготовку к переезду в дом Ширли. Маленькая спальня на втором этаже идеально подходила для детской. Будущая мама решила обклеить ее яркими разноцветными обоями, белого, желтого, зеленого цветов с миленькими коричневыми крольчатами, хотя знала, что в первое время малыш будет различать только черные и белые цвета. Подруги настаивали на том, чтобы покрасить комнату.

Казалось, что Ширли счастлива от того, что в комнате ее сына опять будет жить малыш.

— Жизнь продолжается, — сказала она, смахивая с ресниц слезы и атакуя валиком голубые стены комнаты. — Убирайся отсюда, — скомандовала Ширли. — Запах краски не идет на пользу беременным леди.

Джеф активно помогал Мэриел с переездом в новую квартиру. Обернати, торжественно водруженная в своем аквариуме на ее колени, вместе со своим новым домом переезжала в новый дом Мэриел.

— Я разговаривал со служащим музея, это не очень хорошая новость, — в дверях появился Джеф.

На улице лил по-калифорнийски холодный дождь. В руках экс-муж держал завернутого в пакет странного черно-белого пингвина с огромным оранжевым клювом. Он вручил ей коробку с китайской едой и мокрый зонтик.

— Они только подготовят золото к показу. Альбомы будут продаваться в сувенирных магазинах и распродажа поможет им возместить расходы за то, что вещи будут представлены в музее. Они обеспечивают безопасность, выставочные витрины, идентификацию, реставрацию и все в таком духе.

— Реставрацию, — Мэриел стряхнула с зонта дождевые капли и поставила его сушиться.

— Ну, я не знаю. Я ведь не видел их. Может быть некоторым из них потребуется чистка, полировка. Я думаю, это они сами решат, — Джеф поставил пингвина в центр обеденного стола. — Мне показалось, что он неплохо будет смотреться в нашем зверинце. Как ты думаешь?

Мэриел смотрела на этого монстра с крыльями и злобными глазками и пыталась увидеть его глазами малыша. Если он будет и дальше приносить игрушки, ей придется делать больше полок в детской комнате. Она решила оставить тему обсуждения пингвина:

— Они сказали тебе, сколько на этом можно заработать?

— Твоя доля составит четырнадцать-пятнадцать тысяч долларов. Из этих денег можно будет оплатить затраты, связанные с продажей. А к тому времени мы можем решить, что делать дальше, — Джеф устроился у камина, подложив в него еще одно поленце. Мэриел достала из шкафа тарелки и вернулась в гостиную. В микроволновой печи шипели кусок свинины и цыпленок в сладком соусе. Раньше она обожала сладкий соус. Мэриел положила пингвина на одно из кресел в столовой и он тут же свалился прямо вниз.

— Я поговорила с представителями нескольких музеев здесь, в Лос-Анджелесе, — сказала она Джефу, — Но у них нет такой представительной коллекции, как в Лондоне. Поэтому они не заинтересованы в экспозиции подобных предметов. В одном музее мне намекнули на дарственную передачу золота.

— Конечно, ты подаришь золото на два миллиона, — Джеф, довольный своей шуткой, присоединился к Мэриел в столовой, поправил пингвина и сел за стол, пока она доставала из печки горячие тарелки.

— Это одно решение проблемы, — сказала она задумчиво. — По крайней мере, мне не придется разрушать коллекцию и они смогут платить налоги.

— Мне кажется, тебе следует согласиться выставлять их в Англии, и если все будет окей, прикинуть, что еще можно сделать. В любом случае должен быть еще способ заработать на этом деньги, кроме выставки. Что они из себя представляют?

Мэриел протянула ему письмо от Бернсайда и показала перечень золотых вещей. От изумления Джеф присвистнул.

— Семьдесят два фунта чистого золота, — какое-то время он сидел молча и подсчитывал. — Полмиллиона только за слиток. Очень плохо, если ты не сумеешь воспользоваться этим при уплате налога.

— Мистер Бернсайд сказал, что до того времени, когда мне надо будет платить налоги, я смогу просадить несколько сот тысяч.

— Это никуда не годится, мы что-нибудь придумаем. Я украду их раньше, чем мы заплатим за них, — он продолжил читать список и опять удивленно присвистнул:

— Семь торке. Что такое «торке»?

— Крученое ожерелье в форме подковы. Они очень красивые. Подожди, сам увидишь.

— Три маленьких ножа в золотых ножнах, золотые каури[1], раковины, арахисовые цветы, звезды, разные амулеты. Табачная трубка? Разве они курили табак?

— Влияние европейцев. Португалов или датчан, а может и тех и других.

Джеф дошел до конца списка.

— Тридцать талисманов. Тринадцать отличного качества, один исключительного. Что за эти…

— Согласно авторитетному мнению экспертов музея Человечества, это невинные младенцы, которых верховный вождь держит при себе. Они напоминают ему, что нужно править страной справедливо и с чистым сердцем. Некоторые из них используются как знаки отличия среди придворных короля Ашанти.

— Половина из этих драгоценностей — ювелирные изделия. А что ты думаешь о ювелирных магазинах? Может тебе продавать эскизы, а с них будут делать копии уникальных африканских украшений, — возбуждение Джефа передалось и Мэриел.