Сара О'Брайен - Горячая собственность

— Конечно, Энди, — сказала я, ругая себя за то, что назвала его уменьшительным именем. Но я была польщена тем, что он хотел знать мое мнение. Что все зависело от меня.

Я повесила трубку и улыбнулась Хуану.

— Проблемы? — спросил он, все еще улыбаясь.

— Нет, все хорошо, мне просто нужно пройти в вашу контору, чтобы прояснить кое-что с моими коллегами. О'кей?

— Прояснить? Что-то не так? — И он улыбнулся гораздо более глупой улыбкой, чем я.

— Нет, все в порядке. Она находится около пруда, да?

Я прошла через крошечный садик цокольного этажа по направлению к офису. По дороге я окинула взглядом недвижимость и решила, что у нас не будет проблем с продажей, когда строительство закончится.

В офисе я нашла Эндрю в компании Анны и лысого испанского юриста. Поздоровавшись, я заняла место напротив Эндрю. Он молча передал мне контракт. Я начала читать и уже на середине чтения попросила у Эндрю ручку. Пока я писала на страницах, Анна и юрист вытягивали шеи, чтобы подсмотреть, что я пишу. Но я улыбнулась той замечательно бессмысленной улыбкой, которую мы с Хуаном отработали во время наших бесед.

— Эндрю, нам надо поговорить. Наедине, — сказала я, закончив чтение. И вышла с контрактами в руках.

— В чем дело, Эллен? Проблемы? — спросил он, когда мы шли к пруду. Мы уселись на два складных стула у пруда.

— Они изменили контракты, Эндрю. Посмотри, вот здесь, здесь и здесь. Это новые пункты. Ты не можешь подписать их. Они позволяют подрядчику не выполнять ряд условий. Не делать чертежа местности, не класть плитку, не прокладывать подъездную аллею к центральному входу. Могут возникнуть недоразумения, если эти работы не будут сделаны, и мы будем за это отвечать.

— Так что же, забыть обо всей сделке?

— Вовсе нет. Они пытаются смошенничать. Надо сказать им, что мы хотим вернуть обратно все пункты. И еще хотим, чтобы наш англоговорящий юрист в Малаге прочел окончательный вариант.

— Все?

— Все. За исключением того, что нам придется задержаться до понедельника.

— Останусь я, Эллен. Один из нас должен вернуться в офис. Ты поедешь завтра домой, как и планировалось. Боже, при таких темпах я не вернусь и до вторника. Так мы и сделаем: ты полетишь домой, а я останусь и все утрясу.

— Отлично, — согласилась я и пошла обратно в контору, чтобы сообщить нашим испанским коллегам, что их маленький обман не прошел. Правда, я была разочарована тем, что Эндрю так легко отпускает меня домой.

Мне не хотелось возвращаться в апартаменты. Вместо этого я целый день провела на испепеляющей жаре и уже начала чувствовать ее действие. И когда Эндрю спросил, не хочу ли я повести машину, я отказалась. Уселась на пассажирское место и, откинув голову, позволила прохладному ветерку трепать мои волосы. Потом закрыла глаза и задремала.

Проснулась я внезапно, когда автомобиль резко свернул с шоссе.

— Господь Всемогущий, Эндрю, что ты делаешь, сумасшедший! Останови машину, ты убьешь нас обоих. Стой! — заорала я. А потом все погрузилось во мрак.

— Элл, Эллен, очнись! О Эллен, если с тобой что-нибудь серьезное… Господи, я не смогу тогда жить… Эллен!

— О-ооо! — простонала я. Приоткрыла глаза и увидела прямо перед собой этот несравненный рот. Я подумала, что умерла и попала в рай. Я собиралась поцеловать его, когда он заговорил со мной.

— Элен, Эллен, очнись, — говорил рот.

— Я очнулась, Рот, ты глупец, — пробормотала я.

— Что с твоим ртом? Он болит?

Я полностью открыла глаза. Вокруг нас было полно машин, и я слышала вой сирен, проносившихся по шоссе.

— Эллен, нас подрезал грузовик, и мне пришлось резко свернуть в сторону… Боже мой, Эллен, на твоем лице кровь, — с ужасом проговорил он и наклонился надо мной, чтобы осмотреть мой лоб.

Он был так близко от меня, что я вдыхала запах его тела. Тот же знакомый запах. Я хотела было попросить его заняться со мной сексом прямо здесь, на переднем сиденье машины, но как раз в этот момент прибыла испанская полиция и «скорая помощь». Я слышала, как Эндрю разговаривал с полицией, пока фельдшер осматривал мою голову. Он был очень красив в испанской манере, и я подумала, не захочет ли он переспать со мной. Но у него был очень деловой вид. В глубине души я знала, что желание секса с каждым Томом, Диком и Гарри являлось симптомом сотрясения мозга.

— У вас все хорошо, но вам потребуется рентген. Где вы живете? — спросил фельдшер.

— На Соль Плайа, — ответила я.

— Там есть маленькая больничка. У них там имеется рентгеновское оборудование и очень хороший врач — моя сестра. Ваш муж отвезет вас туда. Сеньор, — обратился он к Эндрю, — сеньоре нужен рентген. Отвезите ее в частную клинику около ваших апартаментов. О'кей?

— Сеньорита, — поправила я.

— Сеньорита, — подтвердил Эндрю.

— Si[6], сеньора, — сказал фельдшер и помахал нам рукой, переходя к следующей машине.

— Мы поедем в эту клинику и сделаем снимок, — сказал Эндрю тоном, не терпящим возражений. — Дай-ка мне взглянуть на твой лоб.

Он осторожно взял мое лицо обеими руками и осмотрел лоб. Потом погладил мою щеку и наклонился ближе ко мне.

— Ты будешь жить, — прошептал он мне на ухо и прижал к себе.

Я тоже обняла его, и он слегка коснулся губами моей макушки. Он думал, что я не замечу. Но я заметила, и про себя улыбнулась.

Больница была крошечной, но полупустой. И очень эффективной. Через полчаса мне сделали рентген и наложили на порез на лбу четыре маленьких шва. Врач сказала, что все хорошо, мне нужно немного отдохнуть, но беспокоиться не о чем.

Когда мы вернулись в апартаменты, Эндрю уложил меня на диване, устроив мне гнездышко из подушек и пухового одеяла. Я сняла одежду, поскольку заметила, что она испачкана запекшейся кровью. Пока я раздевалась, Эндрю варил кофе.

— Сиди здесь и не двигайся до конца вечера. Ты слышала, что сказал врач? Сиди, Эллен! — приказал он, когда я вышла на кухню в белом махровом халате.

Я свернулась калачиком на диване и позволила Эндрю суетиться возле меня. Мне было хорошо, и шок от удара только сейчас начал немного проявляться. Моя голова немного побаливала, и я потерла виски, чтобы уменьшить боль.

— Они дали мне таблетки от головной боли. Прими, пока голова не разболелась как следует, — сказал он и пошел за таблетками и водой.

— Спасибо, Эндрю.

— Вот я кладу возле тебя телевизионный пульт.

Он сел возле меня, положил мои ноги к себе на колени и принялся гладить их. Это была опасная территория, но я закрыла глаза и стала получать удовольствие. Конечно, скоро я уснула.

Проснулась я неожиданно. В комнате было так темно, что я поняла, что проспала по крайней мере часа два. На столе возле софы лежала записка: