Мэри Дэвидсон - Ложь любви

- Я имела в виду свое согласие выйти за него замуж.

- Да, конечно. А потом ты скажешь, что ребенок - это подарок ему на день рождения.

- Нууу...

Джин театрально вскинула руки.

- Я сдаюсь. Ты безнадежна. Ты просто невероятно обидчивый ребенок.

- И это мне говорит женщина, которая уволила своего психиатра, потому что он сказал, что она инфантильная и злопамятная.

- Ну, а с чего он вдруг решил меня осуждать? – рассудительно спросила Джин. – И я не хочу лечения по Фрейду, я хочу лечения по Юнгу[27]. К тому же, мы не обо мне говорим, а тебя обсуждаем. Какой же стервой надо быть, чтобы не купить мужу подарок на Рождество.

- Есть какие-то предложения? – съязвила Эшли. – Он же миллионер. Что я могу подарить ему такого, чего у него еще нет?

Джин попыталась выдать еще один хитрый взгляд, на ее невероятно симпатичном эльфийском личике это выглядело, словно приступ несварения желудка.

- Как насчет любящей новобрачной, приглашающей его в свои объятия?

- Это он уже получил, - ответила Эшли, покраснев до корней волос.

Джин взвизгнула, торжествуя.

- Я так и знала! Я знала, что вы двое были слишком уж радостными этим утром. Боже, да он разве что брейк-данс не отплясывал, уходя на работу. Так как все прошло?

- Мы не будем это обсуждать.

Лицо Джин вытянулось.

- Не будем?

Эшли засмеялась.

- Нет, извращенка. Разве я бы стала допрашивать тебя о твоей супружеской жизни?

- Нет, но это потому что у тебя, как ни ужасно, начисто отсутствует всякое любопытство. Ужасное качество для журналиста, кстати, не понимаю, как ты так долго на этой работе протянула.

- Думаю, мне уже не нужно об этом беспокоиться.

- Вот и хорошо, - пылко отреагировала Джин. – Ты и так слишком много работала. Сколько я тебя знаю, всегда так было. Ты была единственной в старших классах, кто работал тридцать часов в неделю.

- Так было принято в семье, - пожала плечами Эшли. Те приемные родители были убеждены в пользе усердной работы и отсутствия развлечений. – Кроме того, мне удалось накопить достаточно денег, чтобы оплатить колледж.

- В котором ты тоже работала по сорок часов в неделю, хоть и училась на очном. Я не знаю, зачем ты так убивалась, ведь мои родители предлагали...

- Давай не будем возвращаться к этой теме.

- Погибели предшествует гордость, и падению - надменность (прим.переводчика: Ветхий Завет, Книга Притчи, Глава 16).

- И почему ты всегда цитируешь Библию, когда у тебя заканчиваются логичные аргументы? – Эшли улыбнулась, чтобы смягчить упрек, и отхлебнула чай.

Джин задумчиво уставилась на нее. Через секунду она ответила:

- У меня первоклассная идея о том, что можно подарить Виктору.

Хлюп, хлюп.

- Ммм?

- Можешь сказать ему, что любишь его.

Эшли выплюнула чай.

- Что, солгать? Какой же это подарок?

- Ты сейчас лжешь. Это не будет враньем и сделает его таким счастливым.

- Не будь дурой.

- Боже, от тебя, и такой интересный совет. Ты понимаешь...

- Хватит, Джин, - предупредила Эшли. – Я серьезно. Не надо.

Джин сдалась. Зазвонил телефон, напугав их обеих, и Эшли сняла трубку.

- Алло?

- Миссис Лоуренс, это Вильям Элонг, ваш бухгалтер

- Нет у меня бухгалтера, - растерянно ответила девушка.

Элонг прокашлялся Эшли в ухо, а Джин захихикала:

- Бухгалтер твоего мужа.

- Аа. Его здесь нет, сэр, мне передать, чтобы он перезвонил?...

- Нет, миссис Лоуренс, я хотел переговорить именно с вами.

- А что я сделала? – недоверчиво спросила Эшли.

Элонг задумчиво замолчал, а затем ответил:

- Ничего, насколько мне известно. В смысле, ваш муж не... Слушайте, давайте начнем сначала.

- Ладно, - ответила миссис Лоуренс, совершенно сбитая с толку. Она шлепнула Джин по руке, так как ее бесстыжая подруга потянулась за тостом Эшли.

- Я просто хотел сообщить вам, что тридцать тысяч снова переведены на ваш счет, и что вы можете снять их, когда вам понадобится.

- Тридцать... ох, с ума сойти!

- Мэм?

- В смысле, Ден Митчелл их отдал?

- Нет. В смысле, я пополнил счет, потому что вчера вы потратились. Я также звоню узнать, не нужно ли вам больше средств, потому что на подходе праздники.

- Больше средств? Я что, Голландию покупать собираюсь? Хватит скидывать деньги на мой счет! – разъярилась Эшли.

- Он же просто выполняет приказы, - заметила Джин, пытаясь понять, что происходит, слыша разговор только со стороны подруги.

- Не важно, - сказала Эшли в телефон. – Я поговорю с мужем. Спасибо, что сообщили. – Она нажала отбой, а затем кнопку быстрого набора телефона в машине Виктора.

- Включи громкую связь, - взмолилась Джин, но Эшли не обратила внимания. Виктор ответил после первого гудка.

- Лоуренс.

- Это Лоуренс-Лорентц, Лоуренс. – Джин уронила голову на руки и беспомощно рассмеялась. Эшли проигнорировала это.

- Эшли! – он, кажется, обрадовался. Ничего, не долго осталось. – Что ты хочешь?

- Твою голову, - заорала она, - погребенную под слоями песка!

- Ооооох, - пожаловался он. – Не так громко, я чуть с дороги не съехал. Что я теперь натворил?

- Как обычно! Ты перестанешь заваливать деньгами мой счет?

- Нет.

- Почему нет?

- Потому что я тебя знаю – ты ведь не попросишь денег, - ответил он. – А так тебе не нужно просить. Они всегда там.

Она была поражена, что он предвидел проблемы, которые могут возникнуть из-за ее гордости. Это правда: она даже задумывалась о том, чтобы найти работу на полставки, и тратить свои деньги, не выпрашивая у мужа.

- Вчера я выбросила твои деньги на ветер, - похвасталась она. – Отдала их бездомному.

- Как мило.

- Тебе наплевать? Ты... ты вывалил на меня эти деньги, а я их спустила!

- Ну, и сегодня повеселись. Слушай, еще что-нибудь нужно?

- Я их все сниму со счета и устрою костер!

- Ну, как хочешь. Завтра Билл Элонг еще денег переведет на твой счет.

- Ты невозможен.

- И я тебя люблю, милая.

Она швырнула трубку, а Джин услышала скрип ее зубов даже на расстоянии нескольких метров. И разумно промолчала.

* * * * *

Когда Виктор вернулся домой в тот вечер, он был так раздражен, что Эшли забыла свою обиду и поинтересовалась, что произошло.

- Они хотят, чтобы я уехал на две недели в Грецию, - ответил он, так яростно повесив свое пальто, что вешалка закачалась. – Но этого не будет.

Она проворно подхватила вешалку, прежде чем та упала на пол, и поставила ее ровно.

- Кто «они»? Я думала, ты - начальник.

- Я, поэтому мне придется самому проводить проверку предприятия и посмотреть, стоит ли компании принимать запрашиваемую за него цену в девять лимонов двести тысяч.