Лиза Хендрикс - Суматоха

Мейсон расстегивал молнию по миллиметрам, наслаждаясь каждой секундой. У нее красивая спина, мускулистая от плавания и физической работы, но с неповторимым женским изгибом, последние восемь дюймов которого заставили кровь толчками биться в паху.

Задержав дыхание, он спустился ниже, платье не мешало руке проникнуть внутрь, скользнуть до самого низа и нащупать вход. Там было горячо, влажно, от Рейн исходил запах чего-то неповторимо женского, он глубоко вздохнул и окончательно погиб.

Вырвавшийся у него животный стон вызвал не менее безумный ответ Рейн. Она развернулась, притянула к себе его голову, осыпая поцелуями и впиваясь ногтями ему в плечи. Мейсону пришлось сжать ее запястья, ибо она схватилась за его брючный ремень.

Каким-то образом до спальни они дошли прежде, чем растеряли всю свою одежду. Мейсон оказался сверху, всей тяжестью придавил ее к кровати, губами и руками заставляя поверить, что его кровать именно то место, где она и должна быть, несмотря на возражения здравого смысла. Она любила его, она хотела его – это была единственная мысль, которую Рейн могла удержать в голове, потому что ощущала запах его тела, наслаждалась его голосом, бормочущим что-то несусветное от дикого желания.

Мейсон все-таки сумел вспомнить, что ему нужен презерватив. Вскочив, он начал рыться в ящике и едва не свихнулся or нетерпения, а Рейн усугубляла положение, ее руки требовали поспешить. Наконец он надел резинку и вернулся в ее объятия. Еще брезжила слабая мысль, что не следует торопиться, надо доставить удовольствие игрой, но она скользнула, исчезла под давлением желания.

У Рейн вырвался крик боли и удовольствия. Девственница, мелькнуло в голове Мейсона, однако прежде, чем он мог осознать это, она ударила его пятками по бедрам, заставив войти еще глубже.

Оргазм потряс ее внезапно, без какого-либо предупреждения. Секунду назад она пыталась свести с ума Мейсона, а в следующую уже сама пала его жертвой. Весь мир для нее сосредоточился на волне, накрывшей ее с головой, она различала только его восхищенный хриплый возглас. Когда дрожь прошла, Рейн ощутила в Мейсоне перемену, ритм стал бешеным, тело напряглось, по нему прокатилась судорога, и он упал, выкрикнув ее имя.

– О, дорогая моя. Дорогая моя, прекрасная Рейн.

Он целовал ей щеки, глаза, шею, потом, не выпуская из объятий, лег рядом. Поцелуи и нежные слова медленно усыпляли ее, пока Рейн в конце концов не закрыла глаза, успев подумать, как она любит этого человека, и какую непростительную ошибку только что совершила.

Плотники стучат с надоедливым упорством, думала Тиш, стараясь проснуться. Открыв наконец глаза, она вспомнила, что никакого ремонта в доме нет, и, значит, кто-то стучит в ее дверь.

– Кто там?

– Лоренс, мадам. Звонят мистеру Александру, но я не могу будить его и подумал, что, возможно, это сделаете вы.

Тиш еще не совсем пришла в себя, поэтому на мгновение задумалась. Ах да, он имеет в виду Мейсона.

– Одну минуту.

Халат, как всегда, лежал на стуле возле туалетного столика. Она быстро оделась, провела щеткой по волосам и открыла дверь.

– Доброе утро, Лоренс. Почему ты не можешь разбудить Мейсона?

– Я пытался несколько раз. Никакого ответа. Звонит миссис Латроп, по поводу Саманты.

– Спасибо, я займусь этим сама. А который час?

– Четверть седьмого, мадам.

Тиш направилась к телефону в холле, поскольку отказывалась держать эту утомительную вещь в спальне, в чем убедила и мужа. Но у Мейсона аппарат в комнате, он установил его, когда вернулся, да еще провел одну линию на компьютер.

– Здравствуй, Элизабет, – сказала она, беря трубку. – Саманта в порядке?

– О, Тиш. Привет. Я ожидала услышать голос Мейсона. Думала, никогда не дождусь.

– Кажется, он вышел. Наверное, в бассейне. А что ты хочешь сказать про Саманту? Как она?

– С ней все прекрасно, скоро убедишься сама.

– Ты о чем?

– Выяснилось, что мне надо срочно ехать на аукцион в Милан. Пробуду там пару недель. Я решила позвонить Мейсону, чтобы он забрал ее раньше срока, и посадила ее сегодня утром в самолет.

– Но сейчас такая рань. – Тиш посмотрела на небо за окном. Только-только светало. – Ты отправила ребенка, не поговорив ни с кем из нас? А если бы никого не было дома?

– Я лишь вчера вечером узнала. К тому же вы далеко не уезжаете в это время. Лоренс. Пол или кто-нибудь еще встретил бы ее и подержал до вашего возвращения. Тиш, меня ждет куратор, я должна бежать. Записывай. – Она продиктовала номер рейса и время прибытия.

– Но, Элизабет, ведь остался час до ее прилета!

– Знаю. Прости. Мне необходимо получить кое-какие документы по дороге из аэропорта, я не хотела будить вас еще раньше. Все нормально. Я пришлю факс моего отеля и номер рейса, Сэм знает мой адрес электронной почты.

На линии повисла тишина.

– Проклятая стерва, – выругалась Тиш, кладя трубку.

Бедную девочку отправили, как ненужного котенка. Элизабет не просто дрянь. Она так же обращалась с Мейсоном, заводила любовников и развелась, когда он стал помехой для ее бизнеса. И если уж речь зашла о Мейсоне, то где он?

– Лоренс!

Тот появился моментально, и Тиш поняла, что он наверняка слушал ее разговор с Элизабет.

– Да, мадам.

– Проверь, нет ли Мейсона в бассейне или на корте. Потом распорядись, чтобы приготовили комнату для Саманты. В этом году она приедет раньше обычного.

– Я сам займусь этим. – Лоренс казался довольным. Тиш знала, что и сама обрадуется, когда уляжется злость па Элизабет и найдется Мейсон.

– Что тут происходит? – спросила заспанная Миранда. Тиш кратко передала ей разговор с Элизабет, и дочь тут же направилась к комнате для гостей.

– Его там нет, я позаботилась, чтобы они спали отдельно.

– Сейчас посмотрим. – Миранда дважды постучала, затем толкнула дверь. – Я войду.

Комната и ванная были пусты, ночная рубашка мисс Хобарт валялась на полу,

– Во всяком случае, по кровати видно, что в ней спали. Наверно, отправились прогуляться с утра пораньше. Лоренс их отыщет, – сказала Тиш.

– С его расторопностью на это уйдет все утро. Я сейчас приведу себя в порядок и быстренько пробегусь по саду.

– Хорошо, дорогая, пойду одеваться. Если мы не найдем Мейсона в течение десяти минут, за Самантой поеду я. Скажи Полу…

– Сегодня воскресенье, он не работает. Если я не найду Мейсона, то возьму «эксплорер» и мы поедем вместе. – Миранда поцеловала мать. – Пока, увидимся на террасе через десять минут.

Она умчалась, а Тиш направилась в свою комнату, чтобы первым делом налить воды в чайник. Потом быстро навела красоту, надела удобную тонкую юбку и тунику малинового оттенка, которая придала свежий оттенок лицу. Учитывая расстояние, которое нужно прошагать в аэропорту, Тиш выбрала пару сандалий. Через восемь минут она вышла на террасу с чашкой в руке, наслаждаясь последними минутами покоя до того, как налетит шторм по имени Саманта. Если ребенок не изменился за время, прошедшее с Пасхи, то и думать нечего о спокойном чаепитии на террасе или где-нибудь еще, пока внучка не уедет. Но иногда этот старый дом казался миссис Александр слишком тихим.