Эрин Пайзи - Водоворот жизни

Анна бросилась на диван, заваленный грудой пальто. «Почему я не такая, как все. Даже Рейчел нравятся мальчики». Сердце пронзила острая боль. Ей было так больно, что казалось, словно она умирает. Лежа здесь, в полумраке, она могла слышать доносившиеся обрывки мелодии вальса. «Я больше никогда, никогда не пойду на танцы», – поклялась Анна.

А Рейчел тем временем вдоволь наслаждалась танцем. Ноги сами собой послушно порхали в такт музыке, ладони оставались совершенно сухими, а не как всегда, липкими от пота и смущения. Пол нежно притянул ее к себе в танце, и Рейчел, к своему полному изумлению, заметила, как прекрасно они подходили друг другу в паре.

– Рейчел, – сказал он после того, как смолкла музыка.

– Да? – она подняла на него глаза. – Благодарю, – и Пол нежно поцеловал ее в губы.

Рейчел настолько удивилась, что не могла произнести ни слова. Ей было очень приятно. Улыбнувшись в ответ, она смущенно промямлила:

– Спасибо. Вы доставили мне истинное удовольствие… Я имею в виду танец, – сказала она и почувствовала, что слегка опьянела от счастья.

Пол засмеялся.

– Не сомневаюсь, потанцуем еще, – бросил он на прощанье и присоединился к своим друзьям.

– Ну как, девочки, повеселились? – спросила тетя Эмили.

– Чудесно, – восторженно отозвалась Рейчел. Анна сидела всю дорогу надувшись и молча. Ночевать она оставалась у Рейчел. Когда обе приготовились ко сну (раздевались по-прежнему благочестиво соблюдая усвоенный в монастыре обряд скромности и целомудрия), Анна сказала:

– Знаешь, Рейчел, я больше никогда не пойду на танцы. Мне становится там не по себе. Гораздо лучше я себя чувствую дома, среди лошадей. Маме придется узнать горькую правду и забыть о светской жизни для меня. В светские дамы я совершенно не гожусь.

– Анна, ты же знаешь, что я тоже терпеть не могу эти вечера, но танец с Полом доставил мне истинное удовольствие. Он поцеловал меня, – с сияющим взором произнесла она.

– Не хочу слышать об этом, – воскликнула Анна, нырнула в кровать, закрыла глаза и грустно подумала: «Жаль, что я не дома с мамой. Впрочем, и дома я не буду другой. Что изменится?»

Рейчел, лежа в постели, думала о поцелуе – теплом и нежном знаке любви. Поцелуи, о которых она читала в любовных романах, всегда сопровождались страстным дыханием и смятыми губами. Рейчел они всегда казались непривлекательными. Однако поцелуй Пола оказался совершенно не таким, как в книгах. Она медленно погружалась в сон, воскрешая в памяти счастливые мгновения прощального вальса и первого в жизни поцелуя.

Вскоре после этого вечера пришло извещение о том, что Рейчел сдала все экзамены успешно и теперь имела право поступать в любой университет. К огромному своему удивлению, она призналась себе в том, что невольно ее всякий раз тянуло побродить возле кафе «Жиль» в Аксминстере в надежде увидеть Пола. Кафе было популярно у домохозяек, пенсионеров и молодежи. Там можно отдохнуть после беготни по магазинам, а юноша мог позволить себе купить девушке чашечку чая с печеньем или пирожным.

Рейчел садилась у окна, которое выходило на улицу, притворяясь, что читает книгу из библиотеки. В душе она распекала себя на все лады: «Ты – круглая идиотка. Такая же глупая, как и все остальные девчонки».

Ей становилось крайне неловко от фантазий, которые сами собой лезли в голову по вечерам, когда она играла в кровати. Рейчел казалось, что она занимается любовью с Полом. У нее в голове все еще оставались смутные представления о том, как это происходит между мужчиной и женщиной. В фантазиях с Полом они, сомкнув руки в объятиях, лежали одетыми в мягкой кровати. Представляя момент, когда его губы прикасались к ее губам, Рейчел приходила в восторг. Сладостный трепет пробегал по спине, в ушах звенело, а ног она совсем не чувствовала.

Воображение Рейчел разыгралось в очередной раз, как вдруг она увидела идущего к кафе Пола. Она в панике бросилась в дамскую комнату. Одно дело фантазировать, представляя его в постели, и совсем другое – столкнуться с ним нос к носу. Неприлично было заговорить с ним, поскольку она почти абсолютно не знала его. Рейчел совершенно растерялась. Умыв лицо и руки, глубоко вздохнула.

– Не глупи, – сердито приказала она себе и ринулась в переполненное кафе.

Пол сидел с девушкой за столиком, стоявшим в нескольких шагах от места Рейчел.

– Привет! – воскликнул он, когда Рейчел проходила мимо них. – Что с тобой? Ты куда-то пропала! Не видел тебя целую вечность! Где была?

– Я подавала документы в университет и ездила на собеседование, – ответила она, про себя проклиная сидевшую с Полом девицу. «Пустышка, – думала она. – Представить невозможно, как ты выглядишь». Рейчел содрогнулась от отвращения.

– Это Мелисса, – сказал Пол.

Мелисса взглянула на Рейчел и улыбнулась. Зубы ее все перепачкались в помаде, одна накладная ресница отклеилась. Прическа торчала на голове, словно улей, а ноги были длинные и тощие, как ходули.

– Мелисса из Лондона, – добавил Пол.

– О, – встрепенулась Рейчел, вспомнив о вежливости. – Как дела?

– Аксминстер – такой тихий городок. Что вы тут делаете по вечерам? – спросила Мелисса.

– Ничего, – сухо ответила Рейчел. – Совершенно ничего. Вот поэтому все уезжают.

– Я еду в Оксфорд, – воскликнул Пол. – А потом продолжу дело отца.

– Я бы сдохла от скуки, если бы пришлось жить здесь, – заметила Мелисса.

Рейчел уже не слушала восторженную болтовню девицы о Лондоне. Все мысли ее перенеслись к учебе. Конечно, она и не надеялась поступить ни в Оксфорд, ни в Кембридж. Девушкам было гораздо сложнее, чем юношам, поступить даже в исключительно женские вузы, не говоря уже о престижных университетах. Поэтому учиться с Полом Рейчел не суждено. А он, видно, присох к этой мышке Минни.

– Мне пора, – сказала Рейчел, собирая книги. – Увидимся.

– Счастливо, – ответил Пол.

Рейчел села в автобус. Вернувшись домой, она вошла в свою комнату, бросилась на кровать и горько заплакала. Впервые она лила слезы из-за мальчика.

Через неделю пришло извещение о том, что она принята в университет Эксетера. Обе тетушки были на седьмом небе от радости. Это учебное заведение было расположено недалеко, там наверняка будет кто-то из ее подруг, учившихся вместе с ней, поскольку монастырь находился тоже поблизости от Эксетера. Рейчел позвонила Анне и сообщила счастливую новость.

– Анна, меня приняли в Эксетер.

– Замечательно! – сказала Анна. – А я иду в секретарский колледж «Сэнт Джеймс». Это в Бридпорте. Я не захотела ехать в Лондон. Уверена, мне в провинции будет лучше. Мы окажемся совсем недалеко друг от друга. Как только подумаю о стенографии и машинописи, находит такая тоска, но мать говорит, что я всегда смогу устроиться на работу в какую-нибудь организацию, связанную с животными. Уборщики клеток много не получают.