Джил Мансел - Все кувырком

– Не знала, что ты интересуешься флористикой.

– О, я люблю цветы, – словно в доказательство своих слов Сюзанна показала на одну из танцующих девушек, в платье из пурпурной тафты с рисунком из огромных желтых маргариток. – Они такие… э-э-э… милые, правда? – Потом, просияв, добавила: – Кстати, мой приятель подарил мне на день рождения огромный букет. И он купил его в твоем магазине.

– Серьезно? – Нет худа без добра, подумала Дженни про себя. Ее магазин держался на мужчинах, неспособных придумать, что подарить своим девушкам. – И что это были за цветы?

– Красные, – сказала Сюзанна, довольная тем, что вспомнила об этом. – Думаю, розы. И там еще были вкрапления забавной белой ерунды.

– Кокаина?

– Что?

– Прости, – Дженни прикусила губу. – Это называется гипсофила.

– Да, точно.

– Они долго простояли? – не удержалась Дженни. Она всегда хотела, чтобы люди наслаждались цветами как можно дольше. – Если через несколько дней головки начинают опускаться, нужно еще раз обрезать стебли и на пару секунд опустить их в кипящую воду. Это отлично помогает.

– Правда? – Сюзанна глупо взмахнула ресницами. – Я забыла поставить их в воду. На следующее утро, когда я проснулась, они уже все завяли.

Гуляки начали избавляться от одежды. Почти у всех под нарядами оказались купальные костюмы, и скоро все гости были готовы к полночному купанию. Чья-то видеокамера скоро очутилась в чаше с пуншем, а один из мужчин, подозреваемый в сотрудничестве с известным таблоидом, был привязан к дереву в саду, его волосатые руки стянули отснятой пленкой, вынутой из его же фотоаппарата.

Для Дженни вечер развивался неплохо – Ник и Тони познакомили ее с владельцем отеля, действительно интересовавшимся цветами. Ему требовались регулярные поставки для зала и гостиных, и сделка была скреплена двумя бокалами коньяка, причем оба осушил он.

– Подпишите здесь, – сказала Дженни, записав детали соглашения на льняной салфетке. – Завтра вы можете все забыть. Мне нужно доказательство, которое освежит вашу память.

– Вы говорите как моя жена, – добродушно пророкотал он. – Я до сих пор не помню, чтобы делал ей предложение. Как-то утром она просто разбудила меня и сказала, что это произошло.

– Не волнуйтесь, – улыбнулась Дженни, когда он вывел в уголке салфетки кривоватую подпись. – Это не свяжет вас такими серьезными обязательствами.

Бруно поймал ее по дороге к туалету.

– Я видел тебя, – прошептал он, обнимая ее за талию и притягивая к себе. – Последние двадцать минут ты разговаривала с Эдди Берсфордом.

– Удивительно, что ты заметил. – Бруно благоухал духами «Шалимар». Дженни попыталась вырваться, но он стал тащить ее обратно на танцпол.

– Я замечаю все. – Послав испепеляющий взгляд в сторону Эдди Берсфорда, Бруно бросил: – Он не сводил глаз с твоего декольте.

– Не волнуйся, – с упреком в голосе сказала Дженни. – Убеждена, он верен своей жене.

Но Бруно не заметил намека.

– Он такой урод, что вряд ли найдет, с кем ей изменить. В любом случае сейчас моя очередь. И не думай, что я забыл про мой подарок на день рождения. Как насчет пары танцев, чтобы прийти в соответствующее расположение духа? А потом ты поднимешься наверх и… устроишься поудобнее? Я быстренько выпью с Гаем Кэссиди и рыжеволосой и присоединюсь к тебе через пять минут.

Если встретишь кого-нибудь по дороге, скажи, что у тебя кружится голова и ты хочешь прилечь.

Он опять потянул ее на танцпол, но Дженни не шелохнулась. Меньше всего она хотела устраивать скандал на глазах у удивленной публики.

– Понятно, – сказала она. – А что мне делать, если кровать уже занята?

Бруно рассмеялся.

– Милая, ключи от квартиры у меня в кармане. И я не собираюсь одалживать их желающим по-быстрому перепихнуться!

– Я говорю о твоих перепихонах. – Это было плохо. Она ненавидела Бруно так сильно, что не смогла больше сдерживаться. Постаравшись успокоиться, она холодно сказала: – Что-то я не вижу блондинки, с которой ты танцевал. Ты уверен, что она не осталась наверху искать свои трусики?

– Милая. – Он посмотрел на нее с напускным сочувствием. – Мы ревнуем?

Дженни поняла, что ее обвинение неожиданно попало в точку.

– Я не ревную. – Ей ужасно хотелось ударить его. – Я просто удивляюсь, что мне потребовалось так много времени, чтобы тебя раскусить. Не могу поверить, что была такой дурой. Как ни странно, но я тебе верила…

Бруно, которому очень нравилась Дженни, а ее невинность он находил особенно привлекательной, подумал, что сможет справиться с ситуацией. Она была расстроена, это правда, но только пока не узнала, какие жертвы он приносил с тех пор, как начались их отношения.

– Милая, успокойся. – Все еще улыбаясь, он продолжал тянуть ее за собой, словно ребенка к креслу дантиста. – Ты можешь мне доверять. Может, в прошлом я проказничал, но если бы ты знала, со сколькими женщинами я не переспал с тех пор, как мы вместе… Я стал другим человеком, честно!

– Лжец, – прошипела Дженни. – Я говорила с Ниной. Между вами нет никакого договора.

Бруно обезоруживающе посмотрел на нее.

– Хорошо, можешь считать это молчаливым соглашением. В любом случае она не стала бы тебе об этом рассказывать.

– А все остальные? – с горечью продолжала Дженни. – Боже, да когда ты только спать успеваешь! Пусти меня!..

Это не просто блажь, понял он. Дженни говорила серьезно. Что ж, они неплохо повеселились вместе.

– Так что ты хочешь сказать? – Он отпустил ее так резко, что она едва не упала. – Что ты не желаешь встретиться со мной наверху через десять минут?

– Ты бессердечный ублюдок. – Она даже не заметила, как ее глаза наполнились слезами. – Я не хочу больше нигде с тобой встречаться! Я не хочу больше никогда тебя видеть!

Романы Бруно заканчивались только тогда, когда он сам этого хотел. Его еще никогда не бросали. И если Дженни решила прилюдно устроить скандал на его собственной вечеринке, то ей придется поплатиться за это.

Как раз в этот момент музыка смолкла. Диск закончился.

– Дорогая, – сказал Бруно в наступившей тишине. – Так вот что я получил от тебя вместо благодарности. Начинаю понимать, почему исчез твой муж. На него ты тоже так орала? Говорила, что не хочешь больше его видеть? – Он помолчал, потом добавил с жестокой улыбкой: – Бедняга, наверное, не может поверить сейчас своему счастью.

ГЛАВА 27

Это был кошмар. Публичный кошмар. Дженни развернулась и бросилась к выходу, по ее лицу текли слезы. Она видела только расплывающиеся лица и понятия не имела, где оставила сумочку.

Неожиданно она почувствовала, что ее направляет пара сильных рук. Чей-то голос шепотом подбодрил ее: